О восьми прочитанных произведениях

Упомянуты авторы: Джон Диксон Карр, Сьюзи Тейт, Джастин Ларбалестьер, Екатерина Мишаненкова, Екатерина Кожевникова, Нэнси Уоррен, Елена Малиновская, Евгений Гаглоев.

Джон Диксон Карр "Загадка Красной Вдовы"  Г. М. пригласили свидетелем игры в «карты смерти», «победитель» которой отправится на два часа в роковую комнату. Кто в ней посидит один, тот живым уже не выберется. С чем это связано, какие ещё тайны хранит комната и, может, в этот раз всё обойдётся.

В любом случае нужно разобраться, кто мистифицирует комнату или дополнительно недавно прибирался в ней, хотя она до того была заколочена; зачем жителям дома нужно психиатрическое (психо-) освидетельствование и кто его (не) пройдёт.

При чтении ожидается легенда французских времён и уточнение, кто такая Красная Вдова.

Г. М. будет брошено как минимум два интеллектуальных вызова: один от Мастерса и второй от одного из братьев. Но течение происходящего будет отличаться от предыдущей книги.

Как будто несколько дополнительных психологических сюрпризов от женских персонажей: по крайней мере добавляли произведению [интеллектуальную] остроту или запутывали следствие, в то время как мужчины то друг на друга показывали, то похожим на мордобитие занимались.

Сьюзи Тейт "Мечтательница" Мечтательнице придётся несладко: ей трудно свыкнуться с рабочей атмосферой, при этом её мать попросила босса (друга детства для одной и бывшего воспитанника для второй) присмотреть за ней.

Какие издевательства, а возможно, что хуже ждут героиню, пока её благими намерениями стараются перевоспитывать. Что до поры до времени остаётся в слепом пятне для босса, и к чему всё придёт. Как это связано с детством обоих главных героев и какой контраст в их воспитании.

Понравился сказочно-психологический мотив: потерял (не услышал) возлюбленную – отправляйся прорабатывать травму детства. Но что-то в заботе, пусть со сменённой тональностью, есть обволакивающее до перебора.

Ещё двойственное ощущение, что ради одной героини переобустраивают пространство вокруг неё, то есть повышают в офисе температуру, где она находится, и другим приходится из-за этого жарится. В романтическом плане скорее мило, а вот в бытовом выглядит неприятно, как излишнее потакание.

Джастин Ларбалестьер "Моя сестра Роза" Благодаря богатым знакомым семья австралийского мальчика переезжает в Нью-Йорк. Цель подростка – следить за сестрой Розой, потому что он считает её психопаткой, а желания – спарринговаться (родители разрешают ходить на бокс, но конкретно этой деятельностью заниматься нельзя), встречаться с девушкой (с ней будет связан основной толерантный акцент этой книги, как и с другой будущей подругой) и вернуться домой. Книга разделена на четыре части под соответствующими заглавиями цели и желания.

Об одном финальном повороте догадался почти что сразу, поскольку сильно бросается в глаза, но у него оказалось масштабное расширение.

Герой как будто слишком сильно верит в эмпатию. Почувствовалось лёгкое противопоставление эмпатии и любви, при этом герою важно, чтобы первая преобладала и, есть вероятность, что он через неё дополнительно то ли самообманывается, то ли самообманывался.

История тревожно закольцовывается.

В какую-то неправильную сторону повёл спгс, что если случившееся спланированно, то надо было меньше показывать нутро Розы. Или в том и суть вредящего герою плана. Как будто ещё всплывает тема, что чужую жизеь непроконтролируешь и нужно в этом быть акууратным, чтобы не потерять свою.

Екатерина Мишаненкова "Прожорливое Средневековье. Ужины для королей и закуски для прислуги" 

Книга о средневековой кухне: что по фильмам часто распространяются мифы, в то время как источники, начиная от археологических и заканчивая письменными, пусть их не очень много) могут показать другую картину и вообще средневековый период большой, чтобы его сводить к единообразному питанию во всё время.  В книге тринадцать глав и приложением "Средневековые рецепты от реконструкторов исторической кулинарии". Очень удобная (подробная) навигация в оглавлении.

