Новые лица сентября

Большие города полны народом под завязку, но кроме Мск с Питером все мегаполисы всегда большая деревня, шаг-другой, пара остановок, ба, знакомые всё лица. Особенно, если ходишь много, часто, долго, далеко и смотря вокруг, ведь вокруг и есть сама жизнь.

Ветер тёплый, воздух чистый, листья желтеют, машины чаще из-за студентов, утром по асфальту больше пешеходной школоты, родителей, кто не на колёсах, транспорт заметно забитее, новых лиц сразу немало, новые лица всегда интересно, хорошо, есть и знакомые.

Василий Буслаев точно недавно переехал, ещё крутит головой по сторонам, не пялится в телефон, запоминает номера домов, удивительное дело. Парню лет двадцать с небольшим, буйно кудряв, высок, широк в плечах, над ремнём немного висит, кулачища с небольшую дыньку-колхозницу, любит всякие русские-прерусские футболки с бородами, шеломами, щитами, мечами, волками и даже драккаром. Василий Буслаев аккурат возраст, когда Меланья Тимофеевна, вдовая боярыня-купчиха, надрала лиходею уши и спровадила с Новагорода куда подальше, чтоб не повис сыночек за шею, очередной раз напакостив. Василий, все знают, набрал ушкуйников, ушёл за чудью заволочской, добрался до Камня, обложив вогуличей ясаком и на веки-вечные остался в былинах. Встречный-поперечный молодец вряд ли натворит таких дел, но фактурен, не отнять.

Матушка-императрица пересекается с утренним маршрутом давным-давно по меркам нашей жизни. Она ровно принцесса Фике после сорока пяти и не на парадных портретах, величественна, самодостаточна, выше почти на полголовы, явно временами уставшая, полнеет-худеет-скидывает-набирает-постоянно борется сама с собой, да-да, срок наблюдения - чуть меньше пятилетки. У неё красивые руки, поправившиеся, порой отёкшие, большие как у Белуччи, и красивые. Матушка-императрица любит брюки, бриджи, практически шаровары, и явно не особо расположена к платьям.

Тимур с Гейкой точно настоящие друзья, вот-вот перейдут в средние классы, но пока ещё совсем юны, лихи, веселы и смотрят на мир открыто. Тимур выше и светлорусый, Гейка ниже, крепче и блондин, оба прут по пластиковому контейнеру со всем для изо, обсуждают всё подряд и хорошо, если этим утром не встретят Мишку Квакина с шоблой. 

Тренды с модами порой наверняка подкидывают всяким красавицам, нынче вдруг сверху коричневое, юбки до середины бедра, под коричневым светлое и чуток пупков наружу и вот, так уж вышло да сложилось, к остановке идут Розочка с Беляночкой, совершенно не двойняшки, совсем вроде разные, выше-тоньше-светлее и крепче-фигуристее-темнее, а, вот ведь, смотрятся близняшками, спасибо-спасибо глобализации, дизайнерам, ширпотребу.

Наушники вдруг замолкают надолго, в наушниках вот-вот играл раньше не слышанный альбом вокально-инструментального ансамбля «Пагост», и закрывашка с таким вот сюрпризом, где музыка вернётся чуток позже. Яснее ясного, что правильнее band и не наше название, но шведцы когда-то угорнули и забацали неправильное Cemetary, так что «Пагост» тут само то. Но, чу, всё на своих местах, а последний записанный ими «Плазма» отлично ложится на средне темповую ходьбу, даже если вверх два кэмэ. Или особенно, если вверх?

Дед-пан-спортсмен, как всегда, катит навстречу, дед знает - как правильно крутить педали, дед катит вниз, отдыхая и не напрягаясь. Красно-горячо-потный он вечерком, встречая почти у работы и пропедалив добрые пять вёрст вверх, снова вверх и опять туда же. Дед красава, ему завидуется, но дружище-вел теперь собственность сына, кесарю-кесарево, юности-юное, а самому можно и ножками, полезно, здорово, кардио, все дела, левой-левой, раз-два-три.

Адрия долго-долго была только с «Дьябло», она коварно кошмарила всякие гадости и путалась с самим рогатым красным негодяем. Адрия и её архона появились в Рунете чуть позже Сидни с её суини, прижились и знай мелькают тут-там в пабликах, группках, сообществах. Адрия Архона молода, студентна, приезжа, хороша, но пока так строго смотрит по курсу, что явно смущается, обещая дальше научиться и пользоваться данными. Адрия на самом деле чуть смуглее киношной, лицо шире, нос острее, брови гуще, и вообще сходство не так уж сильно. Но ассоциации такие ассоциации, девчонка ярка, в талии тонка, сверху-снизу от талии округло-упруга и явно всё же в курсе. 

«Пагост» меняется на «Потрошителей», шведцы идут за шведцами, а любимый альбом Dismember можно слушать тридцать лет спустя и не надоедает. Обзывает ли кто меня из встречных незнакомцев незнакомками? Наверняка, и вряд ли там имеется бородатый красавец, мачо с рюкзаком или годный мужик в шортах. Наверняка, даже более чем вероятнее, скорее имеет место быть какой-нито вариант чудака на букву м, не иначе.