За тридцать три мира. 1. 27-28

27

Но вот опять я ощутила страха

Злой взгляд и липкое прикосновенье

И паники морозной дуновенье,

Пока еще без ярого размаха.

И зазвучали обещанья краха,

И плачи по потере и пропаже,

И мысли побрели, чернее сажи,

По кочкам приснопамятных провалов,

И каждое несчастье оживало –

Так, будто снова до меня добралось,

Все упущенья наверстать старалось.

Но приступ миновал, успокоенье

Мгновенно изменило настроенье,

Вернуло мне кипение задора

И дерзкую отвагу матадора. 

28

Чуть-чуть еще пройду назло той силе,

Что давит на меня тяжелой тушей,

Без всяких извинений лезет в душу

И непрожитые ворует мили,

И бьет меня, как бьют боксеры грушу,

Ждет, что засомневаюсь я и струшу.

Вперед я с береженьем продвигалась,

А сила стихла, словно испугалась.

Но голова пошла внезапно кругом,

И все нутро связалось в узел туго,

И опустилась я без сил на травку,

И чудилось мне, будто я – козявка.

Внезапно в волглый мрак я провалилась,

В нем, кажется, навеки поселилась.

Нахлынуло волною наважденье –

От памяти и целей отчужденье.