Меланхоличное

Стройная дама в изящном красном пальто шла по идеально ровной мощёной кладбищенской дорожке. Она ступала осторожно и тихо. Её каблуки практически не издавали стука, соприкасаясь с гранитной брусчаткой. Как будто женщина не хотела нарушать торжественную тишину могил.

Справа и слева высились траурные стелы и памятники из чёрного мрамора. Они стояли стройными рядами, словно почётный караул, бессменно несущий свою молчаливую вахту. Такие похожие в общем, но разные в мелочах — в именах и эпитафиях, высеченных на их каменных лицах.

Я смотрел на яркую фигурку женщины и не мог поверить в то, что вижу. Это же она. Моя любимая.

 — Лисёнок, это ты? — произнёс я, но не услышал своего голоса.

Отправившись следом, я постарался догнать её. Расстояние между нами сокращалось, и у меня уже не оставалось сомнений — это моя супруга. Её походка, причёска, шлейф аромата её любимых духов, которые я по старой традиции дарил ей на каждую нашу годовщину. А эти серёжки — миниатюрные золотые капельки с тоненькими цепочками, я лично купил за три цены в аэропорту, когда возвращался из служебной поездки. Каждая деталь в этом образе была мне знакома…

 — Алиса, постой! — вложил я все силы в крик.

И она вдруг остановилась.

 — Ну, слава богу! А то я уж подумал, что ты меня не…

Слова застряли в горле, когда я догнал супругу и попытался взять её за руку. Однако мои пальцы прошли сквозь неё, будто я бестелесный призрак.

 — Здравствуй, Максим, давно не виделись, — грустно улыбнулась Алиса.

«Ты видишь меня?» — первое, что мне захотелось спросить. Но раньше, чем мои губы разомкнулись, я понял — нет, не видит. Её взгляд был устремлён куда-то сквозь меня. Я обернулся и обнаружил, что стою аккурат напротив одной из погребальных стел. А на ней красуется моё имя и годы жизни.

«Ты принёс миру рассвет, но сам не застал его», — гласила короткая эпитафия.

Скромная надпись, ничего не сказать. Однако вокруг памятника было навалено столько венков, цветов и лампадок, что земли не видать. А среди этой кладбищенской атрибутики проглядывали рамки с моими фотографиями и даже кем-то написанные портреты.

 — Ты уж прости, Макс, что я пропустила твою годовщину…