ИИ в роли персонажа

Всем привет! Рад присоединиться к флешу Оксаны Тихоновой!

Конечно, все, знакомые с моим творчеством, знают, что в этом отношении моя любимая героиня - андроид Снежанна, киборг с искусственным интеллектом, однажды захотевшая стать настоящим человеком. Что из этого получилось, можете прочитать в повести "Диалог с андроидом".

Но сейчас я хотел бы вас познакомить с другим персонажем - искусственным интеллектом - "искином" межзвёздного корабля "Дальнобойщиком" из повести "Космос полон сюрпризов".

На кого он похож? Ну в реальности ему нет прототипов, однако по сути, он лучший друг ГГероя, из тех, кто может не стесняясь, спокойно указать на ошибки или похвалить за успех, не бросит в экстремальной ситуации и останется другом до конца, словно его "внутренний голос".

Думаете, что так не бывает? Ну-ну...

Елена, сидя перед таким же экраном смотрела прямо на меня.

– Игорь. Я долго не могла тебе сказать. Нам надо расстаться. Ты пилот, большую часть жизни проводишь в своём Космосе. Это не то, что нужно для семейной жизни, прости. Да! Я принимала противозачаточные средства! У нас с тобой нет будущего! – Она сорвалась на истерику, прижав ладони к лицу. – Да! Я полюбила другого! Ваню, ты его знаешь.

Инженер другой экспедиции. Я ходил с ним в поиск. Два года назад во время очередной миссии он ещё в полёте оказывал коллеге всяческие знаки внимания. Однако пилот-капитан Дальнобойщика и молоденькая космоархеолог Ленка начали посматривать друг на друга. В какой-то момент уединились в этой самой рубке. На той самой койке, где сейчас лежала спящая инопланетянка, мы вытворяли невероятные любовные эксперименты, клялись друг другу в вечной любви...

Потом, уже на Земле было знакомство с родственниками, жизнь начала вырисовывать семейную колею, как тут... Такая новость! Наши отношения оказались настолько хрупкими, что сразу разбились о жёсткую необходимость постоянных разлук.

– Кэп, с тобой всё нормально?

Голос Дальнобойщика, тихий, чтобы не разбудить гостью из другого мира, снова звучал участливо и как-то смущённо.

– Вот это тебя прибило! Елена... Ты думал, она станет твоей женой, но она тебя отвергла. Почему? Захотела спокойной жизни?

– А говоришь, что не шаришь. Не прибедняйся, разбираешься лучше нас самих. Отправь челнок с грузом на планету. Они там на недельку зависнут.

– Выполняю. И... Извини, а? Ты отключился, чтобы спасти это существо. Ты очень сильно рисковал. Но тем ты и отличаешься от меня. Уважуха, дружище! Кстати, это «она», женского пола. Более подробный анализ требует взятие образцов тканей. Сделать?

Я вздрогнул. Посмотрел на сломанный чубук трубки в руке и рассыпанный по полу табак. Робот-уборщик стучал мне в ногу корпусом, просил отойти. Я положил на пол обломки и отшагнул в сторону. Потом достал новый курительный прибор, набил и поджёг.

– Вообще-то, заметно невооружённым глазом, что она женского пола. Прости, намусорил.

– Пустяки. Так как?

– Не надо. Опасности не представляет?

– Нет. Все микроорганизмы на её теле и одежде безвредны. Причём их очень мало. По сравнению с тобой, она стерильно чистая, несмотря на то что в пыли.

– Пусть спит пока, попозже вымоем. Я в душ, а потом в столовую. Проголодался, меры нет.

Когда уже подкрепился, в дверь застучали.

Кэп. Проснулась. Ломится к тебе, как ненормальная. Сначала кинулась обыскивать рубку. Я не сразу понял, что ищет тебя – думает, наверное, что ты её бросил, оставил одну.

– Открывай. И накрой стол ещё раз, на двоих. Поужинаем вместе.

…

Инопланетянка влетела в столовку, разбрасывая по всему помещению блики от своего костюма, снова схватила меня за руку, и только после этого успокоилась. Пришлось слегка её отстранить. Ну, правда, неудобно двигаться, когда на твоей руке такая объёмная гирька в полста кило.

– Ты здесь везде в безопасности. Не цепляйся за меня постоянно. Меня зовут Игорь. – Тут я приложил руку к груди. – Игорь.

Она, наконец, отпустила меня, повторила жест.

– То-ома.

Вот и познакомились. Блин, я не сообщил в экспедицию, что на борту представительница другой цивилизации. Потом сами увидят, а то испорчу рабочий процесс. Её аппарат они не нашли. Наверное, основательно засыпало взрывом.

– Пойдём, искупаешься. Надо смыть пыль. Ты немного это... Чумазая. – Я несколько раз показал руками, будто на меня льётся вода, и как я смываю с себя грязь.

Она заверещала что-то на своём языке, приятно и мелодично. Потом покивала и пошла следом, снова взяв меня за руку.

