Почему в 14 лет ему ничего не хочется?

Когда дети маленькие, у них обычно одна проблема: они хотят делать вообще всё.

• Папа, я хочу помочь!
• Папа, дай я помою!
• Я сам!
• Дай я понесу!
• Я хочу залезть!
• А можно я?
• А давай я!

И иногда это ужасно неудобно.

Тебе нужно быстро помыть посуду. Сам ты сделаешь это за десять минут.

Но тут приходит ребёнок:

• Папа, я хочу помогать!

И ты уже примерно представляешь, чем это закончится.

Воды будет больше на полу, чем в раковине. Тарелки придётся перемывать. Ребёнок начнёт баловаться водой. Вместо десяти минут ты потратишь полчаса, а потом ещё будешь вытирать кухню.

Самый простой вариант:

• Не надо, я сам.
• Ты ещё маленький.
• Иди поиграй.
• Не трогай.
• Ты сейчас всё разольёшь.

И это работает. Ребёнок ушёл, ты спокойно помыл посуду.

На следующий день он захотел помочь тебе что-нибудь приготовить.

• Не трогай, я сам.

Потом захотел помочь прибраться.

• Не надо, я быстрее.

Захотел что-нибудь починить вместе с папой.

• Отойди, сломаешь.

Хочет сам что-нибудь сделать.

• Нет.
• Нельзя.
• Не трогай.
• Ты ещё маленький.

И вот это «ты ещё маленький» особенно ужасно.

Потому что проходит десять лет.

Ребёнку уже четырнадцать.

Он лежит на диване с телефоном.

И теперь родители стоят рядом:

• Тебе вообще ничего не интересно?
• Почему ты ничего не хочешь?
• Почему ты никогда не помогаешь?
• В доме столько дел, а ты лежишь!
• Хоть бы сам предложил помочь!

А почему он должен предлагать?

Его довольно долго учили, что его помощь никому не нужна.

Мне кажется, здесь очень важно не отбить вот это детское «я хочу».

Поэтому если мои дети говорят:

• Папа, мы хотим мыть посуду!

Ну хорошо.

Пошли мыть посуду.

Я прекрасно понимаю, что сейчас будет.

И да, через какое-то время кухня выглядит примерно так, как я и предполагал.

Посуда вроде помыта. Вокруг всё в воде. Дети успели побаловаться. На полу лужи.

Хорошо.

• Так, смотрите, мы тут всё залили. Теперь это надо убрать.

Выдаю каждому по тряпке.

И мы все вместе вытираем. В итоге посуда помыта, кухня убрана, дети заняты, мы провели время вместе. Да, один я сделал бы быстрее. Но у меня была не только задача помыть посуду. Мне ещё нужно научить детей её мыть. И вообще у меня это довольно часто заменяет игры с детьми. Я не очень умею играть с ними в игрушки. Поэтому, когда остаюсь с детьми, я обычно просто смотрю, что мне самому нужно сделать дома.

Нужно прибраться:

• Так, дети, пойдёмте играть в приборку!

Нужно помыть полы:

• Кто хочет со мной полы мыть?

И они:

• Да-да-да! Пошли-пошли-пошли!

Потому что для меня помыть полы - это бытовуха, которую всё равно надо сделать. А для них это игра. Они не каждый день моют полы. Им интересно получить швабру, налить воду, что-нибудь там тереть, двигать, таскать. Мама с ними в такое обычно не играет. Поэтому папина игра «пойдём мыть полы» вполне себе развлечение. Заодно мы вместе что-то делаем, разговариваем, балуемся. Ну и я в итоге ещё и квартиру прибрал. Все довольны.

Конечно, если моя единственная задача - добиться идеальной чистоты за двадцать минут, дети тут скорее помешают. Но если задача ещё провести с ними время, научить что-то делать и не отбить желание помогать, то вообще прекрасно. Причём мне даже не приходится их заставлять:

• Ты обязан помогать по дому!

Наоборот. Пока они маленькие, они сами хотят. И вот это желание мне как раз очень не хочется потерять. Потому что, чтобы научиться делать хорошо, сначала придётся какое-то время делать плохо. Любой человек не может в первый раз взять губку и идеально вымыть сковородку. Не может в первый раз взять швабру и идеально помыть пол. Не может в первый раз взять отвёртку и сразу понимать, как правильно ей пользоваться. Но именно сейчас он хочет попробовать. Сам пришёл. Сам попросил. Его не нужно заставлять. И мне кажется очень странным отказывать ему сейчас, а потом через десять лет пытаться заставить делать то же самое. Причём сейчас цена его ошибки очень маленькая.

Плохо помыл тарелку?

• Смотри, здесь осталось грязно. Давай ещё раз.

Налил воды на пол?

• Бери тряпку, будем вытирать.

Плохо подмёл?

• Давай посмотрим, что осталось.

Разлил - убери. Разбросал - собери. Испачкал - помой.

Не потому, что папа придумал наказание. Просто так работает жизнь. Конечно, есть вещи, которые детям действительно нельзя. Я не дам четырёхлетнему ребёнку циркулярную пилу со словами:

• Главное не отбить интерес!

Но между «это действительно опасно» и «мне просто быстрее сделать самому» огромная разница. И вот второе я стараюсь не путать с первым. Потому что сегодня ребёнок сам бежит за тобой:

• Папа, я тоже хочу!
• Дай я попробую!
• Давай я помогу!

А ты отвечаешь:

• Не надо.
• Не мешай.
• Я сам быстрее.

И так год за годом. А потом ему четырнадцать. Он лежит на диване, а ты стоишь рядом:

• Почему ты ничего не хочешь делать?

Так ты же сам его этому научил.

И во всём этом есть ещё один прекрасный плюс. Если дети с самого детства научатся мыть посуду, полы, прибираться, стирать, что-нибудь чинить и вообще заниматься обычными домашними делами, то через несколько лет всё это смогут делать уже они. А родители наконец смогут лежать на диване. Я вообще считаю это отличным вложением в будущее. Да, сейчас я потрачу полчаса вместо десяти минут. Да, потом придётся вытереть воду с пола. Да, первое время проще сделать самому.

Зато потом:

• Дети, посуду помойте.
• Хорошо!

А я лежу. Поэтому, когда ребёнок в очередной раз прибегает:

• Папа, я тоже хочу!

Не спешите отвечать:

• Я сам быстрее.

Возможно, перед вами человек, который через несколько лет будет мыть эту посуду вместо вас. Главное сейчас не отбить у него желание научиться. Собственно, ради этого я и написал «Пап, я сам». Не ради идеально вымытой посуды и послушных детей. Мне гораздо интереснее, что они будут уметь делать сами через пять, десять или пятнадцать лет.

Потому что если всё детство говорить ребёнку:

• Я сам, ты маленький.

Однажды он вполне может ответить:

• Хорошо, пап. Делай сам.

И вот тогда на диване будет лежать уже он а взрослый и будет пахать.

«Пап, я сам». Как подготовить ребёнка к взрослой жизни, не лишая его детства.