Ни дня без главы, день 8

Присоединяюсь к марафону от Клима Руднева "Ни дня без главы" (https://author.today/post/902142). 

Суть: на протяжении месяца каждый день выкладывать отрывок из главы, чей номер соответствует дате (1-31). 

Думаю, настало время для первой в этом марафоне эротической сцены. Причем сцены весьма... неоднозначной. 

Убежище, где Дейл обычно отсиживался пару дней после каждого дела в этих горах, располагалось в переплетении пещер и представляло собой вполне себе обустроенное жилье. Звериные шкуры выступали как в роли ковров, так и драпировок для защиты от сквозняков, а проходящая через толщу скалы железная труба воздухоотвода позволяла не угореть, разжигая костер для согрева.

Именно к этой трубе привязал Дейлан руки девушки. Доспехи и оружие её он положил среди сундуков с добычей; что с ними делать дальше, разбойник пока не определился.

Очевидно, что снаряжение с клеймом Ордена Света продать будет очень непросто.

Когда действие сонного дыма начало проходить, Эйтрина слегка дернулась, не спеша открывать глаза.

— Просыпайся! — воскликнул Дейл, — Утро давно, солнышко светит, птички поют…

Оглядев пространство пещеры, разбойник поправился:

— Ну, я имею в виду, поверь мне на слово, что оно светит, и они поют.

— Дейл?.. — переспросила паладинша, глядя на него мутным взглядом, — Что… Где я?..

Попытавшись подняться, она тут же задала следующий вопрос:

— Почему я связана?!

— Потому что я тебя связал, — ответил разбойник, — Логично, правда?

Эйтрина дернулась, пытаясь разорвать веревку или отломать трубу, но силы паладина до сих пор не вернулись к ней. Сейчас она была беспомощна, как обычная девчонка.

И оба они прекрасно помнили их разговор на этот счет.

— Развяжи меня немедленно! — потребовала девушка.

— И не подумаю, — зевнул Дейл, — Чтобы ты опять доставила проблемы?

— Я не доставлю проблем, — заверила Эйтрина, — Я могу дать слово чести, что не попытаюсь сбежать или прикоснуться к оружию, пока…

Её прервал ехидный смех.

— Слово чести? Ты? Ты вообще помнишь, с чего начались наши отношения?

Взгляд мужчины стал каким-то хищным.

— Я вот прекрасно помню…

— Подожди, что ты делаешь?! Дейл!

— Скажем так, — разбойник широко ухмыльнулся, — Я полагаю, что если паладин неспособен сам исполнить свою клятву… Само Провидение посылает к нему того, кто ему с этим поможет.

Он говорил, а руки его уже сноровисто развязывали завязки её туники. Паладинша брыкалась и билась в путах, но несмотря на все ее попытки, разматывание ткани почти не замедлилось.

Глядя на открывшиеся картины, Дейл надеялся найти там недостатки, на которые сможет указать, довершив тем самым разгром. Огрубевшую, покрытую шрамами кожу. Перекаченные, совершенно не женственные мускулы. Может быть, даже грудь, обвисшую, как уши спаниеля.

Ему казалось, что увидев все это, он избавится от глупых мыслей.

Результат не оправдал его ожиданий, — но не сказать чтобы расстроил. Гладкая, чистая даже после спасения из-под камнепада кожа. Изящная, точеная фигура античной статуи. Эйтрина была атлетичной, спортивной, — но она вовсе не была мускулистой. И грудь…

Ну, скажем так, на несколько секунд Дейл немного залип.

— Увидел? — с тихой яростью в голосе спросила Эйтрина, — Доволен?!

— Не совсем, — откликнулся разбойник, — Мой внутренний перфекционист полагает, что паладин обязан исполнить свою клятву до конца.

И с этими словами он потянул за нижние штаны-брэ. Эйтрина не сопротивлялась, но вся побелела от гнева.

Сперва побелела от гнева, а потом покраснела от чего-то совсем иного.

Что до Дейла, то он вдруг почувствовал, что близость обнаженной девушки, аромат её тела почти опьяняют его. Хотелось быть к ней ближе. Хотелось прикасаться. Попробовать её на вкус…

«Надо было перед отъездом из столицы сходить в бордель», — подумал он.

Но четко понял, что это не помогло бы.

