У смерти слишком много имен.

Я их люблю. Каждого. Даже тех, кого вы, возможно, возненавидите с первой страницы. Даже тех, кто совершает непростительное. Я знаю их лучше, чем кого-либо в реальном мире. Я знаю, что им снится. Знаю их детские страхи и взрослые раны. Я знаю, как они пахнут. Как дышат во сне. Как звучит их смех, если они вообще смеются. Я вложила в них себя. Я отдала им десять лет.

Я прописала каждому его судьбу.

Поэтому, если бы они вдруг ожили и встретили меня в темном переулке Владивостока, разговор был бы коротким. Никакой благодарности. Никакого признания. Только ненависть. Чистая. Заслуженная. Выстраданная.

Потому что я знаю, через что их провела. Я знаю, кого я у них отняла. Я знаю, сколько раз они стояли на грани и сколько раз я не дала им упасть. Не из милосердия, а потому что история требовала продолжения.

Я слышу их голоса у себя в голове. Иногда они кричат. Иногда молчат. Молчание страшнее.

Я люблю их. Правда люблю. Каждый шрам, каждую трещину, каждую ошибку. И, если я услышу шаги за спиной и обернусь, то наверняка это будут они.

И, честно? Я бы не стала убегать. Я бы просто стояла и смотрела. Потому что даже с ножом у горла, даже с ненавистью в глазах, это все равно они. Мои дети. А я скучала. По каждому.