Человек, который создал христианство, вероятно, никогда не встречался с Христом.

По крайней мере сам он об этом никогда не писал.

Для людей, далеких от христианства, фигуры апостолов и святых могут казаться исключительно делом религии. Даже если Христос действительно существовал, был распят и воскрес — какое отношение всё это имеет к современному человеку? Так можно думать. Но фигура апостола Павла стоит здесь особняком.

Почти тысячу лет — от Первого крестового похода до начала XX века — именно христианство было главной ценностной и идеологической системой Европы. А последние пятьсот лет — это столетия европейского доминирования в мире. Поэтому вопрос о том, кто именно создал христианство в его современном виде, далеко не только религиозный.

Когда мы мысленно движемся назад по исторической ленте, то рано или поздно доходим до Христа. Но был ли именно он основателем церкви?

Скорее нет.

Христос — источник и центр христианского нарратива, но не архитектор церкви мировой религии. Каноническая традиция называет двумя главными столпами Петра и Павла. Обычно их имена идут рядом. Но если посмотреть на это не с религиозной, а с исторической точки зрения, соотношение выглядит совсем иначе.

Павел — автор почти половины Нового Завета: 14 из 27 канонических книг. Петру приписываются лишь два послания, и даже их он, вероятно, сам не записывал — Петр был неграмотным рыбаком.

Но дело даже не в количестве текстов.

Именно Павел формулирует почти всё, что сегодня воспринимается как основа христианства: спасение через веру, искупительную жертву Христа, универсальность новой религии — уже не только для иудеев, но для всех народов.

Если попытаться назвать одного человека, без которого христианство никогда не стало бы мировой религией, то этим человеком, безусловно, был бы именно Павел.

И здесь возникает странность.

Павел никогда не встречался с Христом при его жизни. Во всяком случае, сам он этого нигде не утверждает. Хотя они были ровесниками, жили в одно время и в одном мире. Павел находился в Иерусалиме в те годы, когда там проповедовал Христос. Он ходил по тем же улицам, смотрел на те же стены Храма и дышал тем же воздухом.

Но в какой-то момент всё изменилось.

Ключевым эпизодом его жизни становится дорога в Дамаск.

Согласно Деяниям апостолов, Павел отправился туда с полномочиями арестовывать первых христиан, бежавших из Иерусалима после гонений. В тот момент он был убежденным фарисеем и противником нового учения.

И именно по дороге происходит событие, которое разделяет его жизнь на “до” и “после”.

Описание этой сцены в Деяниях удивительно короткое:

— Савл, Савл! Что ты гонишь Меня?  

— Кто Ты, Господи?  

— Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна.  

— Господи! Что повелишь мне делать?  

— Встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать.

И это всё.

Никакой длинной проповеди. Никакого философского спора. Никаких доказательств.

После нескольких фраз человек полностью меняет свою жизнь, убеждения и веру. А затем посвящает десятилетия созданию новой религии.

Именно здесь начинается главный вопрос.

Проблема даже не в том, возможно ли подобное чудо. Если предположить, что всё произошло именно так, остается другая странность: люди никогда не меняют свою жизнь настолько радикально за несколько минут. Этому всегда предшествует что-то.

Если мы видим только вершину айсберга, значит под водой скрыто что-то ещё.

Так и здесь. Мы видим момент обращения Павла, но почти ничего не понимаем о внутренних причинах этого выбора. Почему именно он? Почему именно тогда? Что происходило в его жизни до Дамаска? Почему человек, преследовавший христиан, внезапно становится главным проповедником новой веры?

Ни история, ни богословие не дают на это ясного ответа.

А между тем вопрос этот огромен. Потому что без обращения Павла христианство, вероятно, так и осталось бы небольшой иудейской сектой, известной только специалистам.

Если искать одно из “игольных ушек” мировой истории — моментов, после которых мир уже никогда не стал прежним, — то дорога в Дамаск вполне может быть одним из них.

Вероятно, мы уже никогда не узнаем, что именно произошло с Павлом в тот день. Но именно эта загадка и создает пространство для исторической реконструкции.

Именно из этого вопроса вырос роман «Послание Савла», где современная Москва неожиданно оказывается связана с Иерусалимом I века.