Писательский дневник. Сон, который я не заказывала

Вчера я вернулась из Барнаула. Перепад часовых поясов в четыре часа. Пять раз переносили рейс, я сидела в аэропорту и не могла подремать, потому что рейс переносили то на полчаса, то на сорок минут. Сидишь и бдишь, когда вызовут.

Потом самолёт: перелёт четыре с половиной часа, Питер долго не давал посадки — кружили над городом около часа. Итого почти шесть часов в воздухе. Джетлаг, усталость, состояние изменённое. Вчера я была никакая. Засыпала в неожиданных местах, просыпалась, не понимая, где я и какой нынче час.

Ночью удалось уснуть нормально, и мне приснился сон.

Собрались впечатления последней недели в весьма своеобразном виде. События происходят на некой загородной базе. Место напоминает парк-отель, в котором я была, но история видоизменилась. На проекте мне помогали, а потом провожали местные киношники и делились своими планами. В частности, проблемами с поисками места для проживания съёмочной группы.

Кинопроизводство — дело очень дорогое, и львиная доля затрат приходится на проживание, питание, бензин для огромной орды.

И я им говорю: «Ребята, так найдите какой-нибудь полузаброшенный пионерский лагерь. Такой, чтобы воду и электричество не отключили — потому что собираются перестраивать. И будет вам счастье».

И вот мне снится квинтэссенция этого: какая-то база, заброшенный лагерь, куча народу. И вижу я этот сон глазами главного героя, который плохо видит.

В Барнауле мне помогала совершенно замечательная девушка Анна Земцова , в реальной жизни линейный продюсер с местной киностудии. Это адская профессия — масса беготни, бесконечные поиски: «Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что». Это в Москве и в Питере можно найти слона в корсете танцующего ча-ча-ча, потому что он где-то точно есть. А если нет, то дайте нам пару часов. А Барнаул — прекрасный город, но индустрия аренды декораций для мероприятий не самая сильная его черта.

Так вот, у этой замечательной барышни проблемы со зрением, она только что сделала операцию и с ходу вписалась в такой движ, как большой международный проект. Героический герой. Я пыталась поставить себя на её место, представить, как видит этот мир человек, со зрением минус 24 диоптрии.

И во сне у главного героя один глаз видел более или менее, второй — только движущиеся пятна.

А сюжет происходящего — маньяки, причём сразу четыре: затейливые, прикольные, интересные, никак не связаны друг с другом — просто по воле обстоятельств действуют на одной территории.

И здесь самое интересное — я смотрела этот сон, а где-то отдельно, действовала другая часть мозга, которую я называю «мозг писательский». Оценивала со стороны: «А как же я буду это описывать? Маньяк машет тесаком, тесак врезается в тело под определённым углом. А как это правильно называется? Где мне взять информацию? К врачам идти? Или в морг? А опер выхватил оружие. А как оно называется? Из чего выхватил? Кобура? Не кобура? А как выхватывают?»

То есть мозг постоянно прикидывал, где собрать информацию, как увязать, как написать правильно.

Я не обещаю вам роман про маньяков и оперов — ну не моя тема, люблю смотреть, но писать как-то не будоражит. Но впечатления забавные и сон запомнился.

И вполне вероятно, что появится новый герой или героиня, которая, несмотря на проблемы со зрением, ничего не боится и идёт вперёд к своей мечте. Ну а почему нет?

P.S. Про Барнаульское кино я вам как-нибудь отдельно расскажу. Ребятам удалось меня удивить в хорошем смысле слова, а это непросто.

#Заметки_на_полях