Воскресный абзац с Екатериной Овсянниковой. Хроники - 8 "Эхо Сирхаалана"

Собственно, а почему бы и поучаствовать в воскресном абзаце с Екатериной? Вот прямо из черновика нового тома "Хроник.." аж восьмого по счёту. Начали его снова совместно с Недой Гиал, в этот раз при участии Дракона и Ведьмы. Ибо действия приводят героев в их мир Аргейю, город Залесье. (Серия "Странные танцы"). Также предполагается участие BlankLina - как иллюстратора и соавтора, давшего новую жизнь героине Амине Глуховой - волшебнице-целительнице.

"Абзац" одно название - не маленький, ибо предыстории хоть кусочек обязан иметь место ))

Женя Асташева

Таверна "Золотой Телец", Залесье, Аргейя

В своём матово-чёрном боевом комбезе из скринтекса, с парой пистолетов в кобурах на ляжках, увешанная громоздкой рацией, ножнами с кинжалом по диагонали груди и фляжкой на поясе, в Залесье я выглядела наверняка… необычно. Во всяком случае встреченные люди поспешно расступались. Некоторые и вовсе стремились перейти на другую сторону улицы, не забывая снимать меня на свои зеркофоны – аналоги наших "смартов". Напрасные попытки. Я злорадно посмеивалась, представляя, как потом на видео не будет видно ровным счётом ничего. Впрочем, могли и вызвать стражей порядка – если уже не вызвали…

Резко свернув в какой-то безлюдный проулок, я обвернула себя "мимикром". Вот теперь на меня перестали обращать всякое внимание, при этом воспринимая вполне естественно, как деталь интерьера или пейзажа – и забывая о моём существовании спустя пару секунд. Одна из немногих ментальных техник, которой со мной поделились тибетские мастера.

Протиснувшись под воротами, я оказалась в небольшом саду какого-то частного домовладения. И здесь тоже был домовой. Он заметил моё вторжение, но наложенный "мимикр" был настолько крепким, что воздействовал даже на эту, в немалой степени магическую сущность. Привалившись спиной к забору, я практически слилась с кустом шиповника, закрыла глаза и погрузилась внутрь себя, открыв "ячейку" воспоминаний мага. Того самого, который натравил на моих детей вурдалака, а потом покончил с собой. Не раньше, чем я его загнала в безвыходную позицию.

…

Уильям Коннорс. Поместье Клипстон рядом с озером Ноттингемшир и недалеко от знаменитого Шервудского леса. Маленький мальчик с зачатками магических способностей. Папа… Джон Коннорс, высший маг – повелитель волков Шервуда – известен среди людей как Роджер де Булли. Год тысяча восемьдесят пятый.

…

Казалось, сильнее уже зажмуриться было нельзя, но я ухитрилась. И ещё помогла себе руками, раскачиваясь из стороны в сторону.

…

Если воспоминания Рагнеды я промотала, словно ускоренный фильм, заостряя внимание на географии и политическом устройстве Сирхаалана и опуская "за кадр" её чудовищные деяния, то воспоминания Уильяма входили в мозг подобно гвоздям. Мне, тридцатилетней женщине, повидавшей разные миры и пространства, сложнее было воспринимать картины без малого тысячелетней давности, происходящие не где-то "там", а на Земле. От дремучего средневековья до наших дней.

Джон Коннорс, ученик и ближайший сподвижник Великого мага сэра Лорда Дарквуда. Того самого, хотевшего уничтожить меня, уже носившую сына во чреве, ради своей "великой цели" и которого убил мой муж. В присутствии ковена Великих Магов, Хранителей Отражений. За меня. Готовый лечь в Гробницу Забвения на тысячелетия за совершённое деяние.

Тот самый Джон Коннорс, всё-таки ухитрившийся заманить моего Хельма в смертельную ловушку и похитивший нашего сына, когда тому не было ещё года…

Я долго выслеживала… Даже с моими способностями это было очень непросто – вычислить высшего мага, свободно путешествующего в отражениях. Но я его подловила. В момент схватки с Финдером, рядом с Рубежом, на берегу Огнь-реки. Сбросила в Поглощающее Отражение, обрекла на быструю страшную смерть – абсолютный распад личности и самой души.

И вот его сын, Уильям теперь мстит нам… нет – конкретно мне – за своего отца.

А вдруг каким-то невероятным образом старый Коннорс уцелел? И отправил того, единственного, кому мог доверять безоговорочно – своего сына – чтобы тот закончил миссию – убил моего… Максимку… Да ну, бред какой-то! Джон не имел шансов выжить в Поглощающем. А отец не мог отправить сына на верную смерть. Или мог?

"Единственный способ стать сильнее – играть с более сильным противником" – всплыло выражение. Я сама исповедовала это всю свою сознательную жизнь, и каждое Изменение давалось через силу, ЗА пределом всех возможностей. Убив меня, Уильям стал бы высшим магом… Как схватившись с Повелителем Преисподней Сирхаалана, преодолев яд Рагнеды и  убив её саму, я стала… Кем? С этим я тоже обязательно разберусь!

…

Не снимая заклятия, я перебралась поверху через забор и отправилась обратно в таверну. Поговорить обо всём с Хельмом.

"Мимикр" я убрала прямо перед дверью и успела услышать слова оборотня: "…Она тебе вообще рассказывала, как у нас набедокурила? С самой Баас – Богиней Смерти – чуть не зарубилась, Таймин вовремя остановил"...

– Ах ты ж падла! Сукин сын! Он уже кому-то рассказывает про меня чего рассказывать не положено!

Я буквально ворвалась внутрь. Наэлектризованный до предела воздух передо мной пронизала сеточка разрядов. Он стал более разреженным, давая возможность двигаться с просто невероятной скоростью. Плохой признак – я была готова убивать.

Оборотень обернулся, увидал меня во всей красе и, вопреки ожиданиям, невозмутимо повернулся обратно к Кирике, пробормотав себе под нос "легка на помине".

– Так что там с драконшей?

В мгновение ока я переместилась к столику, и… замерла, словно налетела на невидимую стену – до того скрытый широкой спиной Фаолана, вполоборота сидел мой муж.

– …Да-да, вся такая из себя изящная леди с изысканными манерами и природной любовью ко всему прекрасному… – Кира сделала вид, что не заметила моего появления, продолжая разговор.

– Ну, кому фурия, а кому жена ненаглядная.

Хельм с улыбкой посмотрел на меня, дёрнул веком в сторону Фаолана. Мне ничего не оставалось, как махнуть рукой и плюхнуться на свободный стул. Но краска бросилась на лицо – мой и Хельма обручи синхронно мигнули, и я ощутила импульс нежности – как поцелуй мужа… в шею. Едва не сомлела.

Оборотень, словно ничего не  заметив, поднялся и повесил на стену два каких-то портрета, потом  вернулся к столу и вдруг смерил Киру оценивающим взглядом, задержавшись на метательных ножах у неё на бедре.

– Какие у тебя… ножи зачётные!

– Не рекомендую трогать. Они не только острые, но и из заговоренного серебра. Лапку еще поранишь, ненароком, зайчик.

– Так уж и пораню, – двусмысленно ухмыльнулся Фаолан, – можно подумать я ножей в руках не держал...

– Какая же ты всё-таки булочка шладкая!!! – Кира потискала оборотня за щёки с восторженным видом и горящими глазами. Тот не остался в долгу и потискал Кирочку за… нижние выпуклости.