Оружейный хики

1. Ошибка системы

Снег шёл шестой день.

Дмитрий не видел его. Он знал о снеге только потому, что окно в комнате становилось мутно-белым, а не серым. Штора была задёрнута всегда — он не открывал её уже три месяца. За окном был Внешний Круг. Во Внешнем Круге были Люди. Люди смотрели. Люди оценивали. Люди могли засмеяться.

Этого хватало, чтобы никогда не открывать штору.

Он лежал на продавленном матрасе, натянув одеяло до подбородка. В общаге топили едва-едва. Батареи были чуть тёплыми, а от окна ощутимо сквозило. Дмитрий спал в толстовке, в двух парах носков и в шапке. Он уже не помнил, когда в последний раз раздевался перед сном. Раздеваться — замерзать — снова одеваться утром. Бессмысленный ритуал.

Ноутбук на столе тихо гудел. Экран был погашен, но зелёный огонёк индикатора показывал, что он жив. Дмитрий протянул руку и коснулся тачпада.

Открытая вкладка. Портал «ГосУслуги Земли Снегов». Сообщение с пометкой «СРОЧНО».

«Уважаемый Дмитрий. Ваша задолженность за проживание в общежитии составляет 34 700 снежнорублей. В случае непогашения в течение 10 дней будет инициирована процедура выселения. С уважением, Администрация Североградского Технического Института».

Он прочитал сообщение дважды. Потом закрыл вкладку и тихо произнёс:

— С уважением они меня выселят. На мороз. Очень уважительно.

---

ГОЛОС: На самом деле никакого уважения не было. Была стандартная форма рассылки, которую автоматически получали все должники. Но Дмитрий этого не знал и не хотел знать. Его представление о том, как устроен мир за пределами комнаты, было примерно таким же точным, как его представление о ядерной физике — то есть никаким.

---

Он сел на кровати. В желудке было пусто. Вчера он доел последнюю пачку «БыстроЛапши» и лёг спать голодным. Сегодня нужно было что-то решать.

Телефон завибрировал. На экране высветилось: «МАМА».

Дмитрий замер. Телефон гудел и гудел, полз по тумбочке от вибрации. Он не шевелился. Звонок оборвался. Тишина. Он выждал ещё минуту, потом открыл мессенджер и написал: «Мам, всё норм. Я на работе. Созвон позже».

Он писал это каждый раз. Одно и то же сообщение. Словно заевшая пластинка.

---

ГОЛОС: Никакой работы не было. Он не работал уже полгода. Иногда он брал заказы в интернете: расшифровка аудио, рисование простых баннеров, написание фейковых отзывов за еду. Но в последние недели заказов почти не было. Он протягивал на обещанных платежах, микрозаймах и редких подачках от фриланс-биржи. Жизнь напоминала бесконечное падение в яму, где у ямы не было дна.

---

Дмитрий отложил телефон и уставился в стену. На стене висел пожелтевший плакат — тропический остров. Пальмы, бирюзовая вода, белый песок. Он купил его три года назад за копейки в канцелярском магазине. Не потому что мечтал об отпуске. А потому что там не было людей. Только песок, вода и тишина. Тишина — вот о чём он мечтал на самом деле.

Плакат висел криво. Дмитрий давно собирался поправить, но не поправлял. Как и всё в его жизни.

Желудок снова заурчал.

Он открыл ноутбук и бездумно начал листать вкладки. Закрыл почту. Закрыл биржу фриланса. Открыл браузер и вдруг, сам не зная зачем, запустил Тор.

---

Даркнет. Он знал о нём только по форумам и ютуб-гайдам, которые смотрел поздно ночью. Знал, что там продают наркотики, поддельные паспорта и, кажется, оружие. Сам он туда никогда не лез — боялся.

Но сегодня было особенно паршиво. Сегодня хотелось забыться. Просто побродить по ссылкам, почитать чужие переписки, прикинуться, что он — часть какого-то тайного мира. Маленькая игра. Ничего серьёзного.

Он открыл первый попавшийся каталог. Полистал.

Продажа баз данных. Услуги хакеров. Фальшивые документы. Наркотики. А вот — целый раздел с ношеным бельём. Продавцы предлагали «грязные трусики студенток», «бюстгальтеры, ношенные без стирки неделю». Ценник — как за две пачки лапши.

Дмитрий задержался на этом разделе чуть дольше, чем следовало. Он вспомнил, что на первом этаже общаги есть общая прачечная. Там всегда куча чужого белья. Стиральные машины работают круглосуточно, народ кидает шмотки и уходит. Можно просто зайти, взять что-нибудь из сушилки — и в конверт. Даже своё пачкать не придётся.

Он почти поверил, что сможет. Почти представил, как берёт чьи-то трусы, аккуратно упаковывает, надписывает адрес. Деньги. Еда. Без людей. Почти без риска.

А потом он представил, как спускается на первый этаж. Как открывает дверь прачечной. Как там, возможно, кто-то есть. И этот кто-то поднимет голову и посмотрит. Или спросит: «Ты что здесь делаешь?» Или того хуже — узнает и потом будет шутить в коридоре. И нужно будет что-то ответить.

Желудок сжался не от голода, а от знакомого холодного спазма. Нет. Он не дойдёт до прачечной. Он даже до двери общаги не всегда доходил.

— Чёрт, — прошептал он. — Даже трусы своровать не могу.

Он закрыл вкладку с бельём и пролистнул дальше.

Оружие.

---

Дмитрий хмыкнул и пробормотал:

— Оружие. Ага, сейчас. Кто вообще покупает оружие через интернет? Идиоты.

И тут ему в голову пришла мысль.

---

ГОЛОС: Мысль была глупая. Она была опасная. Но Дмитрий был голоден, зол и напуган. А когда человек голоден, зол и напуган, его мозг иногда выдаёт идеи, которые сытый, спокойный мозг забраковал бы на этапе эскиза. Идея была такой: «А что, если я сам это сделаю? Просто ради шутки. Посмотрю, клюнет ли кто». Он не собирался никого обманывать всерьёз. Он просто хотел почувствовать себя кем-то другим. Кем-то, кого боятся. Кем-то, кто имеет значение.

---

Он открыл форму публикации. Пальцы зависли над клавиатурой. А потом забегали — быстро, привычно, почти без участия мозга.

