Братья наши меньшие

В детстве нам на даче подарили двух белочек в клетке. А мы по незнанию накормили их абрикосовыми косточками, которые, как мы выяснили позже, содержат синильную кислоту. На другом дачном участке мы поймали ежа, строили ему коридоры из досок, играли с ним, но через несколько дней ему надоело, и он побежал дальше. В Москве у моей старшей сестры, которая жила с бабушкой и тётей, было две черепахи — одна большая, другая маленькая. Мы строили для них на полу туннели из коробок и книг, а также впрягали большую черепаху в собранную из металлического конструктора тележку с пластмассовыми колёсиками и сажали в неё маленькую (однажды я сделал себе из этого конструктора рыцарский шлем с забралом, догадавшись просто согнуть детали). В Хомсе у нас тоже была черепаха. Зимой она будила нас по утрам тем, что стучалась головой о горевшую всю ночь мазутную печку: ей мешал непривычный для нашей страны выпуклый панцирь (в Сирии живут черепахи пустынные, не зелёного, как у нас, а песочного цвета). В Дамаске во время второй загранкомандировки я увидел на тротуаре огромную черепаху. Рядом стоял мужчина и наблюдал за ней. Я спросил у него:

— Можно я возьму её для детей?

Он согласился, я положил её в целлофановый пакет и понёс домой. Жила она на газоне, в нашем садике. Уезжая, я передал её своему второму начальнику для его сына. При жилдоме Аппарата экономсоветника была гигантская черепаха с большой треугольной выщербиной на панцире, на которой катались дети.

В нашем доме в Москве перебывали рыбки, хомячки, крупные золотистые и миниатюрные джунгарики, морские свинки и крысы. Последние, в диком виде, одолевали нас в двух квартирах — в Хомсе и Дамаске, которые размещались в полуподвальном помещении. Ещё одна жила в тумбочке стола нашей сотрудницы в том банке, где арендодатель за неуплату выселил нас в подвал (см. вспоминалку «Как нас держали в заложниках (лихие 90-е)» https://author.today/post/817154). Наши же крысики оказались самыми лучшими домашними питомцами: преданными и ласковыми, с интеллектом на уровне собачьего, несмотря на небольшие размеры. Обычно они не лижут руки, как собаки. Специально выведенный крысик сибирской породы — Рон, который прожил дольше всех (два года четыре месяца, за что мы ещё называли его Мафусаилом), — стал обижать своего младшего собрата. Мы втроём находились в этот момент на двуспальной кровати. Я, лёжа головой на подушке, резко отбросил его в сторону, сантиметров на тридцать. Он подбежал и виновато лизнул меня в руку. Я даже сейчас стыжусь своего поступка. Через нас прошли шесть таких удивительных созданий, но, к сожалению, мы отказались от этих настоящих друзей человека из-за их частых лёгочных болезней и короткой продолжительности жизни. Самым интересным был первый — Кир, большой крысик породы блю-айриш, умный, с характером. В отличие от других, он ел, например, творожную смесь, зачерпывая её лапой, как ложкой. Необычным был и один хомячок сирийской породы по имени Васька. Жил он в большой банке, из которой круглыми днями пытался убежать, но при этом спокойно спал на груди у жены или в кармане её халата.

В двухкомнатной квартире, где живёт мой взрослый племянник с мамой, он устроил настоящий зоопарк: собака, кошка-сфинкс с пятью котятами, сова-сипуха, канадская белка, сухопутная черепаха и две водяные, богомол, скорпион, шиншилла, индоутка, крысики, одна рыбка-петушок, геккон, кролик, мадагаскарские тараканы, канадская молочная змея длиной 1,1 метра (она не ядовитая, поэтому свободно ползает по квартире), свиноносая змея, маленький волнистый попугайчик и несколько корелл, гигантская улитка, ящерица-агама, сверчки (они разбегаются по квартире и трещат), лысая морская свинка, гусь и игуана длиной полтора метра. С двумя последними мой племянник гуляет на улице, в своём районе. Гусь любит приставать к женщинам, что создаёт удобный повод для знакомства. Однако иногда он действует так напористо, что заставляет их бежать наутёк или вскакивать на скамейку и кричать: «Караул!»

Фото крысиков Кира, Рона и Дира я приводил в этом блоге: https://author.today/post/918332