Короткие юбки

В начальной школе мы ещё застали дубовые, соединённые со скамьями парты с маленькими откидными крышками, чернильницами-«непроливайками» и вырезами под ручки-«вставочки». Во втором классе эти парты разместили прямо в рекреации спального корпуса, так как в здании школы шёл ремонт. Раньше они стояли отдельно, а теперь их соединили переходом, хотя мы всё равно, чтобы срезать угол между двумя зданиями, съёжившись от холода, перебегали зимой из одного корпуса в другой по улице. Вскоре парты заменили столами, а вместо держателей пера и пёрышек появились сначала самописки, которые часто подтекали, оставляя на среднем пальце чернильное пятно, а потом — удобные шариковые ручки.

Форму мальчики носили серого цвета (позже её сменили на более симпатичную, тёмно-синюю, но этого времени мы уже не застали), а девочки — коричневую, с белым фартуком на праздники и чёрным — в будни. К ней подшивались, как в армии, белые подворотнички. К субботе, когда после уроков мы разъезжались по домам, они представляли собой жалкое зрелище. Пионерские галстуки, а потом и комсомольские значки носили только на форменных пиджаках и фартуках. «Домашняя» одежда, которую тоже выдавали в интернате, была немного разнообразнее: например, зелёные вельветовые костюмы со слегка расклёшенными брюками были вполне хороши. Ученики из семей побогаче носили даже что-то модное, и мы молча завидовали им. В старших классах девочки начали носить очень короткие юбки, что было красиво, но заставляло некоторых самых любознательных мальчиков постоянно дежурить внизу лестницы, чтобы увидеть нечто большее, чем просто голые ноги. Брюки в то время девочки надевали редко. Что касается обуви, ребята ходили в полуботинках и сандалиях, а кеды оставляли для уроков физкультуры. Девочки носили туфли, босоножки и чешки соответственно.

Длинные волосы я стал отращивать в седьмом классе, начиная с весны. 1 сентября я пришёл ещё более обросшим, но в течение недели меня и других одноклассников отправили стричься. Девочкам разрешалось иметь длинные волосы, но они должны были быть собраны в пучок или хвостик. Серёжки и ювелирные украшения носить не позволяли. Маникюр и макияж были запрещены. Только на праздничные и танцевальные вечера девочки приходили накрашенными.

Наручные часы у меня, чуть ли не первого, появились уже в пятом классе (впоследствии я привёз из Сирии японские часы Casio с будильником и калькулятором, которыми гордился так же). Массивные, с белым циферблатом, календарём и глубокой царапиной на стекле, эти часы мне достались от умершего второго мужа двоюродной бабушки. Они были удобны, чтобы следить за временем на уроках, но создавали впечатление, что те длятся дольше положенных сорока пяти минут.

Многие ребята курили; я этим баловался немного в десятом классе, но, поступив в институт, перестал. Выпивали редко, потому что особой возможности для этого в интернате не было. Зато в трудовом лагере отыгрались за все годы. Даже мы с моим одноклассником отметились, получив за это четыре наряда вне очереди и общественное порицание.