«Продаю оружие оптом. Авианосцы, ракеты, снаряды, самолёты, атомные бомбы. Всё для вашей победы. Качество гарантировано. Доставка в любую точку мира. Цены ниже рыночных. Серьёзным клиентам — скидка. Обращаться в личные сообщения».

Он перечитал текст. Потом издал короткий смешок. Первый раз за несколько дней.

— Авианосцы, блин. Я даже за проезд в автобусе заплатить не могу.

Он нажал «Опубликовать».

Экран мигнул. Пост ушёл в сеть. Дмитрий откинулся на подушку и уставился в потолок. Сердце колотилось чуть быстрее обычного, но в целом было спокойно. Никто не ответит. Конечно, никто не ответит. Это же просто шутка. Просто игра.

Он закрыл глаза.

Через семь секунд ноутбук пиликнул. Пришло личное сообщение.

Дмитрий открыл глаза. Потянулся к экрану. Открыл.

«Брат, твой пост — это правда? У нас тут, в Аль-Хадре, идёт война. Нам нужно оружие. Очень нужно. Ты можешь помочь?»

Дмитрий перечитал сообщение. Потом ещё раз. И ещё. Аль-Хадра. Он слышал это название в новостях — что-то про повстанцев, нефть и очередную войну за территории. Где-то далеко. В пустыне. В другом мире.

А теперь кто-то из того мира писал ему. Лично.

Он сглотнул. Руки слегка дрожали. Палец завис над клавиатурой.

А затем он медленно, неуверенно начал печатать ответ.

2. Цена

Дмитрий смотрел на экран. Сообщение висело перед глазами — короткое, корявое, написанное с ошибками.

«Брат, твой пост — это правда? У нас тут, в Аль-Хадре, идёт война. Нам нужно оружие. Очень нужно. Ты можешь помочь?»

Он перечитал его четыре раза. Может, пять.

В голове было пусто. Не то чтобы он испугался — страх придёт позже. Сейчас было скорее недоумение. Кто-то реально клюнул? На его бред про авианосцы и атомные бомбы? Серьёзно?

Он хмыкнул и потянулся к клавиатуре.

«Конечно, правда. Что нужно?»

Ответ пришёл почти мгновенно.

«Я у тебя заказываю впервые. Надо сначала качество проверить. Давай для начала 10 000 автоматов, 1 млн патронов, плюс 100 маленьких дронов-камикадзе».

Дмитрий уставился на список. Автоматы. Патроны. Дроны-камикадзе. Настоящий боевой заказ. Не шутка. Не игра.

Он почесал подбородок. Пальцы зависли над клавиатурой. Что называть за цену? Он понятия не имел, сколько стоит оружие. Можно было открыть поиск, но это заняло бы время, а клиент ждал. И потом — если он назовёт слишком дёшево, это будет выглядеть подозрительно. А если слишком дорого — клиент уйдёт.

Он назвал первое, что пришло в голову.

«Автомат — 1 000 снежнорублей за штуку. Патрон — 1 рубль. Дрон — 800 000 за штуку. Итого 12 миллионов с небольшим».

Он нажал «Отправить» и откинулся на подушку. Сердце колотилось. В висках стучало. Он ждал, что клиент сейчас пошлёт его куда подальше. Или просто пропадёт. И можно будет выдохнуть и забыть всё это как глупую шутку.

Ответ пришёл через тридцать секунд.

«Так дёшево? Вдвое дешевле, чем у альбионских генералов. А качество нормальное? И какого оно поколения? У страны Орлов, сам знаешь, всё новейшее, а твоё небось прошлый век?»

Дмитрий прочитал — и почувствовал, как внутри что-то закипает.

Страна Орлов. Ну конечно. Вечно они. У них всё новейшее, всё лучшее, всё с иголочки. А у Земли Снегов — ржавый металлолом, который стыдно показывать. Так ему говорили всегда. В школе. В новостях. В собственном зеркале.

Он не был патриотом. Но когда кто-то из другого мира — из пустыни, где воюют чужими руками — начинал повторять орлиные байки про отсталость, в нём просыпалось что-то тёмное. Не гордость. Скорее, обида. Детская, жгучая, та самая, что копилась годами: на учителей, на коллекторов, на весь мир за окном. И сейчас она нашла выход.

Пальцы застучали по клавиатуре.

«Орлы? Ты про тех, что за двадцать лет ни одной войны своим оружием не выиграли? У них новейшее — только в рекламе. АК до сих пор воюет, пока их хвалёные винтовки клинит от песка. Знаешь, что? Даю тебе скидку 50%, если назовёшь хоть одну кампанию, где Орлы победили своим оружием, а не подкупом и бомбёжкой. Одну. Я жду».

Он нажал «Отправить» и тут же об этом пожалел. Сердце колотилось. Он только что нахамил клиенту — тому самому, который уже готов был платить. Которого надо было обхаживать, а не тыкать носом в историю.

Дмитрий застонал и спрятал лицо в ладонях.

— Зачем? Зачем я опять?

---

ГОЛОС: Затем, что устал. Голод, страх и бесконечное одиночество сделали его злым. И эта злость — единственное, что у него осталось. Он уже не мог быть вежливым. Он мог быть только честным — грубо, наотмашь. И, как ни странно, иногда это работало.

---

Ответа не было минуту. Другую. Дмитрий уже решил, что клиент ушёл навсегда. Но экран мигнул.

«Брат... Я два года воюю против страны Орлов. И я правда не могу назвать ни одной такой кампании. Их оружие — это деньги и пропаганда. А поколение у них — только на бумаге. Твоя скидка не нужна. Твоя цена честная. Я покупаю. Скинь счёт».

Дмитрий выдохнул. Медленно, с присвистом. Не спугнул. Убедил. Не вежливостью — злостью. Это было странно. Но это сработало.

Он отправил номер криптокошелька — тот самый, что зарегистрировал год назад ради интереса и ни разу не использовал. Прошла минута. Две. Ноутбук пиликнул.

Уведомление о зачислении.

Сумма: 12 400 000 снежнорублей.

Дмитрий смотрел на цифры и глупо улыбался. Двенадцать миллионов. У него. На счету. Он представил, как заходит на сайт администрации и оплачивает всю задолженность одной кнопкой. Как заказывает пиццу — нет, суши. Как покупает нормальный ноутбук. Как...

