Творческая встреча в рамках литературного фестиваля: новый лауреат Шукшинской премии и жена-поэтесса

Вчера 22 июля в рамках Всероссийского фестиваля «Шукшинские дни на Алтае»: встречали нового лауреата Шукшинской литературной премии  - 2026 и его супругу, писателей Александра и Викторию Можаевых

Александр Николаевич Можаев и Виктория Валерьевна Можаева — известный российский литературный и супружеский тандем. Александр — известный прозаик, а Виктория — поэтесса. Оба являются членами Союза писателей России и лауреатами престижной литературной премии имени М. А. Шолохова. Супруги познакомились во время учебы в Литературном институте имени А. М. Горького.

Послушать авторов из села Благовещенка в Барнаул специально приехала 

член моей студии "Литературное кафе" Елена Бекасова (это мы с ней, она слева)

Семейный писательский дуэт: Александр и Виктория Можаевы приехали к нам на Алтай из Ростовской области.  Александра в Литературный институт им. А. М. Горького рекомендовал сам Шолохов. И не зря!!!  

Александр Николаевич - лауреат Шолоховского конкурса 2005 года, член Союза писателей России, а теперь ещё и лауреат Шукшинской литературной премии, автор нескольких сборников повестей и рассказов, публикаций в серьезных журналах. Является ярким представителем современной «деревенской» и реалистической прозы. Александр - сын народного художника России, скульптора-монументалиста Николая Можаева. А первый успех Александру Николаевичу принесла повесть «Деркул — быстрая река», опубликованная в журнале «Дон» в 1984 году. Первая книга «Вот приедет Ванечка» увидела свет в 1989 году.

Поэт Виктория Можаева

Виктория Валерьевна – наша землячка, родилась в Алтайском крае (посёлок Поспелиха), выросла в Барнауле. Училась в Литературном институте им. А. М. Горького, первый сборник стихов «Неразгаданные сны» вышел в Ростове в 1989 году., с тех пор её произведения выходили в журналах, издавались отдельными книгами. Виктория Валерьевна - лауреат литературного конкурса им. М. А. Шолохова, член Союза писателей России с 1997 года.

Наших гостей тепло поприветствовала министр культуры Алтайского края, 

член Союза писателей России Елена Евгеньевна Безрукова

Творческая встреча проходила на площадке Алтайской краевой библиотеки. Выяснилось, что Виктория ещё и прекрасно поёт и её исполнение под гитару затронуло сердца зрителей. Зал был полон, после встречи читатели выстроились в очередь чтобы подписать журнальные публикации наших гостей в литературном толстяке "Алтай".

Творческий вечер великолепно провела главный редактор журналов "Алтай" и "Культура Алтайского края" Лариса Вигандт. Она рассказала что супруги воспитали 7 сыновей (!!!), шестеро собственных, а старший сын от первого брака александра, который тоже воспитывался в этой удивительной семье.

Своих коллег пришли поддержать писатели: Валерий Котеленец, Елена Бекасова и Александра Малыгина

Виктория Можаева поёт в церковном хоре и пишет глубокую, лирическую поэзию, пронизанную темами малой родины, природы и семейных ценностей. Вот несколько её стихотворений...

***

Возьму этот день на ладони,

Как камушек серого цвета,

Вода дождевая в бидоне,

Последние капельки лета…

За окнами дождик канючит,

Опять у него аритмия…

Никак меня жизнь не научит

Ухватистой хитрости змия…

Всё больше и больше немею

Под тяжестью скорбных открытий,

Всё меньше и меньше умею

Распутывать смыслы событий…

Пусть каждый по сердцу получит,

Засохнут опавшие листья…

Никак меня Бог не научит

Святой простоте бескорыстья…

И нужно подумать о многом,

И к новым обвыкнуться шрамам,

Всегда между змием и Богом,

Всегда между миром и Храмом…

***

….И всё-таки будет весна,

Опять зацветут абрикосы.

Какая же это война,

Когда соловьи и стрекозы?

В летящем, дрожащем снегу

Не видно бескрайнего поля…

И всё-таки я добегу

До цели скорее, чем пуля.

Взорвётся хрусталь голубой,

Рассыплется сердце капелью,

Тебя укрывая собой,

Я буду лежать под метелью,

И мама из детского сна

Придёт, постоит над рекою,

И скажет, что завтра – весна…

И свечку прикроет рукою.

***

Опустила ночь деревню

На колодезное дно,

Неподвижные деревья

Оглушила тишиной.

И сама не шелохнётся –

Так внимательно следит,

Чтобы там, на дне колодца,

Никого не разбудить.

