Когда брачная ночь откладывается...(18+)

Перегородка скользнула в сторону. Лампа осветила силуэт Кэзуо. Он не спал. Бродил по комнате и сразу же поднял взгляд, заметив меня. Нахмурился. Хотел заговорить. Я оказалась быстрее. Толкнула перегородку, оставшись внутри, скользнула к нему и прижала пальцы к губам. Если он снова заговорит, мне не хватит смелости остаться.

Вот только, что делать дальше, я не знала. И замерла, рассматривая его лицо на границе света и тени. Красивое. Он наверняка похож на отца, но что-то есть и от матери. Легкость и изящество. И…

Кэзуо сжал мою руку и отвел в сторону, наклонился и коснулся губами запястья. Там, где билась тонкая жилка. Жар прокатился по коже. Сердце сжалось и застучало чаще. Губы спустились чуть ниже, оставляя еще один поцелуй. И еще…

Стало жарко, будто мы стояли в бане. Кэзуо остановился у локтя, взглянул на меня и качнулся ближе. Дыхание обожгло губы. Глаза закрылись, но ничего не произошло. Только жар заскользил по коже вниз, к шее. А руки легли на пояс нагадзюбана. Горячие. Еще горячее, чем губы.

Говорят, кицунэ могут выдыхать огонь. Наверное это правда…

Гром раздался снова. Я вздрогнула и задохнулась от неожиданности, когда шею обожгло поцелуем. Ладони скользнули по ткани, скрывавшей мужское тело, в поисках опоры. Или чего-то еще?.. Я не понимала. Он что-то сделал со мной, от чего все казалось иным. Прикосновения, дыхание, губы… Так не бывает.

Я открыла глаза – убедиться, что не сплю. Нагадзюбан распахнулся и сполз с плеч, горячие руки поддерживали спину, а губы ласкали кожу, и волны жара проходили по телу, нагоняя истому и жажду.

Взгляд скользнул по комнате и остановился на стене. Наши тени танцевали на ней странный танец. Или только одна из них. Я опустила руку, позволив сползти рукаву, выпутала из складок ткани и коснулась волос мужчины. Запуталась в них пальцами, невольно прижимая ближе. Потому что не хотела, чтобы все закончилось. Пусть сегодня все будет иначе…

Нагадзюбан упал на пол, следом за ним отправился мужской. Тени сместились, опустились ниже, стали ближе, пока не слилась в одну. В какой-то момент я больше не смогла следить за ними, потерявшись в жаре, прерывистом дыхании и частом стуке сердца, которое будто пыталось вырваться из груди. Но не сбежать. Ему просто стало тесно. И оно захотело большего…

Я забыла, что кицунэ известны не только иллюзиями, но и страстью.

По крыше стучал дождь. Гроза отгремела и обернулась тихим ненастьем. Кэзуо спал, а я смотрела в потолок и пыталась понять…

Подняла руку. Она казалась тяжелой и одновременно легкой. Будто костей внутри не осталось. Кожа стала такой чувствительной, что даже легкое дуновение воздуха вызывало мурашки. Провела пальцами от запястья до локтя, и дыхание замерло на губах. Отголоски жара свернулись внутри, будто угли костра, который можно развести вновь.

Так не бывает.

Но так было.