Что плохого в единорожках?

Здравствуйте, товарищи! Ситуация, по-моему, очень странная. Почему многие недолюбливают единорогов? Казалось бы, очень милое сказочное животное, а нет — у некоторых к ним прям неприязнь и отвращение.

В общем, давайте по порядку. Сегодня супруга решила вытащить меня из осенней хандры: свозить в город, купить новую одежду. Обычно она мне всё сама покупает, без меня. Все мои размеры и пропорции каким-то образом наизусть знает. Тут я удивляюсь, потому что сам своих размеров не знаю, никогда не измерялся, а она вот как-то покупает мне вещи, которые прям тютелька в тютельку.

Я ей сказал, что никуда не хочу ехать и что она отлично знает: я буду носить всё, что она купит. Но она настаивала, что хочет поехать именно со мной, что хочет купить мне костюм с галстуком, а это нужно делать только вместе. Я ещё больше возмутился: в жизни не носил строгих костюмов и уж тем более рубашек с галстуком. Зачем мне это? Всю шею же натрёт. Но после её слов, что все великие писатели ходят именно в строгих костюмах и если у меня его не будет, то не стать мне настоящим писателем, я задумался. Даже в доказательство фотку Чехова предъявила — он реально был в костюме-тройке с галстуком. А знаете ли, так хочется быть настоящим писателем, что у меня не было другого выбора, и я согласился. Тем более она пообещала купить мне мороженое. Я, конечно, хотел пять, но сторговались на трёх, что тоже недурно.

В общем, костюм мы купили. Хороший такой, как у Чехова. Но тут же отдали его на подшивку — он не совсем хорошо сидел на мне, как сказала супруга. С меня сняли мерки и сказали, через три дня будет готово. Домой мы сразу не поехали, погуляли по набережной. И тут ей пришла идея сходить на рынок и купить простых домашних вещей, причем выбирать буду я сам, а не она. Первый раз в жизни куплю то, что нравится мне, а не ей, и она слова не скажет. Я пожал плечами, но согласился. В принципе, мне всегда нравилось то, что она покупала.

По рынку ходили долго. Мне как-то вообще ничего не нравилось. Одно дело, когда жена принесет домой уже купленную вещь, и другое — вот так ходить и выбирать среди миллионов шмоток. Но вдруг мой взгляд сам, будто провидение, выхватил ряд кофт за спиной одного из торгашей. Он показал: это были очень красивые мужские кофты с единорожками. Такие классные, что меня аж затрясло — хочу, и всё! Мне повезло вдвойне: товар был уценен, так как его никто не покупал, поэтому мы купили сразу две за 1800 рублей — мне и Олежке. «Будем вдвоём как близнецы ходить», — радостно думал я. Я тут же снял свою ветровку и надел эту замечательную кофту, радостно и гордо ловил на себе взгляды прохожих. Всех, абсолютно всех, кого только мы не встречали в этот день. Но после того как нас остановил милиционер и попросил документы, жена попросила снять эту кофту и носить её только дома, в смысле — в нашем городке. «Там тебе слова никто не скажет, там абсолютно все, даже участковый, знают, какой ты на самом деле. А в чужом городе её лучше не носить, тут все принимают тебя за этого...». Тут я плохо расслышал её слова: то ли какого-то Эдика, то ли медика. Я, конечно, не понял, что плохого в этом Эдике-медике, но спорить не стал, надел обратно свою ветровку.

