Отзыв 7*7 на "Новый год - пора сражений", Данил Кузнецов
Автор: Лидия Дудареваhttps://author.today/work/54319
Я честно не знаю, как мне отзываться на эту книгу. Просто чуть не в первые в игре я в таком затруднении. Думаю, единственно возможный способ — это комментированное чтение. А то иначе вы мне, не поверите.
Но сначала преамбула.
Некая цивилизация из разумных гуманоидов двух видов замерзает на своей оледеневшей планете. Уровень технологий при этом у цивилизации такой, что нам до них как до Китая на четвереньках… При этом гуманоиды, которых от нас по виду и не отличишь – раса господ. А маленькие мохнатые существа – снежные чебурашки, угнетенные и порабощенные. Да, чебурашки! У автора – чебы. Салют покойному Успенскому, премии его имени и несчастной дочери заодно!
Так вот созрел у них там в генералитете план захвата нашей теплой планетки. После тысячелетнего обледеневания погреться захотелось. План такой, что закачаешься. Под видом дедов морозов и снегурочек, с чебурашками (в качестве пушечного мяса, вероятно,) захватить нас врасплох в ноль часов под елочкой, которая служит, вы только подумайте, какое коварство, порталом для этих вторженцев. Вот ведь где задумаешься… Сколько столетий елочка радовала человечество! Сколько детского радостного смеха, песенок и стишков, мешков с подарками! Сколько людского простодушного доверия к этому доброму, празднично украшенному, сияющему в ночи дереву! И такое коварство в ответ! Оно портал для инопланетных бяк!
Но автор объясняет и все становится логичным. Бяки уже бывали на нашей планете в древности, но мы их забыли. Вернее, смутно помним, но сублимировали наши воспоминания, соорудив в коллективном бессознательном их светлые образы и снабдив их ролями. Они и раньше приходили к нам через еловые порталы, а мы их вообразили добрыми дедами морозами и снегурочками с мешками подарков и чествуем до сих пор. И вот они вернулись. Во истинной плоти!
Правда, автор тут не объясняет, как одновременное вторжение в ноль часов под елочку можно реализовать в условиях нашей круглой в целом планеты. Ведь если в Красноярске полночь, то в Калининграде сами знаете что! Я уж не говорю про Сан-Франциско…
Дальше цитирую и комментирую.
Да, Дирнер служил в армии этого мира, на что указывали его белая шуба, шапка и узоры на плечах как знаки различия танна – одна продольная чёрная полоска и несколько завитушек. Под шубой он носил бронекомбинезон, способный выдержать несколько пуль в упор или секунду непрерывного действия боевого лазера, а при включённом силовом поле – в разы больше; немного меньшие характеристики были у бронеподкладки его головного убора.
Вот гад какой! Под белой шубой бронекомбез! Ты хоть в упор в него стреляй, если подберешься, а ему хоп хны. Благо хоть то еще, что секунды непрерывного действия боевого лазера… ан нет, при включенном силовом поле, полный капец. И лазером холеру не возьмешь! Но как позже выяснится, кирпичом можно. И оголенным проводом от электрочайника тоже.
Внешность у неё, как и у Егора, была самой обычной, так что и описывать почти что нечего, кроме свисающих из-под белой шапки Марине на плечи прямых тёмно-рыжих волос, чёрной куртки с розовыми узорами на воротнике и у самого низа, линялых джинсов и простых зимних ботинок. Сам Егор был без шапки, под котором мог бы прятать свой короткий «ёжик» неопределённого цвета, в чёрной кожанке и чёрных же тёплых штанах.
Девочки, спокойно! Сейчас я обращаюсь к среднестатистическому мужику традиционной сексуальной ориентации. Ты понял, да? Описывать почти что нечего! Кроме свисающих из под белой шапки прямых темно-рыжих волос! Как тебе такое?
Как можно медленнее дважды обошли вокруг парка, ограниченного чугунным забором на кирпичной кладке, каждые три метра перемежаемым кирпичными же столбами. Когда в третий раз за вечер очутились у тех ворот, откуда начали прогулку, Егор взглянул на часы, выставленные на кибербраслете, и обнаружил, что до наступления Нового две тысячи эндесят какого-то там года оставалось менее получаса.
Влюбленные… столбы… чугунные… кирпичные… Народ! Я сомневаюсь, что пара не чугунная, а столбы не влюбленные.
– О, кажется, уже пора на праздник, – сообщил Киселёв Марине и повернулся ко входу в парк. – Пойдём. Будет весело.
Будет весело? Обещаешь? Ну, наконец-то!
И они вошли в распахнутые металлические ворота.
Хорошо, что распахнутые, а то пришлось бы просачиваться сквозь запахнутые…
Следующее число он назвать не успел, потому что именно в этот момент Марина шагнула вплотную к нему и, прежде чем он успел опомниться, прильнула к его губам своими, положив ладони, в одной из которых всё ещё находился бокал, ему на спину.
