Субботний отрывок. Псайкер-спойлерщик и немного о будущих событиях.

В который раз присоединяюсь к флэшмобу "Субботний отрывок" от Марики Вайд. И на этот раз хочется поделиться отрывоком из последней главы первой арки "Надежды над горизонтом", в котором ушибленный по голове Морокун внезапно наловил сочных спойлеров сюжета:

Морокун хотел было ответить, но…

…Гремящая  буря энергий, к которой он мог прикоснуться во снах, здесь была так  близка, что он чувствовал, как по коридорам гуляют отголоски нездешних  штормов. Бездна, ледяная, чуждая, притягательная, звала к себе. Звала  заглянуть в неё, увидеть больше. Онейро всегда говорил, что это опасная  сила, что Морокун должен быть осторожен… А потом, словно доказывая это,  умер.

—  Никто в Пустоши никогда не сражался в такой битве! — восторг Накса  вспыхивал живым огнём, и Морокуну казалось, что его искры по-настоящему  обжигали. — И никогда больше не будут!

 Живой ветер насмешливо веял холодом, и, не в силах устоять, потянувшись за ним разумом, Морокун увидел…

…Вереницу  ярких образов — именно образов, а не ясных картин, — замелькавших в  сознании. Грядущее, прежде открытое лишь снам и рунам, поманило за  собой, приоткрывая тайны…

…Сияющий бог в броне ярче хрома пришёл в Пустошь за потерянной звездой…

…Небесные корабли, восхитительная мощь которых внушала почти священный трепет. Поход. Забытые миры ждут их…

…Ярость  сражений и яркое пламя побед. Фуриоса, грозная и величественная,  сражающаяся бок о бок с непобедимыми воинами, облачёнными в доспехи…  О-о-о, какие это доспехи! Творения Оружейников из панцирей вороночников,  конечно, заслуживали уважения, но по сравнению с этой бронёй выглядели как ползун на фоне боевой фуры…

…Другие,  сияющие величием и силой, не боги, но и не смертные — яркие звёзды,  принявшие людской облик. Они как воительница, но в то же время иные, они  все одновременно похожи и непохожи друг на друга. Но каждый из них  несёт свет во тьму забвения — это и свет надежды, и испепеляющая ярость.

И  в какой-то момент Морокун увидел себя, облачённого в такие же  потрясающие доспехи, шагающего в строю тех самых воинов. Ощущение  гордости и величайшего триумфа…

Но что это? Он чувствует сгущающиеся тени. И часть звёзд вспыхивают другим, тёмным, яростным, разрушительным огнём…

…Огонь повсюду. Брат сражается против брата. Предательство…

…Ярость. Отчаянная неравная битва, чей исход предрешён. Незримый удар…

…Темнота…

…Множество воинов в броне, окрашенной в разные цвета, с разными символами на массивных наплечниках. Другие воины — в золотых доспехах, мощные, уверенные, но даже сквозь их невозмутимый облик  пробиваются отголоски не только отчаянной ярости, но и глубокой боли.  Эти эмоции объединяют их всех. И они здесь, на… Стенах? Фуриоса —  уставшая, на её доспехе отметины множества боёв. А рядом… Кто? В воздухе  повисли боль и горе,  но всё равно невозможно не испытывать восхищения при виде того, с кем  говорила в этот момент воительница. Свет и надежда, несмотря на  отпечаток глубокого горя. Третий — сила и твёрдость самых крепких горных  пород, но и упрямство. Он не доверяет, но они на одной стороне.  Четвёртый… Это тьма. И отчаянная надежда. Его свет давно погас, но в нём  есть что-то ещё. Раскаяние. Готовность к искуплению. 

…Свет гаснет…

…Защитники  бьются насмерть, но кроме физического превосходство враг нанёс ещё один  удар, способный сокрушить оборону быстрее любого оружия. И имя ему —  предательство. Ещё одно…

…Разрозненные  осколки образов. Обман и отвага. Отчаяние и вера. Слабость и доблесть.  Чьё-то отчаяние. Чья-то надежда. Чья-то жертва. 

…Такие битвы не выигрывают в одиночку. Но все вместе…

—  Эй! — Накс окликает обеспокоенно, слегка встряхивает за плечи. Морокун  удивлённо моргает. Здесь и сейчас… Шепчущий ветер стихает, образу  меркнут. Он тут, в настоящем — в древнем бункере под землёй, где  закончилось правление Скротуса и утих последний отголосок старой  Пустоши. 

— Будут другие битвы… — Морокун почти шепчет. Накс закатывает глаза:

— Будут так будут. Ты только здесь не заглохни, ладно?

—  Ничего не могу обещать… — Голова с каждой секундой болит всё сильнее, а  реальность уплывает. А рядом говорят, и о чём-то по-настоящему важном…