Первая глава посвящена стереотипам (мифам), в том числе откуда они взялись: специи на вес золота и используются для отбивания вкуса тухлого мяса, к тому же последний упомянутый продукт — только для богатых, которые во все непостные дни употребляли его, а в пост вынуждены были есть рыбу (пишут, что была не нужда, а для некоторых предпочтительная еда); безумно дорогие сахар с солью; не ели сырые фрукты, а хлеб выглядел особым образом; пища грубая, плохо приготовленная, несъедобная и странная на современный вкус.

Во второй главе о хранении блюд и логистике

С седьмой главы по одиннадцатую рассматриваются различные кухни — французская, немецкая, испанская, итальянская, византийская. В испанской о влиянии с трёх сторон — римской, арабской, иудейской культуры. В итальянской отдельно выделили сицилийскую.

Двенадцатая глава посвящена символике цвета: что он неоднороден для каждой страны и мог меняться во времени (привели примером зелёный и жёлтый); порой цвет порицался излишним роскошеством и поэтому добродетельным вариантом было употреблять чёрно-белую пищу (отражено у Чосера, вообще порой интересные в рамках повествования вставлялись художественные произведения, так для византийской пищи упомянута «Птохопродромика», или «Поэмы бедных Продромосов»), в особенности был период, когда еду очень сильно украшали; как цвет связывали со здоровьем и какую роль в этом играли имеющиеся тогда книги по медицине.

В тринадцатой главе о таких книгах (в чём-то жанрах) как зеркала здоровья (у нас было "Юности честное зерцало" из подобных произведений); кодексы и книги манер.

С четвёртой по шестую главы рассматривается английская кухня, хотя в то же время четвёртая — это об источниках нахождения материала и почему недостаточно археологии; в шестой рассматриваются различные напитки от воды через безалкогольные к алкоголю.

Третья глава показалась наиболее объёмной. В ней о еде для разных сословий. Что привычное деление на три, которые характеризуют следующим образом: "те, кто молятся, те, кто сражаются, и те, кто работают". Однако оно не отражает как всё было в жизни, в то числе разница между кормлением горожан и бродящих людей. Есть глава о бобрах, которая проассоциировалась с фактом, который узнал о восприятии в прошлом капибар.

Ещё среди запоминающегося: если рецепт средневековья подробен, то скорей всего его оставил врач или он более поздний, а древние рецепты от поваров скорее будут краткими, поскольку больше служат памятками действий, к тому же не хочется секреты мастерства раскрывать другим людям.

Екатерина Кожевникова "Мёд полыни" (вторая в цикле) Не всегда избранность к счастью. На Стожара, сына Яры и Яруна, начиная с его родственников претендует Навь. Аннотация проспойлерит почему не удастся избежать этого похода. Справится ли Стожар с уготовленными ему испытаниями. Кто станет одним из экзаменаторов.

И в то же время в истории присутствует мотив взросления, когда чтобы пойти своей дорогой сперва придётся разобраться с накопившемся за душой.

Занятие у героя непривычное (нестандартное) для историй с походом в иной мирой. В смысле, что обычно мельники, кузнецы (в родословной есть), а здесь бортничество, которое отсылает дополнительно к названию произведения. У Яры в первой части был искус, связанный с ткачеством, а тут приворожить (в произведерии было более удачное слово, которое ещё якобы не колдовство) пчелу.

Во время пути Стожар познакомится и со старыми для читателей знакомыми – здорово, что показано, что и они могут ошибаться, – будут и новые встречи, например, хранительницы важного артефакта, который пригодится в будущем. Думаю, уже бы на этом этапе я дальше не смог пройти.

