Я не такая. Ну почти.

Попытка вернуться в текст номер два. Отпуск закончился, варенье из лесной ягоды сварено, заброшенные дела выстроились в очередь, но я не унываю. Время пить кофе и тупить в текст.

Перечитала прошлую главу, решила, что неплохо. Вот этот момент хорош:

– Правильные слова касаются души и приводят в движение сокрытые силы, – пробормотал Вран себе под нос.

Она аж крыльями взмахнула и вперёд подалась:

– Твой чародей так говорил? 

Вран ответил не сразу, и Злата, казалось, позабыв о своей беде, нетерпеливо перебирала лапками.

– Это ведь почти слово в слово как и меня учили.

– Нет, не он, – оборвал её Вран и угрюмо умолк. 

Ну что она к нему лезет с расспросами! Всё-то ей расскажи…

Злата надулась и распушила перья. Врану стало совестно. Трудно ему ответить что ли? Да и имена называть не обязательно.  

– Есть у меня друг, – он осторожно подбирал слова. – Много странствовал, много знает и меня научил. Она навроде сказителя.

– Гусляр? – оживилась Злата, вытянув вперёд шею и подбираясь ближе. Кажется, она и забыла о своей печали.

 – Нет. Без гуслей. Поёт, сказки и побывальщину сказывает. Голос у него волшебный.

А Вран вдруг понял, как близко от его лица птичья голова, и как блестят в темноте её глаза с длинными пёрышками-ресницами. Он снова протянул руку, и птица на неё вспорхнула. 

– Пойдём, – разрешила она смиренно опустив голову. – Совета спрошу. Не справлюсь я сама. 

Но Вран не двинулся с места. В голове у него, как искры над костром, плясали и кружились слова. Перья, когти, небо… Искорки сложились вместе и разгорелись ярким пламенем. В ушах замурлыкал тихий голос:

– Перья скинешь, когти сбросишь, больше в небо не гляди…

Злата тихо ахнула, и Вран обнаружил, что и сам повторяет вслед за голосом у себя в голове.

От его руки словно потянулись к ней тонкие ниточки. Коснулись перьев, Злата только и успела, что взлететь, когда нити завертелись вокруг неё, как веретено.

– Крылья ветру не подставишь, спи-усни, спи-усни…

В свете пера на полу снова сидела Злата-девица.

– Как ты… – она прикрыла рот ладошкой, глядя на него во все глаза.

Вран выронил перо и сделал шаг назад.

– Не знаю. Это ты, – ощетинился он и первым выскочил из сарая, зажимая уши. В голове всё ещё мурлыкало-баюкало, но слова ухватить не удавалось, да он и не пытался. Казалось, голова сейчас лопнет. Яблоко в поясе горело, обжигая даже сквозь рубаху.

– Обожди меня! – спохватилась Злата и выбежала следом.

Стихи, определённо, сочинялись не зря. На этом я пока решила, что достаточно сделала  

Хорошо поразмышлять за чашечкой кофе. Поразительно, как у некоторых авторов всегда много идей, больше, чем возможности всё это написать, а идеи всё приходят, и приходят... я так никогда не умела. Я же из тех, кто годами пишет одну историю, и на каждую обещаю себе: ну это точно последняя. Потом завязываю.

А потом я вспоминаю, что у меня не одна, а три начатых сразу Ой. Улле хорошо бы дописать к осени, Мира с её волшебными дверями подождёт, когда у детей снова фехтование начнётся - она хорошо пишется и не в напряг, пока я их жду в коридоре и сижу на лавочке с трибуны. Ну а летом, конечно, все силы надо на Врана. Хотела дописать первую часть, но надо быть оптимистом. Хорошо бы дописать хотя бы все сцены с братьями и уйти из дома в лесу  

Кажется, я тоже в секте "времени меньше, чем идей". Принимайте.

Почему-то шед всегда к ноутбуку яблочко пририсовывает. Но знайте, я не такая