Ни дня без главы, день 19

Присоединяюсь к марафону от Клима Руднева "Ни дня без главы" (https://author.today/post/902142). 

Суть: на протяжении месяца каждый день выкладывать отрывок из главы, чей номер соответствует дате (1-31). 

Сегодня у нас последний день участия "Граней чести". По такому случаю видео. 

На закате паладинов вывели на городскую  площадь. Не раз и не два Эйтрина видела, как на этой площади проводились  публичные казни, — и никогда не возникало у нее сомнений в торжестве  правосудия. Преступник должен быть наказан — таков естественный порядок  вещей.

Она никогда не думала, что однажды преступлением станет честь.

Эйтрина  и семеро её братьев стояли в ряд на эшафоте, одетые в простые рубахи из  некрашеной ткани. Руки их были крепко связаны за спиной, и даже если бы  кто-то из них и попытался призвать священный меч, не успел бы он  разрезать веревки.

Королевская гвардия была наготове.

Никто  из них не просил пощады, никто не заверял в своей невиновности. Каждый  из них жил с достоинством — и каждый готов был умереть с достоинством.  Лишь слабое любопытство мелькало во взгляде: как именно их убьют?  Отрубят головы, как дворянам? Или повесят, как простолюдинов?

Прецедентов того, чтобы паладинов казнили светские власти, не случалось уже много веков.

Первыми  на помост взошли шесть королевских гвардейцев, окруживших приговоренных  кольцом и нацеливших на них алебарды. Палача среди них почему-то не  было.

Зато следом поднялся сам Драхен.

Настороженным  молчанием встретила его толпа: похоже, не настолько велика была сила  краденной власти, чтобы промыть мозги всему королевству. Люди знали, что  перед ними их король, но едва ли могли понять, как и почему он стал  королем.

Непонимание рождает беспокойство, но редко когда оно само по себе переходит в активные действия.

По крайней мере, без посторонней помощи.

—  Сегодня, — начал Драхен, — Правосудие восторжествует. Сотни лет так  называемый Орден Света паразитировал на нашем королевстве. Притворяясь  нашими защитниками, паладины тайно готовили мятеж. Восемь их  прислужников, проникшие в самое сердце столицы, в сам королевский  дворец, были схвачены, и их вина доказана. Сегодня гнев Богов падет на  них!

По его команде толпа взорвалась  гулом оваций. Едва ли хоть кто-то из праздных зевак понял толком, в чем  заключалась их вина; но уверенная речь короля побуждала их согласиться.

Сам же король тем временем извлек из рукава кусочек обсидиана и поднял высоко над головой.

—  Смотрите внимательно! Перед вами священная реликвия, издавна  принадлежавшая великой династии Драхен! Сила богов, которую  предатели-паладины желали заполучить для себя, — за что их ныне ждет  божественное воздаяние!

Постепенно  Камень Бедствий наливался багряно-красным свечением. Драхен переводил  взгляд с одной из приговоренных жертв на другую, пока не остановился на  девушке.

— Дама Эйтрина, — с издевательской галантностью сказал он, — Вы первая.

Из последних сил заставила себя паладинка смотреть в глаза неизбежной смерти.

…и  увидела, как коротко свистнула прилетевшая откуда-то справа стрела.  Меткий, просчитанный выстрел из лука угодил прямо в бесценную реликвию.

Разбивая её на множество осколков.

— Кто посмел?!. — пораженно воскликнул король, оглядываясь по сторонам. Но Эйтрина уже знала, кто это был.

Единственный известный ей человек, кто был вот настолько лишен почтения к чему-либо.

Нахамить богу, совратить паладина, — уничтожение священной реликвии прекрасно ложилось в этот список.

— Вон он! — крикнул кто-то, указывая на одну из крыш, — Туда!

Однако  стоило гвардейцам оглянуться туда, как весь эшафот покачнулся. Его  опоры стремительно возвращались в свое естественное состояние — в  состояние деревьев, прорастающих прямо сквозь камни мостовой.

Боевая магия была запрещена, но мастер Миртон прекрасно знал, что любую магию можно использовать для боя.

Когда  помост рухнул, Эйтрина не смогла увидеть, что происходит вокруг. Лишь  крики и звуки боя давали понять, что суматоха распространяется и  охватила уже не только помост для казнимых.