Ещё одно испытание проассоциировалось с эпизодом из мультфильма «Книга жизни», где было предложено испытание боем, а герой мультфильма перевёл его в песенное с просьбой о прощении. У Стожара же будет чистое задание со смирением. В нём понравились моменты с «нестандартными» обращениями, в которых тоже покажутся персонажи и этой книги, и предыдущей. Почему-то думал, что главной сложностью окажеься бабушка, хотя все намёки (может, и прямые указания) были на другого персонажа, без общения с которым было бы сложно двигаться дальше. 

По-другому посмотрел на героиню из предыдущей части, потому что был момент, когда раздражали стожаровские обвинения отцу, а по итогу юноша мог оказаться правым.

Горьковатая любовная линия: тоже в чём-то соответствует названию, хотя ещё понравилось объяснение «запахом» жизни)

Нэнси Уоррен "Пожиратель душ в Оксфорде" (третья в цикле) Одна из интриг произведения – продержится ли новая помощница в магазине рукоделия. Знакомимся с родителями героини и возникло ощущение, что ей повезло, что встречаются они не часто, хотя грустно в то же время, что для них как будто действительно археология важнее дочери. Привезли то, с чем придётся разбираться в этой книге, обратившись за помощью с высокой платой к сильной ведьме, но потом ей это счастье не принесёт) Эта часть понравилась больше предыдущей. Виновника происходящего разгадал быстро. Наверное, чуто странно, что героиня решила конкретного человека обвинить, при равных двух вероятностях. Теперь интересно, вернётся ли один из персонажей и, если да, то будет ли для героини сюрприз.

Елена Малиновская "Гадалка. Игра в кошки-мышки" (финал трилогии) Героиню вынудили пойти на бал, а потом пришлось разбираться с интригами представителя соседнего королевства; со старым недругом Себастьяна. Жалко, что такая участь у Явора: думал, он проявит себя самостоятельней. Порадовало, что вместо поисковой ведьмы была дочь из предыдущей – поприятнее, что героиню лишний раз не дразнила и вообще получше себя проявила, в том числе за Карла можно порадоваться, и обыграли в их отношениях фразу о милом рай и в шалаше. И так главная героиня ещё с прошлой части поднадоела страданиями, что сперва над ней издеваются, а потом не замечают, и осталось ощущение нездоровых отношений, маловато перекрываемых отданной второй третью жизни. Немного тщеславно как героиню выманивали на бал. Понравилась часть повествования между началом расследования смерти придворного и примерно до объяснений с Седриком. С неожиданной стороны раскрылась служанка Себастьяна, да и о Доре было интересно узнать. Интересно, как бы произведение воспринялось, если бы не было перерыва между чтением частей. А может предчувствие было, что со второй части меньше понравится и поэтому дополнительно тянул чтение.

Евгений Гаглоев "Чернокнижец. Ледяной кокон смерти" (первая книга цикла) Известный по циклу «Пандемониум» Денис Чернокнижец подобно Арчи Гудвину отправлен учителем  разбираться с проблемами Ипполита Бестужева из «Зерцалии», у которого проблемы со строительством новой резиденции для их Клуба. Придётся разбираться какую тайну хранит небольшая деревня, что откликается спустя тридцать лет.

Напарницей юноше становится Агата: несмотря на взаимоспасение не покидает ощущение, что из-за того, как герои входят в следующую часть повествования, между ними назреет конфликт.

Ещё одну пару героев уже предсказали Бестужеву остерегаться и один из её представителей себя проявил: любопытно, как дальше пересекуться дороги героев.

В этой истории одним из основных мотивов станет месть. Ещё слишком много проговаривается о корысти, к финалу переходящую во властность.

Пока что светлое пятно – желание Дениса вернуть Ди[ану]. Рассказывается об их отношениях в прошлом и что привело к трагедии. Какое-то реверсивное психологическое воспитание получилось от дедушки: самое казалось бы важное до внука не донёс при частных наказаниях. И набитая шишка у героя получилась знатная.