Ранобэ которая всё ещё пишется. ( Отрывок ) 18+

Джонсон Кеннеди закинул ноги на стол — да так, что зазвенела посуда, а золотые кубки тут же покатились по скатерти.

— Ну что ж, дорогой наш Сайлас, открывай угощение.— С большим удовольствием, — ответил тот и медленно поднял крышки блюд.

То, что увидели гости, повергло их в шок. На тарелках лежали отрубленные человеческие головы. 

Кому-то на вид было от сорока до пятидесяти лет, а кому-то — едва за тридцать.

Джонсона Кеннеди это ничуть не напугало, он лишь усмехнулся.

Некоторые черепа были вскрыты так, что виднелись серые волокна мозга.

Выколотые глаза лежали рядом, тут же покоились вырванные языки.

Шарлотта невозмутимо налила себе вина и сделала глоток.

— Ну что, дорогой Джонсон, готовы попробовать?

— С удовольствием. Отрежьте мне, пожалуйста, кусочек мозга и подайте глаз.

Услышав это, гости оцепенели от ужаса. Кого-то едва не стошнило, а кто-то был готов потерять сознание.

Сайлас достал большой кухонный нож. Он весь был в засохшей крови, но в полумраке этого никто не заметил.

Сайлас резко вонзил лезвие прямо в одну из голов.

Раздался мерзкий, жуткий хруст, затем лязг металла о фарфор — и кусочек мозга лёг на тарелку.

Сайлас поставил её перед Кеннеди, но тот вдруг поморщился и резко убрал ноги со стола. Потыкал вилкой в плоть, он с отвращением швырнул прибор обратно.

Раздался звон. 

— Ты что, совсем пустоголовый? Я тебя не понимаю!

—А в чём дело? — спокойно спросил Сайлас.

— Почему мозги несвежие, отвечай?! Что за дерьмо ты мне подсунул?!

— Я прошу со мной так не разговаривать, мистер Кеннеди, —Сайлас говорил поразительно тихо и ровно

.— А как? Как мне с тобой, пустышкой, разговаривать, если ты даже еду нормально подать не можешь?!

— Я вас предупреждаю: не разговаривайте со мной так, — на лице Сайласа проступила злоба.

—А то что ты мне сделаешь? Принеси нормальные мозги, иначе я тебя...

Сайлас не дослушал.

Он схватил Кеннеди за волосы и тем самым окровавленным ножом полоснул его по горлу.

Тот лишь успел издать невнятный хрип и обмяк.

Его белая рубашка мгновенно окрасилась в багровый цвет. 

Секунду стояла гробовая тишина, а затем гости истошно закричали.

Даже Шарлотта, явно не ожидавшая такого от своего помощника, резко вскочила — так, что стул с грохотом повалился на пол.

Сайлас резко повернул голову.

Выхватив из кармана несколько крохотных метательных ножей, он метнул их прямо в толпу.

Одно лезвие угодило кому-то в череп, другое — прямо в глаз, третье — в шею.

Шарлотта застыла, наблюдая за этой кровавой баней.

Сайлас запрыгнул на стол, сел перед ней на корточки и принялся медленно облизывать окровавленный нож.

— Ну что, тварь? Сейчас ты у меня за всё ответишь, дрянь.

— Что... Что ты хочешь от меня?! Денег? Я дам тебе сколько угодно, только не убивай!

— Не нужны мне твои деньги.

— Но кто ты такой?! Зачем ты это сделал?!

Шарлотта со слезами на глазах схватила его за руку и начала лихорадочно, умоляюще целовать её.

Но Сайлас даже бровью не повёл. Ни одна морщинка не дрогнула на его лице — он смотрел на неё холодно, упиваясь моментом.

Лишь старинные часы за его спиной продолжали монотонно тикать.

Наконец Сайлас не выдержал, выхватил из-за пазухи ещё один нож и швырнул его прямо в циферблат.

Хрустнуло стекло, и маятник замер.

— Как же меня надоели эти ваши грёбаные часы... Как же вы все меня достали, грёбаные ублюдки, — прошептал он, медленно поднимаясь во весь рост.

Не дожидаясь ответа, он рывком схватил Шарлотту за волосы, развернул к себе спиной и зажал ей рот рукой.

Приставив лезвие к горлу, он полоснул — глубоко, от уха до уха.

Багрянец брызнул во все стороны: на белую скатерть, на стулья, на лица Шарлотты и самого Сайласа.

Даже его чёрная рубашка потемнела от чужой крови.

Глаза девушки закатились, и он просто швырнул её тело на пол. Как ненужную вещь.

Взглянув на свои ярко-красные ладони, Сайлас принялся слизывать кровь.

— Будешь знать, как убивать невинных. Будешь знать, как трогать мою семью...