Уже дома, одевшись в обновку и взяв свёрток со второй кофтой, я радостно вышел из дому, направляясь к Олежке. Тут же столкнулся в подъезде со Светкой из седьмой квартиры. Ну, помните, та, что мужика себе никак нормального найти не может? Вот сейчас вроде живёт с кем-то, но я его ещё не видел. Она очень обрадовалась мне и сразу заметила мою классную кофту. Так и сказала, что она классная, и спросила, где я её купил, говорит, хочет своему парню такую же. Я так этому обрадовался, спрашиваю: «Тебе правда нравится?» — чуть ли не со слезами в глазах жду подтверждения. А она говорит: «Нет, конечно, как такое вообще нравиться может?» Я просто опешил, открыв рот, говорю: «Но ты же сама сказала, что хочешь своему парню такую купить». Она отвечает: «Ну да, он иногда ведёт себя как последний пи***с, ему самый раз пойдёт». У меня челюсть окончательно отвисла. Я первый раз в жизни слышал, как Светка матерится. Подумал ещё: «Почему ей постоянно с мужиками не везёт?» — «Свет, — говорю, — а чё ты себе нормального мужика не найдёшь, одного и чтобы навсегда?» — «Да где их взять-то? — вздохнула она. — Всех нормальных уже разобрали. Последнего вон твоя жена ухватила». У меня глаза на лоб полезли. Нет, я понимаю, что расстроенная женщина может наговорить всякого и даже просто наврать, но всё равно заметку для себя сделал: поговорить с супругой и узнать, какого она там «нормального» мужика ухватила, кто он, коллега с работы или ещё кто, какие у них отношения и вообще почему мне ничего не рассказывала про этого мужика.

В общем, поболтав ещё немного (я в основном слушал, какой козёл оказался этот её Пашка), я наконец-то вышел на улицу и на лавочке встретил бабу Маню. Она тоже сразу заметила мою новую кофту, и ей тоже не понравилось. Сказала, что материал нехороший и зимой будет холодно, надо было шерсть покупать, и лошадь какая-то дурацкая, ненастоящая.

К Олежке я ехал уже расстроенный, очень боялся, что и ему не понравится. Так оно и вышло. Я уже почти кричал на него, чтобы он ответил, что не так с этой кофтой, на что он мне спокойно ответил:

— Понимаешь, Евгешка, кофта норм, но она сразу многое говорит о тебе. Все сразу узнают правду.

— Какую правду? — удивился я.

— Тебе 42 года, — продолжил Олежка, — и если ты надел кофту с таким рисунком, тут нет сомнения... — он немного помялся. — В общем, сразу понятно, что у тебя кризис среднего возраста, ты любыми силами цепляешься за детство, пытаешься туда вернуться. А нужно не бежать от настоящего, а принять его. Принять то, что ты уже взрослый. Готов спорить, ты даже у сына забираешь игрушки, а так нельзя.

Я сидел с открытым ртом, обдумывая Олежкины слова. А ведь он прав. Зачем я хочу доказать всем, что я ещё не старый? Какой в этом толк? Конечно, мне стало немного обидно и даже грустно, но я зачем-то начал оправдываться:

— Я не забираю у сына игрушки, он сам добровольно мне их отдаёт. А на тот паровозик с железной дорогой я честно поменялся на нож, очень хороший охотничий нож, который купил у дяди Гены, Андрюхиного бати.

Мы сидели и молчали. Затем я резко снял эту кофту и кинул её в пакет со второй, оставшись в одной футболке «Король и Шут».

— Слушай, Олега, — тихо произнёс я, — а носки с единорожками носить можно? Их же никто не видит, только свои.

Он опустил взгляд вниз, на мои ноги, и улыбнулся:

— Носки можно.

Тут же встал и замялся. Я понял, что что-то не так.

— Ну, говори уже, — произнёс я.

Олежка осмотрелся по сторонам и тихо спросил:

— А ты эти носки только одну пару купил?

— Две, — широко улыбнулся я и полез в пакет.

Товарищи, я тут подумал: у нас в городке эти кофты у меня всё равно никто не купит. Может быть, из вас кто-нибудь захочет? Может быть, кому-то надо для каких-нибудь целей. Они почти новые, от одной, правда, немного табаком несёт, но я не виноват, это не я, это мужики на остановке курили, а я просто рядом стоял. Продам, конечно, по спекулятивной цене, но много накручивать не буду, только сто рублей. Так что обе выйдут за 2000 рублей. Если кто заинтересован — пишите, договоримся. Кстати, вот фотку прилагаю.