"1Q84"Харуки Мураками
Автор: Ксения Лузгина#книги
Роман Харуки Мураками "1Q84" я люблю давно и очень нежно. В нём есть, кажется, все ингредиенты для идеального литературного супа. Там сходятся несопоставимые и непересекающиеся вселенные: реалии тоталитарной секты – и подложка издательств и литературных конкурсов, будни скромного преподавателя математики и жестокий триллер про омерзительные преступления. Там несколько сюжетов переплетаются в единое целое. Вот сказочка про одинокую воительницу Аомамэ, взявшую функции карающего правосудия на себя, - если уж ни людям, ни богам нет до правосудия никакого дела. А вот история Тэнго, одаренного художника слова, который никак не решится признать себя писателем – а потому ввязывается в сомнительную авантюру с рерайтом фантастического романа, вдруг оказавшегося абсолютной нефантастикой. Вот пунктиром – тайна юной красавицы Фукаэри, мистического проводника между мирами. И тут же – книга внутри книги, роман о проводничестве – и о том, что текстовой магией можно переключать событийные рельсы в реальном мире (или всё же мирах?).
Над-пространство текста впускает в себя призраков из книг Достоевского (доведенный почти до карикатурности «маленький человек» Усикава; Госпожа – с её печалью о «слезинке ребенка» и вполне себе японским решением эту слезинку если не утолить, так хотя бы уравновесить), атмосферу чеховского «Острова Сахалин», странную тоску буддийских сказаний (Город кошек) – и, конечно же, стальной скрежет Оруэлловских замков. Но я люблю "1Q84" не за это.
Книга — потрясающей силы атмосферник отгороженности от мира и тотального одиночества. Когда ты – внутри замкнутой капсулы (холостяцкого жилья; конспиративной квартиры, из которой тебе нельзя выходить; воздушного кокона перерождений, в конце концов!). И во всем мире нет никого, кто мог бы пробить твою стеклянную стенку и – принять тебя, разделить с тобой жизнь. И это так пронзительно, так глубоко и так сильно, что – ты уже не страдаешь, ты – наслаждаешься этим покоем под светом двух лун. Растворяешься внутри своей раковины, проращивая час за часом жемчужину из своей боли или радости. В том, чтобы мимикрировать, замирать, прятать от внешних своё присутствие в этом мире, есть особый кайф… уж я-то знаю! И – тем сильнее ощущается восторг момента, когда тебе приходится прорвать свой кокон и ростком выстрелить вовне, сквозь почву, к солнцу.
Эта книга для меня – о той самой секунде, что отделяет полное молчание от прорастания в иную ипостась себя.