А главное - как там танцуют пожилые мужчины и женщины (+65)

   Да, знаю, знаю, "флешмоб"  - вторая после "самопиар" по презираемости рубрика. Но все равно присоединяюсь к флешмобу Екатерины Овсянниковой "Воскресный абзац" - черновик, да ещё последней, самой последней книги (ввиду бесперспективности и возникшего на этой почве органического отторжения этого вида деятельности).

    Сюда пишу как повод выложить видео. Чудесное видео, чудесная песня, девка, так тоже ничего, особенно сзади, а главное - как там танцуют пожилые мужчины и женщины

     "Вот зачем люди пьют алкоголь? Кто-то, чтобы отдохнуть хоть недолго от этой навязчивой штуки под названием жизнь. Сейчас Моррис выпил виски, чтобы хоть на время избавиться от железной хватки другой навязчивой штуки — здравого смысла. Без этого нечего было и пытаться завязать с Патрисией хоть какой-то разговор. Здравый смысл будет бубнить, что говорить с ней не о чем. Как, впрочем, и с остальными женщинами. За все годы работы в "Сапсане" Моррис так и не научился этим хитроумным приёмам, которыми запросто владеет какой-нибудь профессиональный жиголо средней руки.  
     — Ты знаешь, — сказал Моррис, глупо хихикнув, — мне тогда у тебя дома показалось, что ты хочешь сесть мне на шею. Как та девушка на концерте, помнишь?
    Патрисия перестала ковырять свои устрицы и в упор посмотрела на Морриса:
    — А ты хотел бы?
    Том смутился. Сказать "нет" — можно обидеть клиентку. Но, как говорит Дубер: "Кунде ист кёниг" — клиент всегда король. То есть прав. Сказать "да" — так Патрисия предложит прямо сейчас пойти на пляж и там залезть ему на шею. Какой-то цугцванг...
    — А ты бы хотела? — ответил Моррис вопросом на вопрос.
    — Да, — кивнула Патрисия, отправив рот устрицу и запив её несколькими глотками мартини.
    Том перестал есть свой бифштекс и посмотрел на Патрисию. Вот оно что... Интересно, как их на в своей колонии воспримут хиппи? Наверное, удивятся. Долговязая тётка с настоящим жемчужным ожерельем сидит, свесив ноги, на шее у мужика средних лет и средней упитанности... Кстати, неизвестно ещё, поднимет ли он Патрисию. Худая, но зато длинная... А если поднимет, то как долго сможет её удерживать?
    Моррис вздохнул и отложил вилку. Нет, всё-таки нескучная у него работа. По крайней мере, никто не может сейчас сказать, чем закончится их с Патрисией внезапный роман. И сколько она ещё переведёт им с Дубером денег.
     Моррис уже приготовился вставать и идти подставлять свою шею под тазобедренную область Патрисии, как его ангел хранитель что-то шепнул на ухо скрипачу и тот заиграл тему из "Крёстного отца". Вокалистка подошла к скрипачу и, повернувшись к залу туго обтянутой юбкой пятой точкой, стала слушать звуки его скрипки.

    Постепенно к сольной мелодии начали подключаться остальные музыканты. Сначала контрабасист обозначил walking-bass, и мелодия Speak Softly приобрела пульсирующую упругость. Потом мексиканец-перкуссионист, ловко порхая ладонями над своими бонгами-конгами, украсил мелодию качающимся джазовым ритмом. Вступил гитарист, и вот уже лейтмотив "The Godfather" в стиле ритмичного свинга заполнил всё пространство "Голубой лагуны".
    Вокалистка подошла к микрофонной стойке и, плавно покачивая бёдрами, запела:
    Speak softly love
    And hold me warm against your heart
    Посетители стали подниматься и выходить на танцпол.
    — Идём, потанцуем? — Патрисия привстала и Моррис, обойдя столик, отодвинул её стул. Этой фишке его когда-то научил Дубер, а того во время прохождения службы научил один солдат, который потом оказался гомосексуалистом. Женщинам почему-то очень нравится, как мужчины поддерживают стул, когда они встают из-за стола. Женщины при этом всегда чуть поворачивают голову назад и признательно улыбаются. Дубер знал ещё много таких фишек, вроде бы ерундовых, но действующих безотказно. Самый простой — пропускать женщину в дверь впереди себя. Хотя это странное правило. Однажды в каком-то баре на окраине Палм-Сити, Моррис пропустил так одну дамочку, а там за дверью была какая-то потасовка. Ну и получила дама хук слева от какого-то негра. Негр был не особо крупный, но они все прирождённые боксёры, так что у дамочки подкосились ноги и она осела на пол.  
     В танце Моррис приобнял Патрисию за талию и ощутил под тонкой тканью её выступающий позвоночник. К его удивлению, танцевала она очень даже неплохо. Вскоре на её лице выступил лёгкий румянец, и Моррис почувствовал, что в Патрисии произошла какая-то перемена. Какая именно, он не мог уловить, но она стала что ли... красивее. Хотя нет... Всё те же острые скулы, костистый нос... Но что-то изменилось, точно.
     Когда они вернулись за свой столик, Моррис снова на всякий случай повторил трюк со стулом. Патрисия, садясь, повернулась вполоборота, благодарно улыбнулась и сказала:
    — Закажи ещё виски, Том. Не бойся, назад поедем на такси. Твой драндулет постоит здесь, никто его не тронет.
    "Вот как, бэби?..", — пронеслось в голове Морриса. — "А ты знаешь, что бывает, когда две разнополые особи приезжают к даме домой после ресторана?"
     Моррис представил себя, лежащим в постели с Патрисией. Неизвестно, что уж лучше... Наверное, всё же покатать её на закорках по ночному пляжу к радости хиппи. .