О снах и пространствах

Странно все переплетено в мире и в голове.

Перед отъездом я понимала, что следующие две недели будут очень насыщенными и ни читать, ни писать не получится. Хорошо, если спать буду достаточно.

Так оно и вышло. О творчестве я не думала, только иногда делала заметки. Зато сон... Вот тут сюрпризы были каждую ночь. Буквально.

Родственники, друзья, с которыми я давно не общаюсь, люди, перед которыми я в долгу, ситуации, которые не ощущаю разрешенными - все то, о чем я вроде бы и не думаю на яву, полезло наружу во снах. Да так насыщенно, как не бывало ещё ни разу.

Черт его знает, почему именно сейчас, именно в поездке. Наверное, возвращение в город прошлого сказалось. Но сколько раз я возвращалась, сколько раз уезжала, а такого не было никогда.

Последние три ночи отличились особенно. Тень, плящущая сама по себе и гладящая мое лицо ледяной рукой. Ангел в золотых доспехах, пришедший, чтобы подарить полёт. Дом, где гости умирают от рук неизвестного убийцы, потому что не способны быть цельными. И священник, который носит под рясой кожаный доспех, чтобы охотиться на нечисть. Мы остались с ним вдвоем в этом доме, хотя в окна скреблась нежить, а свет остался только в нашей комнате. Мы остались специально: потому что весело и интересно. А другие умерли. Их дом не принял. Вот такой сон. Он, конечно, был дольше. Там много вопросов и историй было внутри, но сейчас это неважно.

Важно, что он натолкнул меня на мысль о пространстве... души. О том, что именно представляют собой фигуры, которые мы в себе находим. И мне кажется теперь, что сами эти фигуры - тоже пространства. Например, как в случае с яркими мужскими фигурами в моих снах, пространства реализации того, что в усвоенном мною культурном коде принято считать маскулинным.

Не знаю, насколько это общий момент. Я, во всяком случае, к этому соображению пришла сама. И оно для меня очень удивительно и любопытно, поскольку наводит на дальнейшие мысли о текстах, в первую очередь, написанных не мной.

Да, вам подмигивая, Рейнмастер