А потом холодная волна ударила в грудь.

Оружия не было.

---

ГОЛОС: В этот момент Дмитрий осознал простую вещь: он только что обманул вооружённую группировку с Ближнего Востока на двенадцать миллионов. И они узнают об этом. Не сразу — но узнают. А когда узнают, они не напишут гневный отзыв. Не подадут в суд. Они просто найдут человека, который умеет находить людей в интернете, и заплатят ему, чтобы он нашёл адрес. А потом пришлют кого-нибудь. И этот кто-то не будет стучать в дверь.

---

Дмитрий вскочил с кровати. Заметался по комнате. Шесть квадратных метров — не разбежишься. Он задыхался. Пот заливал глаза. Сердце колотилось где-то в горле.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — шептал он. — Что я наделал? Что я наделал?

Нужно было вернуть деньги. Но как? Написать: «Извините, я пошутил»? Это не прокатит. Можно было просто исчезнуть — удалить аккаунт, забыть пароль, сделать вид, что ничего не было. Но они найдут. В Даркнете таких находили.

Он заметался снова. Мысли путались. В голове звенело. Пальцы дрожали.

— Это всё дошик, — прошептал он. — Просроченный. Я отравился. У меня галлюцинации. Сейчас всё пройдёт.

Не прошло.

Он рухнул на кровать и уставился в потолок. Плакат с островом насмешливо висел над ним. Пальмы. Бирюзовая вода. Белый песок.

— Я — идиот, — сказал он вслух. — Я — самый большой идиот на свете.

И тут раздался голос.

Холодный. Механический. Чёткий. Он звучал не снаружи — он звучал внутри. Прямо в голове. Как будто кто-то вставил ему в мозг динамик и включил запись.

«Обнаружены потребности носителя. Система Сильнейшего Торговца Оружием Мультивселенной активирована. Разблокирован Арсенал Ранга 1 — Настоящее (Мир Ориджин). В честь первой сделки предоставляется временный доступ к Рангу 2 — Ближайшее Будущее. Ограничение: один заказ. Время действия: 60 минут».

Дмитрий замер.

— Что?

«Пожалуйста, ознакомьтесь с доступным ассортиментом и выберите товары для выполнения заказа. Таймер запущен».

Перед глазами — прямо в воздухе, без всякого экрана — возник список. Оружие. Цены. Характеристики. Он мог читать его, не двигая глазами. Список был просто внутри.

Первой строкой горело: «АК-47 (модернизированный, поколение 2024): 20 снежнорублей за штуку». Рядом — иконка с пятиконечной звездой. Ниже: «Патрон 7,62 мм: 1 копейка». Ещё ниже: «Дрон-камикадзе третьего поколения: 1 000 рублей за штуку».

Дмитрий моргнул. Двадцать рублей. Автомат стоит двадцать рублей. А он продал его за тысячу. Патрон — копейка. Он продал его за рубль. Дрон — тысяча. Он продал его за восемьсот тысяч.

Из горла вырвался короткий, нервный смешок.

— Да я гений коммерции, — прошептал он.

А потом осёкся. Потому что увидел ещё кое-что. Напротив некоторых позиций горела красная надпись: «Требуется репутация: 10 000». И таймер в углу интерфейса тикал. 59 минут. 58.

Он снова сел на кровати. Сердце всё ещё колотилось, но страх начал отступать. На его место приходило что-то другое. Что-то, чего он не чувствовал очень давно.

Надежда.

---

ГОЛОС: Позже Дмитрий узнает, что Система не лечит тревожность. Не убирает страх перед людьми. Не возвращает годы, потраченные на прятки в общаге. Но она умеет давать оружие. А оружие — это власть. А власть — это новый вид тишины.

3. Таймер

Дмитрий смотрел на список.

Он висел в воздухе — не перед глазами, а как будто внутри них. Прямо в мозгу. Строки, цифры, иконки. «АК-47 (модернизированный, поколение 2024): 20 снежнорублей за штуку». «Патрон 7,62 мм: 1 копейка». «Дрон-камикадзе третьего поколения: 1 000 рублей за штуку».

Он моргнул. Список не исчез. Он моргнул ещё раз. Список остался.

— Это что, — прошептал он. — Серьёзно? Всё по-настоящему?

«Арсенал Ранга 1 — Настоящее. Подтверждено. Арсенал Ранга 2 — Ближайшее Будущее. Временный доступ активирован. Ограничение: один заказ. Оставшееся время: 56 минут».

Пятьдесят шесть минут. Чуть меньше часа. А потом доступ к «Ближайшему Будущему» закроется. И останется только Ранг 1 — то, что продают все. То, что не удивит даже генерала из Аль-Хадры. То, что не сделает его легендой.

Хотя — какая легенда? Он же просто хотел денег.

Или нет?

Он потёр виски. Мысли путались. С одной стороны — вот они, двенадцать миллионов. Прямо в интерфейсе, на балансе Системы. Не на его счёту — доступа к ним напрямую у него не было. Система приняла платёж от генерала на свой счёт и теперь показывала сумму, доступную для закупок. Дмитрий не мог вывести эти деньги в банк — только потратить внутри Системы. Но он мог на них купить оружие. И заработать репутацию. А репутация, как намекала Система, открывала доступ к новым возможностям. В том числе, возможно, и к выводу средств.

Или он мог не тратиться, выполнить заказ по дешёвке с Ранга 1 и получить мизерную маржу, которую Система, возможно, когда-нибудь позволит обналичить. Но это было бы... скучно. А таймер тикал. И какая-то часть его — та самая, что час назад нахамила клиенту про Орлов — не хотела останавливаться на малом.

---

ГОЛОС: Дмитрий никогда не считал себя азартным. Он не играл в казино, не делал ставок, не спорил на деньги. Но это было не потому, что он был благоразумен. Просто азарт требует выхода наружу — а он наружу не выходил. Теперь же, сидя в своей комнате с ноутбуком и Системой в голове, он впервые почувствовал это странное, горячее, незнакомое чувство. Желание рискнуть. Желание нажать на кнопку и посмотреть, что будет.

---

Он пролистнул список дальше.