А затем она вдруг почувствовала, что её руки свободны.

—  Ваш выход, миледи, — улыбнулся смутно знакомый седоусый мужчина,  выверенным ударом крикетной биты проламывая череп одному из гвардейцев.

Сидевший у него на плече белый горностай грозно зашипел.

— Вы… Крикет? — припомнила Эйтрина.

— Зовите меня папой.

Между  тем, сражение разгоралось. Освобожденные паладины взялись за священные  клинки, и шестеро гвардейцев не могли им противостоять. На помощь своему  королю спешила стража, но заранее занявшие позиции в толпе бандиты  Крикета перехватывали её на подходе. Там, в отдалении, Эйтрина видела и  Дейла: отбросив лук, разбойник выхватил два коротких меча и теперь  метался от одного гвардейца к другому, нанося удары и тут же ловко уходя  из-под ответных.

Драхен затравленно  огляделся, прекрасно понимая, что оказался в ловушке. Бандиты Крикета  вместе с паладинами уже замкнули кольцо, и бежать ему было некуда.

Однако  это не значило, что он собирался сдаваться. Король взмахнул обеими  руками, и багряно-красная темная энергия закружилась вокруг них. Он  взмыл на метр в воздух, и волна колдовской силы поразила тех, кто был  рядом, не делая различий между бандитами Крикета, простыми зеваками и  даже его собственной гвардией.

— Он чернокнижник, — неверящим тоном пробормотал один из молодых братьев, — Он действительно чернокнижник!

С  полдюжины стрел угодили в поднявшегося над толпой короля, — но  кружившийся вокруг него вихрь колдовской силы принял их на себя,  попросту испарив на подлете. А между тем, черная магия пронизывала тела  людей, и те иссыхали подобно мумиям.

Утрата Камня Бедствий не мешала Драхену сохранить тень его силы.

— Мы должны прорваться к нему! — заявил все тот же молодой брат, поудобнее перехватывая клинок.

— Нельзя, — побледнев от страха, произнес мастер Миртон, немигающим взглядом глядя на колдуна.

—  Нельзя. Он контролирует слишком много колдовской силы. Если он выпустит  её из-под контроля… волна накроет весь город и несколько миль за его  пределами.

Подобно стреле сознание Эйтрины пронзило воспоминание. Как наяву она вновь переживала разрушение Сизых Холмов.

То, что может случиться сейчас, будет в сотни раз страшнее.

Из  ступора её вывело прикосновение руки Дейла. Прорвавшись к невесте,  разбойник заглянул ей в глаза. Он ничего не сказал, но один его взгляд  придал ей решимости, — и помог понять, что действительно важно.

— Выводите людей! — приказала паладинка, — Силой, если потребуется! Эвакуируйте город и отведите беженцев под защиту Рохура!

Паладины  Ордена Света, бандиты Крикета, волшебники Толседдской Академии и  немногочисленные сознательные горожане, — все действовали единым  фронтом, собирая и направляя паникующую толпу прочь из опасной зоны. К  сожалению, мало их было, слишком мало. И как бы они ни старались,  десятки и сотни людей становились добычей для темного колдовства  Драхена.

Багряно-красные щупальца  темной энергии все чаще пытались достать их, но к счастью, пока что  восьми паладинам удавалось отбивать их атаки с помощью священных  клинков. Пытались что-то сделать и Миртон с учениками, но видимого  эффекта их ритуалы не давали.

Поглотивший жизни сотен людей, Драхен был слишком силен.

— Времени почти не осталось! — воскликнул Крикет, — Мы должны отступать, пока нас самих не угрохали!

Эйтрина  оглянулась на него. Затем на площадь, ныне заполненную костями. На  торжествующую улыбку Драхена, окруженного алым вихрем колдовской силы.

И с тяжелым сердцем она кивнула:

— Вы правы. Нельзя спасти всех. Мы должны спасти тех, кто еще остался.

Разрубив световым клинком темное щупальце, она добавила:

— Отступайте. Мы с братьями выиграем столько времени, сколько сможем.

Все  это время Дейл поглядывал то на неё, то на Драхена. То опять на неё. То  опять на Драхена. Мучительные раздумья отражались на его лице.

