"Звездолет "Иосиф Сталин"

Швейцарская республика. Монблан.

Январь 1928 года.

Неделей спустя, он, и еще трое товарищей уже разъезжали в Швейцарии, и только тут  Владимир Иванович понял мудрость московских руководителей!

Ни один из прибывших товарищей за границей не бывал, а, кроме того, не знал ни языков, ни правил поведения. 

Началось со смешного – они ему не поверили! Он не представляли, что никакой маскировки, чтоб подобраться к Монблану, не нужно, а достаточно приличной одежды, чтоб не выделяться. К их огромному удивлению Деготь оказался прав.

 Кругом бродило столько буржуев, что четверо прилично одетых чекистов затерялись в них совершено без проблем.

Дегтю, уже привыкшему к фальшивому изобилию послевоенной Европы, это было знакомо, а вот прикомандированные к нему товарищи смотрели на все это со сдерживаемым пролетарским гневом.

У них перед глазами мелькали переполненные людьми добротные рестораны, автомобили и фуникулеры. На них, первый раз попавших за границу, впечатление это произвело ошеломляющее. 

Они долго стояли около витрины шоколадной лавки, не в силах уйти и не решаясь войти вовнутрь, опасаясь не сдержаться.

- Вот живут, капиталисты проклятые, - наконец сумел отвернуться от витрины боец Евстухов. – Пролетарию хлебушка не досыта, а у него, у падлы, все стекло в шоколаде… Натуральный нэпман!

- Ничего. Поправим, - бодро отозвался руководитель группы товарищ Варейкис, искоса поглядывая на Дёгтя, словно прикидывал чего ждать от нового человека. – Для того мы с вами, товарищи, сюда и прибыли. Придет время - восстановим и тут пролетарскую справедливость!

Коротким движением он расправил усы.  

- Задача наша простая, - пояснил он для Дёгтя, - все ж не здешний Зимний брать. Нужно только по горам походить, осмотреться… Прикинуть что к чему. И пусть вам эта мишура глаза не застит.

Он повернул голову и оба чекиста посмотрели вместе с ним на чистенькие улицы городка, на витрины магазинов, на упитанных людей, выходящих из вращающихся стеклянных дверей.

- Шоколад у них и, правда сказать, хороший. Может быть, даже и лучший на всем земном шаре. Только благородная горечь это все пот и слезы нашего брата – пролетария…

Он говорил, и глаза товарищей твердели в предчувствии классовых битв.

Вместе с группой Владимир Иванович облазил окрестности. Ему ничего не говорили ни о сроках, ни о задаче группы и он слегка тяготился своей никчемной ролью гувернера. Через пару дней прогулок – по другому не скажешь – вокруг Монблана, он вроде бы догадался, что нужно гостям и словно невзначай обратил внимание товарища Варейкиса на туристические проспекты, что лежали рядом с портье в их шале.

Тот, сперва отнесся к ним с подозрением, но там оказались карты. Вот в них-то он вцепился, словно в секретную документацию. Весь следующий день он проверял, измеряя шагами расстояние до приметных пунктов, сверяясь картой. Карта не врала ни в одной цифре. Гости повеселели настолько, что купили-таки шоколада.

После этого они еще пару раз заезжали в маленькие городки, точнее деревеньки, что стояли вокруг Монблана и перебрались в Испанию.

Швейцария промелькнула и сгинула. Товарищ Варейкис, довольный тем как пошла работа, кое чего рассказал оправдавшему доверие коминтерновцу. Теперь их ждала Испания и Дегтю стало понятно, что им предстоит делать, правда, неясно для чего.

Глядя на проносящиеся мимо окна испанские красоты, товарищ Деготь сожалением думал, что курорты в тех местах вряд ли есть, а значит, красивых бумажек с описанием окрестностей для них никто не приготовил. Все придется самим…