Мушкетерский люкс, или Почему вам не стоит спешить отдавать почку за бутылку Шамбертена

 Дисклеймер: Трюк выполнен профессионалами. Не пытайтесь повторить в домашних условиях, это смертельно для вашего кошелька и вкусовых рецепторов!

Помните, как в «Трех мушкетерах» Атос заперся в погребе трактира и меланхолично заливал тоску лучшими винами? Александр Дюма сделал любимым напитком своего самого аристократичного героя Шамбертен (Chambertin).

Что же в нем такого «эдакого» и почему от ценника сегодня становится страшно (стартует от $500 за бутылку Grand Cru и улетает в бесконечность)?

Вот 4 ярких факта о легенде Бургундии:

1. Магия дефицита. Это виноградник категории Гран Крю площадью всего 13 гектаров. Земля там на вес золота, бутылок выпускается ничтожно мало.
2. «Мужской» Пино Нуар. Если обычный Пино Нуар — это легкая ягодность, то Шамбертен называют королем Бургундии за его невероятную мощь, плотность и мускулистость.
3. Аристократическая «дичь» во вкусе. Молодым его пить нельзя. Ему нужно полежать лет 10–15. Только тогда раскрывается сумасшедший букет: спелая темная вишня, дорогая кожа, подлесок, трюфели и табак.
4. Варварство Наполеона. Это было единственное любимое вино Бонапарта. Он возил его за собой во все походы, но страдал желудком и совершал святотатство — разбавлял великий Шамбертен ледяной водой.

️ Винный снобизм и главная ловушка Бургундии

Неофиты часто думают: «Чтобы прикоснуться к легенде Наполеона, куплю бутылку подороже». И радостно берут в винотеке бутылку с надписью Gevrey-Chambertin за 12–15 тысяч рублей.

Давайте честно: 12 тысяч за бутылку — это очень недешево для среднестатистического человека. Но ирония в том, что это всего лишь название всей деревни (коммуны). Вино может быть очень даже неплохим, но это базовый уровень, а вовсе не та легенда, ради которой закладывают почки. Настоящий эксклюзив от культовых хозяйств вроде Domaine Armand Rousseau обойдется без малого в 5 000 евро за бутылку. И знаете, что радует больше всего, когда созерцаешь этот ценник на винной бирже? Щедрая приписка мелким шрифтом: “Доставка бесплатно”. Как говорится, ни в чём себе не отказывайте!..

Но дело даже не в цене. Покупать сложную Бургундию без подготовки — это как сесть за руль болида Формулы-1 без прав. Великий Шамбертен — вино сухое, с очень высокой, звенящей кислотностью. В нем нет ни грамма «компотной» сладости.

Как очень симптоматично заметила моя бета-ридер (вообще она соавтор, но не признается), читая описание вина в романе: «Для меня "мощный сухой вкус" вина звучит как мощная кислятина». И она чертовски права! Человеку, который не привык к специфике французских сухих вин, этот шедевр покажется именно резкой кислятиной. И это будет фиаско за 5 тысяч евро.

«Кто на ком женится»

Именно так звучит незыблемый принцип профессиональных сомелье, Дорогое вино капризно и требует сложной гастрономии, и профессиональные сомелье строго за этим следят. Шамбертен раскрывается только с правильными бокалами и тяжелой кухней: дичью, трюфелями или зрелым бургундским сыром Эпуас. Пить его «просто так» под сериал или случайную закуску — чистый перевод продукта и деньги на ветер.

Истинная винная культура (французы подтвердят) — это вовсе не дешевый снобизм в духе «вина дешевле 100 евро не существует». В Париже, зайдя в знаменитую люксовую La Grande Épicerie de Paris, вы можете наблюдать своего рода национальный спорт — клиенты ищут скрытую жемчужину за 8–10 евро, которая станет приятным сюрпризом (une bonne petite surprise). И это ценится гораздо выше, чем слепая покупка дорогой этикетки ради статуса.

Великие вина пьют не для понтов, а для медитации — когда понимаешь каждую ноту. Именно так, как это делает 21-летний граф де Ла Фер в моем романе «Жернова судьбы» («Мари и Оливье») , когда использует благородный Шамбертен как аристократичный щит от навязчивости своих родственников:

...Граф де Ля Фер принял родственницу в нижней зале замка. Здесь на стене в череде портретов его предков отныне заняли свое место портреты матери, отца и обоих братьев.

– Добро пожаловать в Ля Фер, мадам! Надеюсь, дорога была не слишком утомительной, – приветствовал Оливье графиню, учтиво склоняясь над ее рукой, обтянутой тонкой кожей перчатки, которая была обильно надушена чем-то приторно-терпким. Аромат был таким тяжелым, что графа охватило острое желание подойти к окну, настежь распахнуть его и впустить в комнату волну зимней свежести.

Вместо этого он был вынужден проводить гостью вглубь залы и усадить у камина во всю стену, в котором жарко потрескивали поленья. По его знаку лакей принес фрукты и вино и поставил их на стоящий здесь же столик. Хозяин жестом отпустил слугу и сам наполнил два бокала, один из которых подал графине, а второй взял сам и расположился в кресле напротив.

От внимания молодого человека не ускользнуло, что тетка оценивающе рассматривает его, то и дело краем глаза поглядывая на портрет его отца, на который сквозь витраж в верхней части окна сейчас ярким пятном падал узкий луч предзакатного солнца.

В полумраке просторной залы Оливье неспешно потягивал шамбертен. Это вино, рожденное на виноградниках Бургундии, славилось своим глубоким рубиновым цветом и мощным, сухим вкусом, за который его издавна именовали королем вин. Его сложный, благородный букет с тонами спелой вишни, подлеска и пряностей хоть как-то перебивал резкий запах жасмина с мускусом духов графини. Оливье грел бокал в ладони, созерцая, как в тяжелом стекле играют багряные отсветы полыхавшего перед ним пламени, и этот терпкий, согревающий глоток возвращал ему привычное хладнокровие.

Граф не торопился прервать молчание, терпеливо ожидая, пока гостья закончит свое занятие и заговорит...

А как вы относитесь к сложным сухим винам? Или предпочитаете что-то более легкое и понятное? Например, сладкие вина крымской Массандры. 

Пост написан к бессрочному флешмобу Марики Вайд «Субботний отрывок»: выпуск 147.