Дорожный флешмоб

Доброго времени, дорогие друзья, читатели, слушатели и коллеги по творческому цеху!  ️

Случайно увидела в ленте флешмоб о дорожных историях, поездках и путешествиях https://author.today/post/906195 

Сначала подумала, что тема совсем не моя, а потом вспомнила о "рассказе на заказ" https://author.today/work/351535 , который написала в 2024 году.   Уже тогда решила, что из "Шёл колдун по дороге" получится отличный роман в стиле "роуд-муви", да может и не один, но пока что руки не дошли  

Они успели подружиться за несколько месяцев. Михаил помог, вылечил. Соединил осколки костей, дабы срослись они быстро и ровно. Раны заживлял, обрабатывая каждый день, меняя повязки, чтоб порезы не загноились.

Выслушал историю Шустова. И когда тот уже крепко стоял на ногах и стал помогать, латать его избушку, сходил через лес до города. Спустя день вернулся с печальными вестями. Не смог обмануть. И Андрей вытянул из него рассказ о растерзанных собаками отце и брате. О матери и малолетних сёстрах, оставшихся без поддержки. Их распродали, как скотину. Семейное добро быстро растащили соседи. Больше у Шустова никого и ничего не осталось.

Не в силах совладать с горем Андрей рыдал и выл, упав на колени и бессильно цепляясь за жухлую траву. Михаил не знал, как помочь. Хотел утешить друга, но в ужасе отшатнулся, увидев, как тяжёлое человеческое тело начали распирать растущие мышцы. Рубаха с треском разошлась, кожу быстро покрывала густая серая шерсть. С хрустом выворачивались суставы, изменилось лицо и челюсть, неровные зубы вытянулись в острые звериные клыки.

Встряхивая головой и фыркая, зверь переступал с лапы на лапу, когти взрыли землю. Длинный хвост нервно подрагивал.

Петрицкий чувствовал, как изнутри засиял горячий восторг. Он был восхищён, потрясён зрелищем и теперь всецело ощущал неимоверную силу этого чудесного создания. Шустов сам не знал о своём даре и не умел обращаться с ним. Но оборотня переполняла кипящая ярость.

– Шшш... Тише, брат мой! Мы отомстим за твою семью, – проговорил Михаил и осторожно коснулся густого жёсткого меха.

Зверь замер, прислушавшись. Шагнул к колдуну и опустив голову, прижался широким лбом. Тяжело вздохнув, зверь со стоном улёгся на землю. Мышцы уменьшились в объёме, будто высохнув, шерсть растаяла на опадающих боках. Перед Михаилом снова был человек, большой и сильный, но человек. Оглядев обрывки одежды на траве, растерев лицо в короткой бороде, Андрей поднял на него глаза человеческого серого, а не собачьего медового цвета.

– Что мы можем сделать?

Петрицкий протянул руку, помогая встать, и улыбнулся.

В город они пришли ночью. Зверь врывался в дома, ломая деревянные стенки и перегородки, рвал в клочья людей и калечил домашнюю скотину. Андрей не разбирал дороги, им двигали месть и гнев, разъедающие и выжигающие душу.

А с Михаилом по городу шёл огонь, и это было потрясающее пьянящее чувство власти. Послушная колдуну стихия разрушала здания, никого не щадя.

Этот страшный пожар уничтожил центральную часть города и навсегда остался в истории Твери.

Они больше не вернулись в лесную сторожку. Дальше пошли вместе, и третий век спорили о природе этого волшебства, о целях и средствах. Андрей мечтал об уменьшении в мире зла и обмана. А Михаил шёл по дороге в безуспешном поиске других обладателей дара.

Они больше не старели. Пройдя не один раз страну от края до края, они искали тех, кто делал вид, будто колдует или гадает. Но находили только мошенников и мракобесов.

В военные годы Михаил практически жил в госпиталях, на время потеряв из виду друга, ушедшего в партизаны.

В конце двадцатого века они стали много путешествовать. Появился интернет, открылось больше источников информации. В других странах их поиски тоже не увенчались успехом. Пока. Не забыв о кострах и пытках, Петрицкий предпочитал скрывать свои способности. Когда люди не понимают, они боятся, а когда боятся – звереют.

Но не мог переступить через себя и вовсе не использовать дар исцеления. В любом городе всегда была работа для врача. Средства для существования никогда не были проблемой. Лже-пророки и мошенники щедро откупались, чтобы остаться в живых.