Ранг 1 был скудным. Обычные автоматы. Обычные патроны. Никаких дронов. Дроны были только в Ранге 2. И не просто дроны — «дроны-камикадзе третьего поколения с системой искусственного интеллекта и режимом невидимости». Это звучало как научная фантастика. Как фильм про будущее. Как то, чего не должно существовать в его мире.

И оно стоило тысячу рублей за штуку.

Тысячу.

А он продал их за восемьсот тысяч.

Дмитрий тихо засмеялся. Смех был нервный, с присвистом. Он не мог остановиться.

— Тысяча рублей, — бормотал он. — Я продаю дроны будущего по цене подержанного телефона. Я гений. Я клинический гений.

Отсмеявшись, он снова уставился в список. Таймер показывал 51 минуту.

Нужно было решать.

---

Он начал считать.

Если взять по минимуму — только автоматы и патроны из Ранга 1 — он выполнит заказ. Генерал получит 10 000 стволов и миллион патронов. Обычное оружие, ничего особенного. Прибыль останется на балансе Системы, и он, возможно, когда-нибудь её получит. Но дронов в Ранге 1 не было. А заказ включал сто дронов. Если он не поставит дроны — он не выполнит заказ полностью. А если он хочет дроны — он должен лезть в Ранг 2.

А Ранг 2 стоил дороже. Сильно дороже.

Дмитрий пролистнул список и нашёл то, что искал. «Дрон-камикадзе "Снежный Шершень" (поколение 2024): 1 000 рублей за штуку». Ниже — «Модернизированный АК-47 с голографическим прицелом и ночным видением: 500 рублей за штуку». И ещё ниже — «Бронебойный патрон усиленный: 5 рублей за штуку».

Он быстро посчитал в уме. 10 000 улучшенных автоматов по 500 рублей — это 5 миллионов. 1 млн бронебойных патронов по 5 рублей — ещё 5 миллионов. 100 дронов по 1 000 — ещё 100 тысяч. Итого около 10,1 миллионов затрат. Из 12,4 миллиона, что лежали на балансе Системы, останется примерно 2,3 миллиона.

Два с лишним миллиона — вместо двенадцати.

Он застонал.

С другой стороны, он вложит деньги — и получит оружие, которое стоит в десятки раз дороже. Генерал будет в восторге. Репутация взлетит. И доступ к Рангу 2 — если он выполнит заказ с оружием будущего — может остаться навсегда.

А если не выполнит — таймер тикнет, доступ закроется, и он навсегда останется продавцом старых автоматов.

— Ладно, — сказал он вслух. — Ладно. Рискнём.

---

ГОЛОС: Слово «рискнём» прозвучало в этой комнате впервые за несколько лет. Раньше Дмитрий не рисковал. Он выбирал безопасность — и получал бедность. Сейчас он выбрал риск — и ещё не знал, что получит взамен. Но он уже знал, что безопасность была ложью. И эта ложь ему надоела.

---

Он выбрал в интерфейсе все позиции Ранга 2. Автоматы, патроны, дроны. Система подтвердила:

«Заказ сформирован. Общая стоимость: 10 100 000 снежнорублей. Средства будут списаны с баланса Системы. Подтверждаете?»

Дмитрий нажал «Да».

Деньги исчезли. Двенадцать миллионов — только что они были здесь, а теперь на балансе осталось чуть больше двух. Он сглотнул. Но паника не пришла. Вместо неё было странное, незнакомое чувство. Как будто он только что прыгнул с обрыва — и ещё не знает, разобьётся или полетит.

Теперь оставалась доставка.

«Выберите способ доставки. Вариант 1: Точечная телепортация. Требуется точный адрес клиента. Стоимость: 1 000 рублей за отправку. Вариант 2: Живая сила. Требуется строительство военного завода. Персонал предоставляется Системой. Стоимость: контрактная. Вариант 3: Самостоятельная доставка. Недоступен (требуется репутация: 50 000)».

Дмитрий хмыкнул. Завод. Персонал. Это звучало как шутка. Он даже комнату оплатить не может, а тут целый завод. Оставалась телепортация. Тысяча рублей — копейки.

Он выбрал вариант 1.

«Точечная телепортация активирована. Пожалуйста, запросите у клиента координаты доставки. Точность: до одного метра».

Дмитрий открыл чат и написал генералу Хасану:

«Пришли координаты. Через минуту проверяй товар».

Ответ пришёл почти мгновенно. И он был... неожиданным.

«Через минуту? Брат, ты шутишь? От Земли Снегов до Аль-Хадры шесть тысяч километров. Даже самый быстрый транспортник летит трое суток. Ты думаешь, я трёхлетний ребёнок?»

Дмитрий выругался про себя. Клиент не верил. И его можно было понять — точечная телепортация звучала как бред. Даже для него самого. Но времени объяснять не было. Таймер показывал 22 минуты.

Он написал:

«Я не шучу. Координаты. Сейчас».

Пауза. Долгая. Пятнадцать секунд. Двадцать.

Затем пришло сообщение — длинная строка цифр и букв, зашифрованные координаты точки в пустыне. И следом:

«Если ты меня обманул — я найду тебя. Клянусь».

Дмитрий не ответил. Он скопировал координаты в интерфейс. Система подтвердила приём. Нажал «Доставить».

И тут же интерфейс обновился:

«Внимание. Для соблюдения конспирации активирован протокол "Парашют". Товар будет сброшен с высоты 500 метров в указанных координатах. Время снижения: 2 минуты. Визуальный контакт с землёй: через 90 секунд».

Дмитрий моргнул. Парашют. Система сама додумалась — нет, не додумалась, она просто знала, что ящики не должны материализоваться из воздуха. Это было... разумно. Даже слишком разумно для бездушной программы.

Он откинулся на подушку. Сердце колотилось так, что было слышно в ушах. Таймер показывал 18 минут. Восемнадцать минут доступа к будущему — потрачены. Теперь оставалось только ждать.

Чат молчал. Минуту. Две. Три.

Дмитрий начал нервничать. Что, если парашют не раскрылся? Что, если ящики разбились? Что, если генерал сейчас стоит над обломками и понимает, что его обманули?

Он представил, как в далёкой пустыне человек по имени Хасан смотрит в небо и видит только горячий воздух. Как его лицо темнеет от ярости. Как он достаёт спутниковый телефон и звонит кому-то, кто умеет искать людей в Сети.

