Ещё одна книга, которую я не буду писать

Да и читать вряд ли стану — производственный роман точно не моё. Но раз идея возникла, оставлю её тут, вдруг кому пригодится. На самом деле идея не всей книги, а только двух эпизодов, назовём их прологом и эпилогом.

Школьный выпускной. Несколько подружек делятся своими планами на будущее. Одна мечтает стать актрисой, вторая — военной, третья вообще в космонавты метит, а четвёртая заявляет, что будет ткачихой. Все просто офигивают. Мало того, что профессия сама по себе ни разу не престижная, а уж для первой красавицы и отличницы — тем более.

— Я тут старый советский фильм посмотрела. Совсем старый. Так там одна ткачиха смогла справиться с полутора сотнями станков.

— И чё?

— Ничего вы не понимаете! Те станки вообще никак не программировались. Совсем примитивные. Рядом с каждым должен был постоянно стоять человек и следить. А сейчас… Да я и тысячей, и десятком тысяч управлять смогу!

Проходит много лет. Бывшие подруги опять собираются вместе на встрече одноклассников, где хвастаются своими успехами. Хотя первым трём и хвастаться не надо. Самую известную актрису знает вся планета. Космонавта, первой ступившую на Марс, — тем более. Да и генерал, командовавшая взятием Вашингтона, в представлении не нуждается.

— А ты стала ткачихой? — спрашивают менее знаменитую подругу.

— Ну, как бы да.

— И как успехи?

Та жестом показывает на свою одежду. 

— Скромненько, — комментирует актриса.

— Подороже твоего вечернего платья будет. Сильно подороже.

— Да ты хоть знаешь, сколько оно стоит?! — возмущается актриса.

— Представь себе, знаю. Ведь оно сшито из моей ткани. Как и твой парадный мундир. Как и то, в чём ты высаживалась на Марс.

— Постой. Не знаю насчёт остального, но вся одежда для космоса делается по спецзаказу на «Петров-Текстиль». По очень специальному заказу, и посторонних к нему точно не подпускают.

— Ну да. Только вы, похоже, мою фамилию забыли. Я и есть Петрова-Текстиль. И почти всё, что сейчас носят на Земле, а тем более в ближнем внеземелье, шьётся из моих тканей.

Дальше идут завершающие титры. В кадре пустые цеха с уходящими в бесконечность непрерывно работающими станками, а на их фоне так же непрерывно звучит «Марш энтузиастов».

Стоп! Откуда взялись титры в книге?