"Русские сезоны". Начало

120 лет назад было положено начало знаменитым «Русским сезонам» за границей. Это настолько уникальная и яркая страница в истории русской и даже мировой культуры, что я решил посвятить «Сезонам» два очерка. Первый расскажет о том, как они начинались.

Бессменным руководителем антрепризы был Сергей Дягилев. Сергей Павлович Дягилев— русский театральный деятель. В 1896 году он окончил юридический факультет Петербургского университета, одновременно учился в Петербургской консерватории в классе Римского-Корсакова. Дягилев отлично знал живопись, театр, историю художественных стилей. В 1898 году он стал одним из организаторов группы «Мир искусства», а также редактором одноименного журнала, который вел борьбу против «академической рутины» за выразительные средства нового искусства модерна.

 Серов В.А. Портрет С.П.Дягилева. 1904

В начале ХХ века Сергей Дягилев загорелся идеей знакомства европейцев с русским искусством и его пропаганды в Европе. Не только объединение «Мир искусства», но и другие прогрессивные круги русской художественной интеллигенции, например, музыкальный Беляевский кружок, горячо поддерживали такое начинание.

В 1906 году Дягилев начал работать в парижском Осеннем салоне над организацией русской выставки, которая должна была представить русскую живопись и скульптуру за два столетия. Кроме того, Дягилев добавил к ней и собрание икон. Особенное внимание на этой выставке уделялось группе художников «Мира искусства»: Льву Баксту, Константину Сомову, Мстиславу Добужинскому, Валентину Серову, Александру Бенуа. Именно они позже оформляли многие балеты для Русских сезонов.

Устройство подобных экспозиций было очень дорогим, но, не имея личных сбережений, ещё совсем молодой Дягилев сумел заручиться поддержкой таких влиятельных меценатов, как Великий князь Владимир Александрович, а через него — и Николай II.

Если в России имелось весьма слабое понятие о современном европейском искусстве, то и в Европе представление о культурном наследии Российской империи тогда было не менее туманным. Образованному европейцу были известны разве что имена русских писателей — Льва Толстого, Фёдора Достоевского, Ивана Тургенева. Кто-то слышал музыку Глинки и Чайковского, кто-то видел картины Василия Верещагина. Дягилев взялся сломать эту стену неведения. Тогда он уже в полной мере проявил свой дар эффективного «проектного менеджера» и переговорщика, умеющего убеждать и очаровывать даже самых высокопоставленных лиц: чтобы найти деньги и «позаимствовать» лучшую русскую живопись у музеев, импресарио пришлось вновь договариваться с Великим князем Владимиром Александровичем.

В Париже Дягилев нашёл покровителей выставки в лице русского посла Александра Нелидова и графини Элизабет де Греффюль, которая ввела Дягилева в высшее парижское общество и впоследствии активно помогала в организации «Русских сезонов».

В результате 16 октября 1906 года перед глазами европейского зрителя предстали сокровища, которые раньше никогда не покидали стены царских и великокняжеских дворцов, Исторического музея в Москве и Музея Академии художеств в Петербурге.

Выставка в Осеннем салоне имела неслыханный успех — именно тогда Дягилев начинает думать о продолжении русских сезонов в Париже. Его мысль — о русской музыке. Он устраивает пробный концерт, и его успех определяет планы 1907 года. Вернувшись в Петербург с триумфом, Дягилев стал готовить второй русский сезон. Свои знаменитые Исторические концерты. Для этого был создан комитет под председательством А. С. Танеева — камергера высочайшего двора и небезызвестного композитора. К концертам были привлечены самые лучшие музыкальные силы: Римский-Корсаков, Рахманинов, Глазунов. Дирижировал Артур Никиш, ни с кем не сравнимый интерпретатор Чайковского. Программа была тщательно разработана и составлена из шедевров русской музыки. В нее входила увертюра и первое действие «Руслана и Людмилы» Глинки, симфонические картины из «Ночи перед Рождеством» и «Снегурочки» Римского-Корсакова, а также фрагменты из «Садко» и «Царя Салтана». Конечно же, были представлены Чайковский, Бородин, Мусоргский, Танеев, Скрябин, Балакирев, Кюи.

Участники Исторических концертов

Но гвоздем программы этого сезона стала опера Мусоргского «Борис Годунов». Для чего было везти ее в столицу европейской культуры? Сергей Дягилев хотел показать зарубежной публике «подлинную Русь» и не пожалел для этого ни времени, ни сил.

Чтобы воссоздать дух эпохи, большое внимание уделили оформлению спектакля. Художник Иван Билибин поехал в Архангельскую губернию — покупать для костюмов русские сарафаны и вышитые ткани. А сам Дягилев ходил по петербургским барахолкам: искал старинные традиционные предметы обихода и одежду. Александр Бенуа писал: «Особенно же Сергей пристрастился к расшитым золотом и блестками головным платкам, из которых надумал делать отложные воротники боярских кафтанов и шуб».

В результате опера шла в роскошных декорациях  Головина, Бенуа, Билибина, в исторически достоверных костюмах. Состав исполнителей был звездным: Самозванец— Дмитрий Смирнов, Марина Мнишек — Наталия Ермоленко-Южина, Князь Василий Шуйский — Василий Алчевский, Юродивый — Иван Ершов. В спектакле участвовали хор и оркестр Большого театра, дирижировал Феликс Блуменфельд.

Александр Головин. Эскиз декорации к опере Модеста Мусоргского «Борис Годунов». Новодевичий монастырь

Ошеломляющий успех выпал на долю исполнителя заглавной партии — 34-летнего Федора Шаляпина. После премьеры зрители долго не отпускали артистов со сцены. «Публика вела себя удивительно, так могут вести себя только экспансивные французы — кричали, обнимали нас, выражали свои благодарности артистам, хору, дирижеру, дирекции», — вспоминал Шаляпин. Дягилев говорил, что этот спектакль было просто невозможно описать. Париж был потрясен. Публика Большой оперы, всегда чопорная, на сей раз кричала, стучала, плакала.

Премьера «Бориса» стала началом многолетней славы отечественной музыки за рубежом.