— Пожалуйста, — прошептал Дмитрий. — Пожалуйста, сработай.

Ноутбук пиликнул.

«Брат... Я не знаю, кто ты. Я не знаю, КАК ты это сделал. Мы смотрели в небо — и увидели их. Парашюты. Десятки парашютов. Они спускались медленно, как ангелы. Мои бойцы молились. МОЛИЛИСЬ, брат. А когда ящики коснулись земли и мы открыли первый... Автоматы с голографическими прицелами. Ночное видение. Дроны, которых нет ни у одной армии мира. Брат. Ты — легенда. Я отзову всех, кто сомневался в тебе».

Дмитрий выдохнул. Медленно, с присвистом. Сработало. Парашюты. Чёртова Система всё продумала. Никаких вопросов о телепортации — только благоговейный ужас перед небесным грузом.

Он улыбнулся — криво, впервые за долгое время — и написал ответ. Одно слово.

«КГБ».

Пауза. Генерал молчал.

Дмитрий добавил:

«Живо. И чтоб никому. А этим засранцам наподдайте как следует».

Генерал ответил через несколько секунд:

«КГБ... Я слышал легенды. Теперь вижу — они правдивы. Мы не подведём, КГБ. Спасибо».

Дмитрий закрыл ноутбук, лёг на спину и уставился в потолок. Плакат с островом висел на месте. Пальмы. Бирюзовая вода. Белый песок.

Но теперь он смотрел на него иначе. Не как на мечту о тишине. А как на место, которое он однажды — если захочет — сможет купить.

---

ГОЛОС: В этот момент Дмитрий ещё не знал, что аббревиатура «КГБ» разлетится по Даркнету быстрее, чем альбионские радары засекают цель. Не знал, что через месяц любой торговец оружием в теневой сети будет клясться, что работает «на КГБ». Не знал, что его случайная шутка станет городской легендой, за которой будут охотиться спецслужбы трёх континентов. И уж точно не знал, что где-то в пустыне генерал Хасан, глядя на парашюты, скажет своему бородатому соратнику: «Запомни этот день. Сегодня Бог был на нашей стороне». А бородач ответит: «Это не Бог. Это КГБ».

4. Отдача

Ночь после первой сделки Дмитрий не спал.

Он лежал на продавленном матрасе и смотрел в потолок. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, хотя прошло уже несколько часов. Интерфейс Системы висел перед глазами — полупрозрачный, не заслоняющий реальность, но и не исчезающий. Как очки с дополненной реальностью, только без очков.

«Баланс: 2 300 000 снежнорублей. Репутация: 0. Сделок: 1. Статус Ранга 2: временный доступ использован. Для постоянной разблокировки требуется 10 000 очков репутации».

Ноль репутации. После всего, что он сделал — ноль.

— А где мои очки? — пробормотал он.

«Репутация начисляется после подтверждения успешного применения оружия клиентом. Ожидайте».

Ожидайте. Он ненавидел это слово. Всю жизнь он только и делал, что ждал. Ждал, пока мать перестанет волноваться. Ждал, пока долги рассосутся сами. Ждал, пока мир за окном станет менее страшным. Ничего не происходило.

Но теперь — теперь он хотя бы что-то сделал.

Он сел на кровати и открыл ноутбук. Новости. Надо было посмотреть новости. Если его оружие попало в Аль-Хадру, там наверняка что-то происходит. А если ничего не происходит — значит, он зря потратил десять миллионов.

Заголовки были обычными: «Альбионская Империя усиливает санкции против Земли Снегов», «Федерация Янки проводит военные учения в Тихом океане», «В Аль-Хадре продолжаются столкновения между повстанцами и правительственными войсками». Ничего особенного.

А потом он обновил страницу.

И увидел новую строку.

«СРОЧНО: В Аль-Хадре повстанцы нанесли сокрушительный удар по позициям альбионского контингента. Военные эксперты в шоке: у боевиков обнаружено оружие неизвестного образца».

Дмитрий кликнул по ссылке. Страница грузилась медленно, как будто интернет в общаге тоже не мог поверить в происходящее. Наконец текст появился.

«...По сообщениям из зоны конфликта, сегодня ночью передовой отряд альбионских сил быстрого реагирования попал в засаду в районе Восточной Аль-Хадры. По словам выживших, повстанцы использовали автоматическое оружие с "невозможной точностью" и дроны-камикадзе, оснащённые системой искусственного интеллекта. Отряд из 30 элитных солдат был полностью уничтожен. Альбионское командование отказывается от комментариев».

Дмитрий перечитал текст трижды. Полностью уничтожен. Тридцать человек. Он продал оружие, и через несколько часов тридцать человек погибли.

Он закрыл ноутбук.

В комнате стало тихо. Очень тихо. Даже холодильник перестал гудеть — или он просто перестал его слышать.

Тридцать человек. Из-за него.

---

ГОЛОС: Дмитрий не был наивным. Он знал, что оружие создано для убийства. Он знал, что генерал Хасан воюет — и воюет насмерть. Но одно дело — знать абстрактно. Другое — прочитать новость и понять, что вот эти тридцать имён, которых он никогда не узнает, перестали существовать. Не в кино. Не в игре. В реальности.

---

Он снова открыл ноутбук. Пролистнул новость до конца. Там была приписка:

«Альбионское командование заявляет, что использованное повстанцами оружие имеет маркировку, сходную с маркировкой военных заводов Земли Снегов. Официальный представитель Земли Снегов отверг обвинения, назвав их "бездоказательными инсинуациями"».

Земля Снегов уже отреагировала. Его собственная страна — та, из которой он не выходил годами, — уже оправдывалась за его действия. Он стал международным инцидентом. Он, Дмитрий, который даже до прачечной не мог дойти.

Из горла вырвался нервный смешок. Потом ещё один. Он зажал рот ладонью.

— Я даже до прачечной не могу дойти, — прошептал он. — А теперь я — международный инцидент.

Смех перешёл в кашель, кашель — в молчание.

И тут Система ожила.

«Поздравляем носителя. Первое успешное применение оружия подтверждено. Начислено 5 000 очков репутации. Дополнительно: за полное уничтожение вражеского отряда начислено 2 000 очков. За скрытность (отсутствие улик против поставщика) начислено 1 000 очков. Итого: 8 000 очков репутации. До разблокировки Ранга 2 на постоянной основе осталось: 2 000 очков».