Подвёл к душевой кабине, отцепил её ладошку и показал, что надо раздеться и войти внутрь. Пришлось вылезти из своего комбинезона, оставшись в одних трусах. Она поняла, прикоснулась в определённых местах к своему блестящему костюму и тот разошёлся по невидимым до того швам. Цельными остались только манжеты вокруг шеи, запястий и щиколоток. Но вот она освободилась и от них, отвернувшись и стыдливо прикрыв груди и промежность руками. Другого белья на инопланетянке не было. Ишь ты, стесняется. Но необходимость понимает. Я закрыл матовую дверцу. Зашумела вода. Девушка снова что-то щебетала, поворачиваясь под водяными струями, взмахивала тонкими руками. Пусть и очень смазанно, но силуэт инопланетянки просматривался. В другой шкафчик для обработки одежды повесил её костюм и вышел.

Сообразительный Дальнобойщик внутренние двери держал теперь открытыми – опасных ситуаций не предвиделось. Я пораженно охнул, снова войдя в столовую.

На столике горели две толстые свечи, сбоку в ведёрке остывала бутылка шампанского, а по центру стояла ваза с тремя чайными розами и бокалы. Поодаль робот-стюард держал в руке меню, одетый по старинной моде начала двадцатого века. Однако, стояли и судки с готовыми блюдами, накрытые блестящими крышками, лежали напротив столовые приборы, салфетки. Челюсть подбирать пришлось «вручную» с самого пола.

– Дальнобой! Ты что это творишь? Совсем офигел?

– Ты сам сказал: «Ужин на двоих». – Отпарировал Корабль. – Это тебе не в гордом одиночестве квасить, пока никто не видит.

– Может ей непривычно. Вдруг на её родине едят иначе?

– Не кажись глупее, чем на самом деле, кэп. Её тело устроено так же, как и у землян. Она просто не может есть по-другому. К тому же, сейчас я анализирую её речь. Она поёт, пока одевается. Язык очень понятный. Когда наберу необходимый словарный запас, обработаю фонетику и грамматику, я закончу переводчик. Сейчас 82% готовности. Поёт кстати печально. Своих погибших вспоминает.

– К чему тогда это всё? Тут в натуре надо тризну накрывать.

– Может, отвлечётся немного. Иди, встречай.

Ну и один из "моментов истины"

Я плохо помнил, как, едва переставляя трясущиеся ноги, нёс То-ому к боту. Форсаж и стыковку вообще пропустил, а очнулся по-настоящему только в боксе медблока.

...

По лицу пробежали узкие прохладные ладошки, и я открыл глаза. То-ома поднесла к моим губам стакан. Я сделал глоток тёмно-коричневой плотной жидкости, чуть не поперхнулся и вскочил.

– Ром?

– Ну, я подумал, добрый глоток сейчас тебе точно не помешает. Ишь как подхватился.

Я прижал к себе любимую, целовал её лицо, гладил жёсткие, неподатливые синие волосы.

Дальнобойщик только хмыкнул: «Развели телячьи нежности. Не вздумайте расплакаться, а то пол заржавеет».

В бассейне мы купались уже вдвоём. От страшных ожогов не осталось и следа.

– Где мы?

– На орбите между Сатурном и Юпитером. Не волнуйся, сейчас нас никто не видит.

– Долго в отключке провалялся?

– Сущие пустяки. Трое суток. А эта твоя То-ома классная девчонка. Добрая. Не отходила от тебя. Умывала, кормила с ложечки. Перестала от меня закрываться, вот и раззнакомились. На свадьбу хоть позовёте?

То-ома смущённо уткнулась лицом в мою грудь, потом вцепилась обеими руками в запястье, как раньше, и звонко рассмеялась.

– Зато ты, смотрю, так и сыплешь прибаутками и комплиментами. Ревновать скоро начну.

– Я и раньше умел, – отбрил Корабль.

– Да ты нас чуть не сжёг! Хорошо, что были кислородные маски!

– А это да. Пришлось рискнуть. Но, в принципе, я догадывался, что ты что-нибудь придумаешь. – Одевайтесь и приходите в рубку, кое-что расскажу.

Догадывался он, понимаешь... рисковый парень!

Когда мы вошли, то чуточку обалдели – на свёрнутом коконе ложемента вполоборота сидел человек. Он встал и повернулся к нам. Это лицо я с завидным постоянством видел в зеркале и невольно отшатнулся, но потом обратил внимание – сквозь него виден пол и стена напротив. Голограмма. Так Дальнобойщик себя проявил впервые на моей памяти.

– Кэп, ты никогда не задумывался, почему здесь только один ложемент, а на остальных кораблях их несколько?

– Да я знаю. Это самый новый корабль. Новые технологии, автоматика. А ты самый новый компьютер, интеллектуальная программа. Эмоции вон пытаешься испытывать...

– Ещё скажи «свежий».

Голографический «я» усмехнулся и почесал затылок моим «фирменным» жестом. Проклятая привычка, от которой я никак не мог избавиться.

– Когда тебе исполнилось шесть, начал формироваться и я. Ты рос, я строился. Тогда же в твой мозг имплантировали биокристалл, нанопроцессор. Он постоянно связывается со мной и дописывает твою личность в программу. Так я взрослел вместе с тобой. Это, – Дальнобойщик хлопнул рукой по ложементу, – так, муляж, по большому счёту. Профанация. Как и шлем мыслесвязи. Он тебе не нужен, потому что я – это ты.

Как-то так!

Благодарю всех неравнодушных к моему творчеству!