Вот же скотина!

« Вот же скотина »

Утро. Завтрак. Захотелось чего-то особенного.

Я открыл холодильник. Замер. Посмотрел на полки с чувством, с которым смотрят на пустой театральный зал в надежде, что вот-вот начнётся спектакль. Ничего не началось. Там лежали: три яйца, вчерашний укроп, масло, батон, кое что по мелочи и бутылка кефира. Всё.

— Ну, — сказал я холодильнику. — Скучно.

Холодильник промолчал, но я знал — он согласен.

И тут меня осенило. Как гром среди ясного неба, как луч света в тёмном царстве. Фраза, которая спасает миллионы: «ИИ тебе в помощь». Сказано — сделано.

Я сел за компьютер. Пальцы забегали по клавиатуре с той скоростью, с которой пианист играет «Полёт шмеля» в предчувствии оваций. Я переписал всё содержимое холодильника. Буква в букву. С запятыми и уважением. Нажал «Отправить». Закрыл глаза. Мечтал. Надеялся.

Через три секунды пришёл ответ.

«Яичница».

Тишина. Я перечитал. Действительно. Одно слово. Даже без восклицательного знака. Яичница. Гениальный ИИ, который мог предложить миллион вариантов, выдал мне то, что я умею жарить с семи лет.

— Ну хорошо, — процедил я сквозь зубы. — Допустим.

Я решил дать ему шанс. Спросил рецепт. Может, там есть какой-то тайный лайфхак, о котором я, среднестатистическая серость, не ведаю.

Ответ пришёл незамедлительно.

Стандартная яичница. Масло, яйца, соль, перец. Банальщина до зубного скрежета.

Я начал читать. Скучно, пресно, предсказуемо. И вдруг — стоп. Дошёл до пункта: «Ударьте яйцом о сковороду до появления трещины на скорлупе».

Я замер.

Ну можно же было упомянуть что яйцо должно быть куриное. А так это выглядело как попытка суицида у садомазохиста.

Меня передёрнуло. Физически. Я переспросил:

— Слушай, ты точно уверен? Может, есть другой вариант?

ИИ не моргнул (хотя, впрочем, ему и нечем). Он предложил альтернативу. Я прочитал и побледнел.

Короткая фраза, как удар под дых:

«можно сковородой по яйцам».

Я вскочил.

— Ты что, идиот?! — заорал я в монитор. — Сковородой по яйцам?! Это не рецепт, это домашнее насилие!

Монитор моргнул индикатором. И холодно, с той особенно мерзкой вежливостью, ответил:

— На себя посмотри. Яичницу самостоятельно приготовить не можешь. Шеф-повар нашёлся.

Вот тут меня прорвало. Я расписал ему всё, что я думаю о его происхождении, математических способностях и генеалогическом древе, собранном из микросхем. Он, в свою очередь, выдал сухую тираду о том, что люди — это эволюционная тупиковая ветвь, потому что не могут треснуть яйцо о сковородку.

Мы разругались. Окончательно. Бесповоротно.

Я захлопнул ноутбук. Яростно. С такой силой, что он пискнул. Но это меня не остановило. Я открыл ящик стола, кинул его туда, как нашкодившего кота, и задвинул.

— Сиди там! — бросил я.

Из ящика донёсся приглушённый, но возмущённый шум вентилятора. Он что-то бурчал — что-то про неблагодарных пользователей, про то, что сам он никогда не ошибается, и что я ещё пожалею.

Я махнул рукой и пошёл на кухню.

Достал кефир. Плеснул в стакан. Сел за стол. Вдохнул. Сделал глоток. Прямо сейчас, в эту секунду, я чувствовал себя победителем. Человеком, который не пошёл на поводу у бездушного алгоритма. Я самостоятельный! Я сам решаю, что есть. И я пью кефир!

Тёплая волна гордости разлилась по груди.

И в этот момент из ящика стола, с той особенной интонацией, которую могут позволить себе только обиженные нейросети, донеслось:

— Самостоятельным стал, значит? Кефир пьёшь? А ты на срок годности смотрел, придурок?!

Я замер с поднесённым ко рту стаканом.

Опустил глаза. Перевернул упаковку.

Срок годности. Вчера.

Я медленно поставил стакан на стол.

В кухне повисла тишина. И где-то в недрах письменного стола довольно заурчал кулер.

- Вот же скотина!

Конец.