***

Старым новое становится,

Как его ни карауль.

Осыпается шелковица,

Приближается июль.

Невесомое цветение

Стало яблоком тугим,

Это долгое смятение

Станет чем-нибудь другим.

У колодца в тёплой сырости,

Возле гнили и трухи, –

И когда успели вырасти

Выше бочки лопухи?

Захотелось к лесу голому,

Чтобы лист сухой шуршал,

Чтобы ветер гладил голову

И, как в детстве, утешал.

От лесного облысения,

От листа сухого, хрусткого,

Я ноябрьская, осенняя,

Потому, наверно, грустная.

Неудачна та пословица –

Мне бы в небо журавля…

Осыпается шелковица,

В чёрных ягодах земля.

***

Не по злой, а по ласковой воле

Кроме тёплого дома и хлеба,

Всё мне хочется в чистое поле,

Всё мне хочется в ясное небо.

У реки, где, как свадебный венчик,

На воде отраженье кувшинки,

Всё мне кажется я – одуванчик,

Только дунь – и по ветру пушинки…

* * *

Те люди, что были для нас дорогими,

Они изменились и стали другими,

Они изменились и стали другими,

Но так и остались навек дорогими.

Всё так же они и мудры, и красивы,

Где рельсы проносятся, словно курсивы,

Где замки надежд и сомнений массивы –

Всё так же они и мудры, и красивы…

И сколько бы лет ни легло между нами,

Но память наполнена их именами,

И сколько бы бед не легло между нами –

Молитвы наполнены их именами…

И можно терять их, и можно теряться,

И можно с другими другим притворяться,

Но люди, что были для нас дорогими,

Завязаны с нами узлами тугими…

***

Обиды были побольней,

Прошла уже и эта.

Мелькнула пара грустных дней –

И улетела в лето.

А мы остались на меже,

Не торопясь в дорогу,

Где осень к небу и к душе

Подходит понемногу.

***

А умирая, он писал стихи.

Ползли и перепутывались строчки,

Как будто всё не мог дойти до точки,

Большое отделить от чепухи.

И как мы в жизни не были близки?

И как мы ни о чём не говорили?

Как будто безобразно рассорили

Под ноги золотые колоски.

Смеётся тьма в горящем шапито,

Кривляется горбатая шутиха…

Прости его, Господь, уже за то,

Что нёс свой крест безропотно и тихо.

Обиды отболевшие прошли,

Просыпались, как плевелы пустые –

Как будто после смерти проросли

В грязи холодной зёрна золотые.

***

Осталось рассказывать сны –

Мы всё друг о друге узнали.

Саднящее чувство вины

Последним аккордом в финале.

Последний вопрос не реша,

Уйдём мы за шторы тумана:

Зачем так бездонна душа,

Рождённая в мире обмана?

И если разгадывать сны –

Вот всё, чем мудры человеки,

Зачем мы друг другу верны,

В обнимку со словом «навеки»?

***

На ветках ивы золотая пряжа,

Уже подсохла топкая дорога.

Опять живём! И неземная стража

Ещё хранит, не наказуя строго.

Опять весна так много обещает,

Сквозит и рвётся тонкий полог дыма…

И дождь весенний плачет и прощает,

Целует землю и проходит мимо.

В который раз утихнут птичьи крики,

В который раз прольётся кровь заката…

Луна восходит, и на лунном лике,

Как прежде, Каин убивает брата.

***

Прожив беспечно много лет,

Вертя привычно круг недельный,

Вдруг осознать себя как свет,

С небесным светом нераздельный.

Вдруг ощутить с каких-то пор,

Что возле нас, не в мире сказок,

Так много связей и опор,

И подтверждений, и подсказок!

Полжизни бросив, как пятак,

Увидеть нищими глазами,

Что даже снег не просто так

Сияет звёздными слезами.

Была крива, была пряма

Тропинка – долгое раздумье.

Я, может быть, сойду с ума,

Уйдя в безбрежное безумье,

Но где-то там, где будет Суд,

Где всем заблудшим есть поруки,

Меня согреют и спасут

Ко мне протянутые руки.

***

Принимаю всю твою печаль,

Как дитя больное обнимаю.

Словно сердцем ножевую сталь

Принимаю.

Все твои снесённые мосты,

Все твои разбитые дороги,

Все твои поклонные кресты

И остроги.

Всех твоих невинных стариков

И мальчишек, скачущих на прутьях,

Всех твоих Иванов-дураков

На распутьях.

Всё твоё богатство и нужду,

Всю твою жестокость и участье,

Всё твоё спасенье и беду,

Словно кровь Христову на причастье.