Пост 22. Несколько слов о следующих томах

Есть странная разница между мыслью «когда-нибудь я закончу публикацию первого тома» и моментом, когда до его окончания действительно остаётся всего несколько глав. Пока впереди десятки эпизодов, текст кажется почти бесконечным пространством: в нём ещё можно долго двигаться, возвращаться к старым сценам, перестраивать связи, менять акценты и откладывать ощущение настоящего финала куда-то далеко вперёд. Но постепенно это пространство начинает сужаться. История уже не просто развивается, а начинает собирать воедино то, что было заложено значительно раньше.

Когда я начала публиковать «Ауренталь» здесь 27 марта, до этой точки было довольно далеко. Тем более что нынешняя публикация для меня одновременно является большой переработкой первого тома. Сам «Ауренталь», его основные сюжетные линии и последующие тома существуют уже давно. Сейчас я не придумываю продолжение по мере публикации, а возвращаюсь к уже написанной истории и фактически собираю её заново на уровне текста: переписываю сцены, выстраиваю точнее причинно-следственные связи, углубляю персонажей и привожу ранние части к тому уровню языка и композиции, которого роман достиг значительно позже.

Наверное, именно поэтому завершение первого тома ощущается для меня немного необычно. Я прекрасно знаю, что происходит дальше, знаю судьбы персонажей и устройство всей большой истории, но впервые вижу её начало в том виде, который действительно соответствует моему нынешнему представлению об «Аурентале». Это не попытка заменить старые слова более красивыми. Скорее попытка заставить ранний текст наконец выдерживать тот вес, который позже на него лег.

Первый том при этом остаётся самой камерной частью цикла. Здесь многое сосредоточено вокруг одного дома, нескольких людей и вещей, которые сначала кажутся исключительно личными: власти, зависимости, памяти, привязанности, семейных конфликтов и решений, последствия которых пока невозможно увидеть целиком.

Дальше масштаб постепенно меняется.

Основная история «Ауренталя» состоит из четырёх крупных томов. Во втором заметно возрастает роль времени и прошлого, причём не только в привычном смысле воспоминаний и старых событий. Третий гораздо шире открывает устройство мира и выводит историю за пределы той реальности, которая кажется привычной в начале. Четвёртый доводит эту линию до точки, где судьбы отдельных персонажей оказываются связаны уже с устройством самих миров.

Это не планы на когда-нибудь и не список вещей, которые я только собираюсь придумать. Все эти части истории существуют давно. Просто между их первоначальным написанием и нынешней публикацией прошло столько времени, что ранние тома теперь приходится заново проводить через накопленный за всё время опыт, чтобы одна и та же история не выглядела написанной несколькими разными версиями одного автора.

Подробно рассказывать о следующих томах пока всё равно не хочется: либо получится набор подозрительно туманных фраз, либо я начну разбрасываться спойлерами направо и налево. Но сама конструкция мне по-прежнему нравится именно постепенностью: от нескольких комнат и очень личных конфликтов к вопросам времени, устройства реальности и вещам, масштаб которых в первом томе почти невозможно предположить.

Причём мне важно, чтобы увеличение масштаба не превращалось в обычное «теперь всё ещё эпичнее». Всё крупное должно вырастать из малого. Некоторые детали, которые сейчас выглядят просто частью отношений, истории семьи или прошлого персонажей, позднее приобретают совершенно другой вес именно потому, что читатель видел их задолго до того, как получил возможность понять целую картину.

Поэтому окончание первого тома для меня одновременно и настоящий рубеж, и довольно условный финал. История давно продолжается дальше. Просто теперь её начало наконец постепенно догоняет собственное будущее.

Подскажите, вам нравится, когда масштаб цикла раскрывается постепенно? Когда первая книга остаётся относительно камерной, а через несколько томов выясняется, что история всё это время была значительно больше, чем казалась сначала?