Восемь тысяч. Почти всё. Он был в двух шагах от того, чтобы открыть доступ к оружию будущего навсегда. Ещё одна сделка — и он получит постоянный доступ. Ещё одна...

И тут он осёкся. Ещё одна сделка. Ещё одна партия оружия. Ещё одна новость. Ещё несколько десятков имён, которых он никогда не узнает.

Он вспомнил сообщение генерала Хасана. «Брат, твоя цена честная». «Мы не подведём, КГБ». Вспомнил, как тот писал про парашюты — «Мои бойцы молились». Это был не безликий террорист из новостей. Это был человек. Живой. С голосом, пусть и текстовым. С благодарностью, пусть и наивной.

И он воюет против страны Орлов. Тех самых, про которых Дмитрий сам кричал час назад.

— Ладно, — сказал он вслух. — Ладно. Если уж я в это вляпался...

Он открыл чат.

Там висело непрочитанное сообщение от генерала.

«Брат, я не знаю, есть ли у тебя ещё что-нибудь. Но если есть — я куплю. Всё, что сможешь дать. Мы разбили их сегодня, но они вернутся. Альбионцы не прощают. И Орлы тоже. Мне нужно больше. Намного больше».

Дмитрий смотрел на сообщение. Палец завис над клавиатурой.

Ещё одна сделка. Ещё одна партия. Ещё несколько десятков имён.

Но теперь он думал о другом. Не о тех, кто погиб. А о тех, кто выжил. О генерале Хасане. О его бойцах. О людях в пустыне, которые смотрели в небо и видели парашюты с оружием, и молились, потому что больше им не на что было надеяться.

— Я не благотворительность, — сказал он себе. — Я торговец. Я продаю. Они покупают. Это бизнес.

Он сам не верил в это. Но звучало убедительно.

«Будет. Цена та же. Объём — вдвое. Срок — завтра».

Ответ пришёл мгновенно:

«КГБ... Ты даже не представляешь, что ты для нас значишь. Мы заплатим. Всё, что есть. Спасибо».

Дмитрий закрыл чат. Интерфейс мигнул:

«Новый заказ принят. Требуется: 20 000 автоматов, 2 млн патронов, 200 дронов. Срок исполнения: 24 часа. Рекомендация: разблокировать Ранг 2 для выполнения заказа с максимальной прибылью. Недостаточно репутации: 2 000 очков».

Две тысячи. Каких-то две тысячи очков отделяли его от постоянного доступа к будущему. Ещё одна маленькая сделка. Или — одна большая битва.

Он откинулся на подушку и уставился в потолок. Плакат с островом висел на месте. Пальмы, вода, песок. Но теперь он видел там кое-что ещё. Себя. Сидящего в шезлонге с ноутбуком. И где-то далеко, за тысячи километров, в пустыне, люди с его оружием меняют ход войны.

И никто. Никто не знает, кто он.

---

ГОЛОС: Говорят, что власть развращает. На самом деле власть просто проявляет то, что уже было внутри. Дмитрий никогда не хотел убивать. Но он хотел, чтобы его боялись. Хотел, чтобы с ним считались. Хотел, чтобы его имя — пусть даже чужое, вымышленное — произносили с уважением. КГБ. Три буквы, за которыми ничего не стоит. Но теперь за ними стоял он. И это было страшно. И это было прекрасно.

---

Он закрыл глаза. Уснуть не получилось, но теперь он хотя бы знал, зачем просыпаться.

5. Вирус

Утро началось не с будильника. Будильник Дмитрий не заводил уже года два — просто просыпался, когда организм отказывался лежать дальше. Сегодня организм сдался в начале десятого.

Первое, что он увидел, открыв глаза, — интерфейс. Тот висел в воздухе, полупрозрачный, невозможный, и мигал красной строкой:

«Репутация: 8 000 / 10 000. До разблокировки Ранга 2 осталось: 2 000 очков. Новых уведомлений: 3».

Дмитрий сел на кровати и потянулся. Кости хрустнули — он спал в неудобной позе, свернувшись калачиком. В комнате было всё так же холодно. За окном — всё тот же снег. Шестой день? Седьмой? Он сбился со счёта.

— Уведомления, — пробормотал он. — Давай.

«Уведомление 1. Ваш клиент "Генерал Хасан" успешно применил дроны "Снежный Шершень" в боевых условиях. Уничтожено: 3 альбионских бронетранспортёра, 2 патрульные машины. Нанесён урон вражеской пехоте. Результат: +500 очков репутации».

Дмитрий моргнул. Пятьсот очков просто за то, что кто-то использовал его дроны. Он даже ничего не делал — просто спал. А репутация капала.

«Уведомление 2. Маркировка "КГБ" зафиксирована в переписке клиента с третьими лицами. Ваш псевдоним начинает распространяться в Даркнете. Результат: +100 очков репутации (скрытность не нарушена, личность не раскрыта)».

КГБ. Его случайная шутка начинала жить собственной жизнью. Он представил, как в тёмных уголках интернета бородатые торговцы оружием шёпотом пересказывают легенды о таинственном поставщике, который сбрасывает груз на парашютах и отвечает одним словом. Ему это нравилось. Слишком сильно нравилось.

«Уведомление 3. Зафиксировано резкое повышение интереса к вашему профилю в Даркнете. Входящих запросов: 47. Рекомендация: не отвечать на запросы без проверки. Система может отфильтровать потенциально опасные контакты за дополнительную плату».

Сорок семь запросов. За одну ночь. Пока он спал, почти полсотни человек со всего мира пытались связаться с ним. Купить у него. Стать его клиентами.

Дмитрий смотрел на цифры и чувствовал, как в груди разливается что-то тёплое. Не радость. Скорее удовлетворение. Как будто он долго карабкался по склону и наконец увидел, что вершина уже не так далеко.

— Фильтруй, — сказал он. — Сколько?

«Стоимость фильтрации входящих запросов: 10 000 снежнорублей в месяц. Активировать?»

— Десять кусков за спам-фильтр? — он присвистнул. — А бесплатно?

