За тридцать три мира. Пролог. 21-22

21

На клумбе страшный писк и свист поднялся.

Цветочки очень бурно ликовали.

Друг друга именами называли.

Шум как-то постепенно изменялся.

Ему порядок ритмом придавали

И этот ритм умело задавали

Цветочного народа заводилы.

В них нынче радость брагою бродила.

А Цвета даже, кажется, смутилась

И к скромному размеру возвратилась.

Пока цветы резвились, будто дети,

Решил я, что пора явиться к Шэтте.

Мурчала мирно Цвета, словно киса.

Ее с собою кликнул я и Лиса.

Мою подругу мы нашли у речки,

Где дерева, похожие на свечки.

22

Деревьям Шэтта что-то говорила,

И шелестом они ей отвечали

Почти что непрерывно – не молчали.

Видать, за что-то Шэтта их корила.

Но атмосфера свары не царила.

Ко мне тотчас же Шэтта подбежала

И от восторга громко завизжала,

Едва увидев смирненькую Цвету.

Та долгий свист послала ей приветом,

Зеленые вмиг выпустила лозы

И Цвету обняла. И смех, и слезы!

Ведь налицо тут заговор огромный.

Стоял я, о доверье думал скромно.

Они мне с Цветой тоже удружили,

Со всех сторон беднягу обложили.