Пожелание любви

Я задумалась тут.

Я вот всё пишу сказки (хотя, наверное, вернее сказать, записываю), а они получаются какие-то не совсем правильные. В сказке ведь как? Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Не забудь по дороге сносить сорок железных сапог, стереть сорок железных посохов и убить дракона. 

А у меня всё самое важное раз за разом происходит потом, когда надо разбираться с последствиями. Выгнали безобразника, поймали вора, убили тварь в пещере. Настигли чудовище прежде, чем случилось страшное. А дальше что? И вот как-то так получается, что вот это «дальше» важнее условного подвига. Более того: именно оно и определяет, был ли вообще подвиг. Причём определение это приходит через других. Через тех, кому ты отдал право тебя судить. То есть через самых близких и значимых людей. И выходит, что не так страшен дракон, как тот, кому ты несёшь его голову. Не так тяжёл железный посох, как взгляд того, кто знает, сколько раз ты хотел его бросить.

Выводов тут мне никаких особенно в голову не приходит. Кроме разве что одного: ничего нет страшнее близости. И ничего нет радостнее неё. И что любовь совершенно не обязательно должна прямо называться любовью. У неё много других имён.

Принятие
Понимание
Внимание
Нежность
Защита

Всё то, что отвечает на немые и не осознанные просьбы и в самый тёмный час, и в самый радостный.

Так что желаю вам всем любви.
И самых понимающих драконов дома.

Сами сказки, если что, здесь: https://author.today/work/589761
И, вопреки всем моим ожиданиям, их набежало уже пять. А я, кажется, только начинаю понимать, о чем они.