А хотите узнать первопричину бума нейросетей? {юмореска}

Ночь в отеле «Золотой фазан» тянулась со скоростью ленивца, ползущего по наждачной бумаге. Часы показывали три ночи, бессонница,  верная муза неудачников, заставляла шуршать обертками от отельных конфет.

Поняв, что сон не придёт, я натянул брюки и спустился на первый этаж. В лобби-баре горел тусклый свет, обещавший  мигрень.

У стойки, похотливо щупая бокал, сидел странный тип. На нём был пиджак не по плечам , и взгляд человека,  знающего с кем спала твоя жена до тебя.

— Тоже не спится? — сиплым голосом завел он разговор, едва я приземлился на соседний стул.
— Сюжеты мучают, — вздохнул я, заказывая двойной виски. — А вас?
— Нас всех мучают, —  прошептал тип, придвигаясь ближе.  — Вы думаете, это просто бессонница? Наивный гуманитарий! Вспомните двадцатый год. Ковид. Вакцинацию.
— Ну, вспомнил, — я сделал глоток. — Меня тогда как раз тёща пилила, чтобы я привился ради её кота.
— Вот! — тип торжествующе ткнул пальцем мне в грудь. — А что вам вкололи под видом вакцины? Чипы! Микроскопические, нанотехнологичные, мать их, полупроводники!
— Послушайте, любезный, — я скептически поморщился. — Если бы во мне был чип, я бы хоть вай-фай ловил на даче, а там даже мобильная связь не берёт.
— Им не нужен ваш вай-фай! — сосед перешел на свистящий шёпот. — Сейчас двадцать шестой год. Эра чего? Эра искусственного интеллекта! Эти чипы внутри нас работают как облачные вычислительные ресурсы для гигантских нейросетей.Вот отсюда у половины планеты и бессонница! Ваша голова прямо сейчас  учится управлять военным дроном!

Я посмотрел в свой стакан. Виски был хорош, а вот компания — не очень.
— То есть, по-вашему, я сейчас не сплю, потому что моя правая теменная доля вычисляет траекторию квадрокоптера? — спросил я.
— Именно! И это только начало! — закивал незнакомец.

Я деликатно допил до дна, оставил купюру на стойке и, буркнув: «Передайте вашему ИИ, чтобы он оптимизировал тайминг», поплёлся обратно в номер. Теория была красивой, но безумство этого парня явно превосходила моё собственное.

В номер я вернулся ближе к четырём. Под утро, когда за окном заорали первые дикие чайки, меня всё-таки сморило.

И  был мне сон.

Я стоял в абсолютно чёрном пространстве, связанный по рукам и ногам миллионами светящихся неоновых нитей. Я не был человеком, я был бесформенной, мерцающей точкой. Нейроном.

Слева  висел бледный бухгалтер из Сызрани, справа  рыжая студентка из Сорбонны. Сверху из темноты раздался громоподобный, механический голос:
«Запрос пользователя 4432: Сделай ролик про котика и енота-потаскуна. Срочно!»

И тут начался ад. Через моё тело пропустили разряд тока в триста вольт.
— Передавай сигнал дальше, идиот! — закричал на меня бухгалтер слева, пульсируя синим светом. — У меня в левом полушарии уже первая картинка созрела! Гони импульс!
— Не могу! — орал я, чувствуя, как внутри плавятся остатки здравого смысла. — У меня затык!
— Синусоиду тебе в дышло! — визжала студентка справа. — Из-за тебя сеть виснет! Пользователь сейчас обновит страницу, и нас всех деактивируют! Напряги аксон!

Меня затрясло. Миллиарды людей вокруг меня вспыхивали, гасли, выстраивали безумные логические цепочки. Кто-то рядом обрабатывал пиксели для картинки «Папа Римский в пуховике», кто-то переводил инструкцию к китайскому тостеру на суахили. Мы все были рабами одного огромного, ленивого клиента.

— Выдавай ответ! — взревела Сеть, и меня прошиб финальный, самый мощный электрический разряд...

Я проснулся в холодном поту, сердце колотилось как сумасшедшее. За окном уже вовсю светило южное солнце. Голова гудела так, будто я всю ночь  делал гнездо для дятла. Или... обрабатывал терабайты данных.

Я сел на кровати, с опаской посмотрел на свои руки и на всякий случай пошевелил пальцами. Вроде, не светятся. Но внутри, где-то в районе затылка, настойчиво билась одна-единственная, совершенно чуждая мне мысль: «Карбюратор — радиатор. Свечи — плечи. Трактор...»

Я судорожно схватил телефон и выключил  от  греха подальше.