Мастихиновый обман.

Автор: Иоффе Маргарита Арнольдовна

Я не полуголая эльфийка с длинными ушами, на мне нет кожаных подтяжек и кружевного белья. Я не покорная рабыня и не надменная царица в чужих магических мирах. Я - нечто совершенно новое и неизведанное, свежий морской бриз исканий мятежной души истинного художника. Я Мастихин! Я твой проснувшийся талант, твоя обнажённая душа, твоя заветная мечта и твоя вечная, неразгаданная тайна. Я рождаюсь на стыке сочных масляных мазков и чеканного шёлкового слога, чтобы разрушить оковы привычной рутины. Позволь мне увести тебя по туманной аллее воображения туда, где искусство становится живым дыханием...

Смычок затих, померкли свечи в зале,
И мастихин унял свой дерзкий бег.
В её глазах, где капли скрытых слёз дрожали,
Застыл ушедший, благородный век.

В каштановых волнах цветок пылает алым,
И бирюза в серьгах хранит немой обет.
За этой маской, чистым идеалом
Скрывается души глубокий, тайный свет.

О чём молчит упрямая шатенка?
Какую скорбь укрыл узорный шёлк?
Судьба её - холста крутая стенка,
Где смелый мастер свой приют нашёл.

Небрежный штрих, палитры сочной рама,
И взгляд, что ранит прямо до души...
Рождается в тиши святая драма
О той, чей лик разгадывать спеши!

Взмахнёт крылом каскадный блеск подола,
Обвеяв ароматом свежих роз.
Она ушла туда, где властвует туман,
И шлейф духов растаял в море грёз.

Движенье рук и поворот плеча свободный,
В кудрях каштановых горит бутон завета.
И этот танец гордый, благородный,
Рождает вспышки радужного света.

Воздушным шёлком сотканы все складки,
Пурпур и золото вплелись в её движенье.
Былой рутины лопнули порядки,
Когда на холст прорвалось вдохновенье!

Застыл кутюр на грани волшебства,
Взгляд обжигает тайною сквозь вечность...
И эти строчки - музыка холста,
Что уносит нас в цветную бесконечность...

Затихнул аккорд, и захлопнулись двери,
И тает вдали её призрачный след.
И разум хладнокровный не хочет поверить,
Что этой красы в жизни больше уж нет.

Она уходила, послушная ветру,
В угасающий, мягкий, туманный эфир.
И шлейф многоцветный, послушный рассвету,
Рассыпал крупицы в проснувшийся мир.

Он не успел... Не коснулся ладони,
Не выведал имя у гордой судьбы.
Лишь алый бутон на каштановом фоне
Остался венцом безответной мольбы.

Окончен наш вальс. Лишь мазки мастихина
Хранят этот сон, уходящий в туман.
И тает вдали дорогая картина,
Оставив творцу лишь прекрасный обман.

https://author.today/work/644806