«Бесплатная версия: отклонять запросы от пользователей с репутацией ниже 0. Дополнительно: Система предоставит краткую характеристику каждого отфильтрованного запроса. Активировать?»

Дмитрий кивнул.

— Бесплатная версия. Пока.

Интерфейс мигнул и выкатил длинный список. Сорок шесть строк — и каждая с короткой пометкой.

«IronEagle_777 — мошенник (схема "предоплата за несуществующий товар"). Отклонён».
«DesertWolf_2024 — любопытный (репутация -3, неактивен 8 месяцев). Отклонён».
«Ghost_Supplier_01 — бот (шаблонные сообщения, массовая рассылка). Отклонён».
«Al_Haqim_Real — провокатор (вероятность работы на разведку: 78%). Отклонён».
«xX_SniperLegend_Xx — подросток (возраст предположительно 14 лет, запрашивает "лазерный меч как у джедаев"). Отклонён».

Дмитрий прыснул. Лазерный меч. Кто-то реально просил лазерный меч. Взрослый мир торговли оружием оказался не таким уж взрослым.

Он пролистнул список до конца. Сорок шесть строк — сорок шесть приговоров. Мошенники, боты, дети, шпионы. И только один запрос остался висеть в папке «Входящие».

«От: пользователь "Самум". Репутация: +12. Сообщение: "Слышал про тебя от Хасана. Он сказал — ты творишь чудеса. Мне нужно оружие. Много. Я не генерал, я просто защищаю свою деревню. Но у меня есть деньги. И у меня есть враги. Поможешь?"»

Дмитрий перечитал сообщение. Потом ещё раз. «Самум». Репутация плюс двенадцать — немного, но достаточно, чтобы быть реальным человеком. И он говорил про деревню. Не про армию. Не про политику. Просто деревня. Просто люди. Просто кто-то, кто пытается выжить.

Он коснулся имени отправителя в интерфейсе. Система послушно развернула краткую сводку.

«Анализ контакта "Самум":
- Настоящее имя: Ясир аль-Хаджи.
- Статус: старейшина деревни Тамун (северо-восточная Аль-Хадра).
- Противник: группировка "Свободный Джамахир" (радикальное ополчение, предположительно финансируется Федерацией Янки).
- Тип конфликта: оборона территории. Группировка "Свободный Джамахир" пытается вытеснить жителей с сельскохозяйственных земель для прокладки трубопровода.
- Союзники: отсутствуют. Местные власти не вмешиваются. Армия Аль-Хадры выведена из региона.
- Источники финансирования: религиозная община "Братья Чистоты" (трансграничная сеть взаимопомощи, объединяющая мечети и благотворительные фонды в нескольких странах). Средства поступают через неформальные каналы (хавала) в электронный кошелёк и в виде физического золота (слитки, монеты), хранящегося у старейшины.
- Платёжеспособность: средняя. Предполагаемый бюджет сделки: 2-3 миллиона снежнорублей в электронном кошельке плюс золотой запас объёмом около 5 кг (эквивалент ~3 миллионов снежнорублей).
- Особые условия: золото — физический актив. Для его получения потребуется портальная доставка (стоимость — согласно тарифам Системы). Альтернатива: автоматическая конвертация в баланс Системы (без физического хранения).
- Риск раскрытия поставщика: низкий. Контакт не связан с государственными структурами. Религиозная сеть "Братьев Чистоты" заинтересована в анонимности поставщика.
- Рекомендация: потенциально ценный клиент. Лояльность высокая, потребность острая. В случае успешной сделки вероятны повторные заказы от других ячеек сети».

Дмитрий присвистнул. Деревня, которую выдавливают с земли ради трубопровода. Без власти. Без армии. Просто люди, которые не хотят уходить. И их враг — не альбионская империя, а радикалы, которых, если верить сводке, спонсируют Орлы.

Опять Орлы.

— Ну конечно, — пробормотал он. — Кто бы сомневался.

Теперь он смотрел на сводку с профессиональным интересом. Три миллиона в электронном кошельке — это понятно. Это он даже мог бы сразу использовать для закупок через Систему. Но золото — пять килограммов физического металла — требовало доставки. Или конвертации.

«Система, — спросил он. — Варианты по золоту?»

«Вариант 1: портальная доставка золота в физическое хранилище носителя. Стоимость: 15 000 снежнорублей. Недостаток: необходимость физического хранения, риск изъятия. Вариант 2: автоматическая конвертация. Золото не перемещается. Система оценивает актив и мгновенно зачисляет эквивалент в снежнорублях на баланс носителя. Стоимость: 500 снежнорублей (комиссия за конвертацию). Преимущества: безопасность, мгновенность, отсутствие физического следа».

Дмитрий даже не задумался.

— Конвертация. Пятьсот рублей — копейки.

«Подтверждено. При получении оплаты от клиента "Самум" золотой актив будет автоматически конвертирован в баланс Системы. Физического перемещения не потребуется».

Он кивнул и вернулся к сообщению от Ясира. Старейшина. Человек, который собирает деньги через религиозную сеть и прячет золото в деревне, которую вот-вот сожгут. Ему нужно оружие не для захвата — для защиты. Не ради прибыли — ради выживания.

Дмитрий вздохнул и начал печатать ответ.

---

ГОЛОС: Раньше он бы не стал. Раньше — это буквально позавчера. Но теперь он читал сводки Системы и понимал: война — это не просто новости. За каждой строчкой — люди. За каждым клиентом — история. И если он может помочь, просто сделав свою работу... то почему бы и нет? Тем более, золото есть золото. Даже если оно сразу превращается в цифры.

---

Он написал:

«Ясир, я знаю, кто ты. И знаю, с кем ты воюешь. Оружие будет. Цена стандартная. Оплата — с твоего электронного кошелька плюс золото. Золото заберу сам (не удивляйся, когда увидишь, как). Присылай список — что именно нужно. И координаты доставки».

Ответ пришёл через минуту:

«Ты знаешь моё имя... Я не спрашиваю откуда. Хасан говорил — ты творишь чудеса. Я верю. Список пришлю. Спасибо, брат. Да хранит тебя Бог».

Дмитрий откинулся на подушку. И замер.

«Ты знаешь моё имя».