— Вот видишь? — прошептал он, — Это не так уж сложно. Теперь у тебя нет невыполненных указаний, и твоя клятва исполнена.

Вот только то, как именно он это говорил, совершенно не соответствовало пафосу и торжественности его слов. От его дыхания по животу девушки пробежали мурашки. Она закусила губу, чтобы сдержать стон, но ничего не могла поделать с тем, как пунцовая краска прилила к её коже.

— Развяжи меня, — потребовала паладинша.

«Не развязывай меня», — безмолвно попросило её тело.

В тот момент Дейлу казалось, что оно зовет его. Будто в неосознанности разбойник коснулся её кожи, — и почувствовал её несомненный отклик. Судя по залившей щеки краске стыда, ощутила его и девушка.

— Тебе нравится? — будто не веря собственным словам, спросил Дейлан.

— Нет…

Голос Эйтрины звучал слабо и неубедительно. И Дейл рассмеялся:

— Врушка…

Чутко находя чувствительные точки, его пальцы умело массировали низ живота. Вся красная от стыда, паладинша сказала скорее себе, чем ему:

— Хватит… Это неправильно…

— Да плевать, что правильно, — отмахнулся Дейл, — Главное, что это приятно.

И с этими словами он прильнул губами к живительному источнику. Пыталась Эйтрина защититься, сжав бедра, — но странное дело, с каждой секундой все менее походил этот жест на защитный и все более — на пылкое объятие.

Дейлан уже не отпускал язвительных комментариев. Он был бы, быть может, и рад, да только сейчас его язык другим был занят. Планомерно, уверенно он доводил свою прекрасную пленницу до исступления.

Когда она в первый раз застонала, он даже не сразу понял, что слышит, — настолько сдавленно то прозвучало, настолько старалась она сохранить молчание. А Дейл все продолжал и продолжал осаду, чувствуя, как шаг за шагом уступает эта крепость.

— Что… со мной происходит? — сквозь тяжелое дыхание и срывающиеся стоны выговорила девушка.

«Оргазм… А что, с тобой такое впервые?» — непременно спросил бы Дейл.

Но сейчас прерываться казалось кощунством.

Когда доведенное до пика, тело Эйтрины выгнулось дугой, звук, что она издала, походил скорее на вой, чем на стон. В изнеможении развалившись, девушка отвела глаза, как будто не могла заставить себя посмотреть на своего мучителя.

— Еще скажи, что тебе не понравилось, — хмыкнул Дейл, чуть отстраняясь и любуясь ею, как художник своим шедевром.

— Это неправильно, — повторила паладинша, и на этот раз её голос звучал немного тверже.

Дейл заметил, что метка на её запястье потихоньку наливается лазурным светом.

— Ты не должен был пользоваться моей слабостью.

— Я никому ничего не должен, Эйтрина, — серьезно ответил разбойник, — Никому и ничего.

Но она лишь покачала головой:

— Каждый из нас связан своим долгом. Ты не исключение.

Разбойник поморщился:

— Ты вот сейчас своим пафосом испортила весь чувственный настрой. Так что давай уже переходить к следующему пункту нашей встречи.

— К следующему?..

Эйтрина вновь покраснела.

— Но… Я не могу… Я еще…

Глаза Дейла округлились от удивления:

— Ты о чем подумала, извращенка?!

— Я не извращенка! — возмутилась паладинша.

— Ну да, — закивал Дейл, — У тебя всего лишь твердеют соски от мысли о том, что тебя сейчас может изнасиловать какой-то грязный разбойник в пещере. Наверняка с каждой Праведной Дочерью Богов такое хоть раз бывало.

Эйтрина отвела глаза.

— Ты не понимаешь. Я… я сама не понимаю, что со мной творится. Но раньше ничего такого со мной не бывало. Паладины не испытывают… такого. Никогда.

Она в упор посмотрела на Дейла:

— И что бы это ни было, в этом виноват ты.

Дейлан рассмеялся:

— Виноват, виноват, даже божественные силы склоняются перед моим несравненным обаянием. Можешь меня за это отшлепать… точнее, сможешь, если я решу тебя развязать.

Кажется, эти слова помогли паладинше немного сконцентрироваться. Взгляд ее стал тверже и холоднее.

— Не богохульствуй, — предупредила она, — И развяжи меня наконец!

(с) "Грани чести", глава "Немного откровенная" https://author.today/reader/453172/4379210