И наконец, он решился:

— Крикет, подожди секунду. Эйт… поцелуй меня, пожалуйста.

Паладинка неверяще уставилась на него. Секунды две она не могла найти ответ на столь неуместное требование.

— Нашел время! — сказала наконец она.

Однако разбойник уже приобнял её за талию.

— Пожалуйста, — прошептал он, — В последний раз.

И  не дожидаясь ответа, впился губами в её губы. Этот его поцелуй был не  таким, как обычно: жадный, требовательный, он как будто должен был  добрать все то, чему больше не суждено было случиться. Эйтрина поняла  это. Как поняла и то, что её тело откликается на этот поцелуй, — как не  должно откликаться тело паладина.

А секундами позже поняла и что это значит.

— Дейл… Нет! — отчаянно крикнула она, — Не смей!

Дейл печально улыбнулся, отстраняясь, и украденная сила горела в его глазах.

— Это единственный шанс. Прости, Эйт.

— Не смей! Нет! Остановите его!

— Крикет, — приказал разбойник, — Не дай ей наделать глупостей.

Двое  громил заступили дорогу Эйтрине, не давая ей добраться до него,  помешать ему. А между тем, в руках Дейла засиял священный паладинский  клинок.

Оружие, способное разрушить темные чары.

—  Не смей, — повторяла, как молитву, Эйтрина, — Ты обещал мне! Ты обещал!  Ты обещал, что найдешь способ выкрутиться! Ты обещал, что останешься со  мной! Ты обещал, что женишься на мне!

На мгновение лицо разбойника тронула такая привычная кривая усмешка:

— Видимо, привычка мужчин нарушать обещание жениться перебивает даже мои принципы.

И с этими словами он двинулся навстречу Драхену — и своей судьбе.

Дейл  шел, не оборачиваясь, — ибо знал, что если обернется, то не хватит уже  ему сил сделать новый шаг. Он оставлял позади все свои надежды и мечты,  саму свою жизнь, которая только начала налаживаться. Он оставлял позади  женщину, которую любил.

Но он чувствовал, что поступает правильно.

Подняв  паладинский клинок, разбойник крутанул его перед собой, обрубая темные  щупальца. Колдовская сила Драхена обрушивалась на него, но почему-то он  не сомневался, что справится.

Каждый взмах меча помогал ему продвинуться чуть дальше.

—  Что я вижу, — смеялся король, — Из всех братьев Ордена Света пойти  против меня рискнул лишь простой разбойник. Ты ведь из Сизых Холмов, не  так ли? Ты помнишь, что случилось с твоей деревней, когда твоя подружка  оказалась на твоем месте?

— Я помню, — без тени улыбки ответил Дейл, — И я знаю, что больше такого не повторится.

— Вот как? — осведомился Драхен, — И как же ты этого добьешься? Предложишь мне покаяться?

— А это поможет? — приподнял бровь Дейл.

Шаг, еще шаг. Слишком далеко.

Пока что слишком далеко.

—  Нет, — уверенно ответил Драхен, — Ты так и не понял? Покаяние,  искупление — все это не имеет смысла. Богам ВСЕ РАВНО! Мы лишь муравьи  под их ногами! А если так… То кому есть дело до того, как мы поступаем?!

— Может быть, людям? — предположил Дейл.

Новый шаг. Взмах клинка. Рывок через колдовской вихрь.

И собственное черное заклинание. Расходится в стороны кровоточащая плоть пространства.

— Что… Где мы? — пораженно спросил Драхен, оглядываясь по сторонам.

Оглядывая место, где нет даже непроглядной черноты.

— Мы в Нигде, — пояснил Дейл, — В моем «кармане» вне пространства. И самое главное — мы здесь совсем одни.

Пауза.

— Знаешь, говорить об этом невесте было гораздо приятнее, — поморщился разбойник, — В любом случае, время покончить с этим.

Первый удар священного клинка разрубил связующую нить черного заклятья. Второй — пронзил насквозь тело несостоявшегося короля.

И Дейлан Рыжий закрыл глаза, когда высвобожденная темная сила обрушилась на его тело.

(с) "Грани чести", глава "Немного трагическая" https://author.today/reader/453172/4530415