Он перечитал эту фразу трижды. Ладони стали влажными, по спине поползла холодная испарина. Он знает. Откуда? Как?! Он же только что прочитал сводку от Системы — а старейшина уже пишет так, будто Дмитрий сам ему представился. Но он же не представлялся. Он вообще ничего о себе не говорил.

— Система, — голос дрогнул. — Ты показываешь клиентам информацию обо мне?

«Отрицательно. Личные данные носителя не раскрываются. Клиент "Самум" не получал от Системы никаких сведений о поставщике, кроме псевдонима "КГБ"».

— Тогда откуда он знает, что я знаю его имя?

«Анализ: клиент "Самум" не знает, что носитель знает его имя. Он сделал вывод из сообщения носителя: "Ясир, я знаю, кто ты". Это было воспринято как подтверждение осведомлённости поставщика. Клиент не знает источник этой осведомлённости. Его реакция — удивление и благоговение, а не угроза».

Дмитрий выдохнул. Медленно, с присвистом. Он сам. Сам написал «Ясир, я знаю, кто ты». Зачем? Чтобы выглядеть крутым? Чтобы клиент думал, что КГБ всё знает? Вот клиент и подумал. А он теперь сидит и трясётся.

Он потёр виски.

— Ладно. Я идиот. Но теперь он думает, что я всевидящий. Это... неплохо? Наверное?

Но оказалось — не только он это заметил.

Три часа спустя, когда заказ был собран, Система выдала отчёт.

«Протокол наблюдения: в момент отправки товара зафиксирована активность третьих лиц вблизи точки доставки. Два наблюдателя. Идентификация: агенты группировки "Свободный Джамахир". Используют систему шифрования перехвата "Орлиный Глаз" (разработка Федерации Янки). Цель: отследить цепочку поставок КГБ».

Дмитрий напрягся.

— Они засекли парашюты?

«Отрицательно. Товар доставлен в мёртвой зоне их наблюдения. Наблюдатели зафиксировали только факт сброса, но не смогли отследить источник. При попытке перехвата портальной доставки золота зафиксирована вторичная активность. Третье лицо — клиент "Самум". Ясир аль-Хаджи также активировал систему слежения, встроенную в его электронный кошелёк (протокол "Хавала-Трейс", разработка всё той же Федерации Янки)».

Дмитрий уставился в интерфейс.

— То есть он тоже следил? За мной?

«Не за носителем. За золотом. Клиент хотел узнать, куда исчезнет физический актив после отправки. Это стандартная мера предосторожности. Однако все попытки отслеживания были нейтрализованы. Золото не перемещалось физически — была проведена автоматическая конвертация. Портальный протокол не оставляет следов в известных системам шифрования диапазонах. Результат для обеих сторон: золото исчезло. Наблюдатели врага не зафиксировали никого. Ясир аль-Хаджи также не получил никаких данных».

Дмитрий выдохнул — и вдруг усмехнулся.

— То есть они оба следили за одной точкой. Оба хотели понять, куда денется золото. А оно просто превратилось в цифры.

«Подтверждено. Враг не обнаружил КГБ. Клиент не обнаружил КГБ. Вывод, сделанный обеими сторонами: КГБ невидим. КГБ невозможно отследить. КГБ — легенда».

И тут же пришло новое сообщение от Ясира.

Оно было длиннее обычного. Написано торопливо, с ошибками, будто человек до сих пор не верил своим глазам.

«Брат... Я должен признаться. Я пытался проследить за золотом. У нас система шифрования "Орлиный Глаз", мы думали, она лучшая. Но она не работает. Я теперь вижу: она читается. Враги всё это время могли читать нас, как открытую книгу. Мы были наивными детьми. Прости меня. Скажи, чем нам пользоваться? Как говорить так, чтобы нас не слышали?»

Дмитрий прочитал и покачал головой. Так и есть. Орлиная технология — для орлиных интересов.

Он открыл интерфейс. Система тут же подсказала:

«Обнаружен запрос на смену протокола связи. Внедрение шифрования стороннего разработчика: "Песчаная Буря" (компания "Красный Консорциум", Тегеран-Север). Алгоритм не связан с Федерацией Янки, не имеет лицензионных закладок. Компания является конкурентом Орлов и не сотрудничает с их разведкой. Вероятность утечки к Орлам: 0,4%. Вероятность чтения самим Консорциумом: 87% (но их интересует только транзит нефти, а не деревенские ополчения). Стоимость установки клиенту: 1 500 снежнорублей. Внедрить?»

— Внедряй, — скомандовал Дмитрий и застучал по клавиатуре.

«Ясир. "Орлиный Глаз" — это сито. Твои враги читали тебя, как утреннюю газету. Забудь о нём. Я поставил тебе "Песчаную Бурю". Это система конкурентов Орлов. Да, они тоже будут тебя читать. Но им плевать на твою деревню и на твои поставки. Они воюют с Орлами за нефть, а не с тобой. Зато Орлы больше не увидят ни строчки. Не будь наивным ребёнком. В следующий раз, когда полезешь следить за мной через вражеский софт, я просто отключу тебя от сети. Призрак не прощает дважды. Конец связи».

Ответ пришёл через минуту.

«Понял. "Буря" встала. Старое удалил. Спасибо, брат. Мы учимся».

Дмитрий удовлетворённо кивнул и закрыл чат.

Интерфейс снова напомнил о себе:

«Все текущие операции завершены. Репутация: 8 600 / 10 000. Следующий шаг: выполнение заказа генерала Хасана для разблокировки Ранга 2. Ориентировочное время до потери клиента: 48 часов».

Дмитрий посмотрел на таймер. Сорок восемь часов. Двое суток, чтобы добрать недостающие очки, открыть доступ к «Шёпоту» и успеть до того, как «Титаны» дойдут до позиций Хасана.

— Работаем, — сказал он.

И открыл сводку по генералу.

---

ГОЛОС: В этот момент Дмитрий перестал быть просто хиккой с ноутбуком. Он стал торговцем. Не в смысле профессии — в смысле образа мыслей. Торговец не ждёт, пока клиент придёт. Торговец ищет клиента сам. Торговец думает наперёд. Торговец знает: каждая секунда промедления — это упущенная прибыль. Или, как в случае с генералом Хасаном, упущенная жизнь. А Дмитрий — хоть и не признавался себе в этом — уже не хотел, чтобы кто-то умирал просто потому, что он не успел.