Девушка! Да ты просто героиня!
Не ожидавший этого Егор быстро сориентировался в ситуации и ответил на поцелуй, контролируя при этом положение в пространстве своего фужера и одним глазом посматривая на браслет, где отсчитывались последние мгновения до точки, разделяющей два отрезка времени длиной в год.
Так, не ожидал поцелуя. Логично, кто его ожидает от любимой девушки под звуки курантов? Но быстро сориентировался. То есть отплевываться и отбиваться не стал, уже хорошо. Но при этом контролировал положение своего фужера… Блин, миллениалы, вы так вообще вымрете! Помнится, прежние Егоры в такие моменты старались уконтролировать свои отнюдь не фужеры. А уж на куда они посматривали… Скучно живете, молодежь.
Егор прервался, услышав со стороны ёлки какие-то посторонние звуки, похожие на свист и чпоканье одновременно, и людские крики – как радости от наступления Нового года сзади и по сторонам, так и тревоги и ужаса – как раз от ёлки. Марина тоже почувствовала некое изменение обстановки, и они оба повернулись туда, где всё начало идти наперекосяк.
Щаз спою. Крики сзади радости от наступления Нового года, крики тревоги и ужаса от елки. Вот слухач!
Он знал, что должен был сейчас сделать. Он был землянином, и если это вторжение, то он просто обязан встать на защиту своей планеты. Но сначала – узнать, от чего вообще её следует защищать. А в том, что – следует, Егор не сомневался: происходящее мало походило на какую-то разборку. Это было что-то совсем другое… возможно, теракт, но – чересчур уж тогда странный по исполнению. Нет, это не просто теракт, а кое-что во много раз худшее…
Ой, ну я худею, дорогая редакция. Это как? Он был землянином, а потому был обязан встать на защиту свое планеты… Но только после того как узнает от чего ее вообще следует защищать. Да, миллениалы, труба вам. Пока не загляните в википедию от бревна не увернетесь.
– Принято, – отозвался ещё кто-то. – К тому же, не забывайте, что местным жителям эта войнушка может быть не по нутру, так что в случае чего мы можем привлечь их…
А это, дорогие мои ребята, говорит чебурашка. И какой проницательный! Местным жителям, то есть нам, землянам, эта войнушка может быть не по нутру. Не знаю, кто по мнению автора выдумал его чебурашек, но он точно заслуживает литературной премии. Умные красавчики. Прям на редкость. Местным значица, такая войнушка не по нутру? Да что вы, что вы! Мы местные так ждем под Новый год хоть какого-то разнообразия! А то все одно и то же. Оливье, шампанское, хороводы, куранты, поздравление президента... Ну, у кого там за большой лужей шар ползет по стержню, тоже без особой разницы...
– Но мы же не знаем их языка! – воскликнул удивлённый Хшер. – Нам в мозги его не загружали, в отличие от речи винтхерлундцев… К тому же, у местных, похоже, совсем нет оружия, кроме как, наверное, у тех, кого нам приказали уничтожать…
Нам, говорит, мозги не загружали… Повезло вам! Добро пожаловать сюда, на игру 7*7, сразу научитесь родину любить!
– Оружием можно сделать что угодно, – твёрдо ответил чеб, чьё имя Хшер, как назло, забыл. – А насчёт языка… Придумаете что-нибудь! Можете вообще обходиться без объяснений – просто указывайте, что делать: вероятно, местные и послушаются…
Перевожу - под оружие можно использовать что угодно. Ну а дальше и вовсе дураку ясно. Просто указывайте мохнатой лапкой что делать, мы, земляне, точно вас послушаемся. Как иначе то? Кто в Новый год не послушается беленького и пушистенького чебурашку? Есть такие? Кто сказал белочка! Вон из строя! Алкашня!
– Принято, – сказал Хшер, сглотнув комок, внезапно появившийся в горле от того, что чеб только что услышал. – Конец связи. – И он выключил микрофон и посмотрел вниз, на улицу Павлова, по которой катились редкие автомобили – и бежали испуганные люди в одежде самых разных цветов, преследуемые неуклонно растекающимися по району людьми в белом, которые сняли хаос и смерть, стреляя из своих лазерных ружей.
На улицу Павлова! Норм. Мозги жеж им не загружали. И улица Павлова, и редкие огни автомобилей им по барабану. Но, вероятно, следует пояснить. Это автор знает, что улица Павлова. Он нам это и сообщает. Нет, чебурашка не знает. Но узнает скорее всего. Автор и ему сообщит. Такой уж у нас автор. Обстоятельный.
Хшер подумал: «А чего ждать? Всё равно придётся кого-то мочить», – и припал к прицелу своей снайперской винтовки.
Это шедевр! Вчитайтесь! Я эту фразу вышью гладью и в рамочке повешу над кроватью!
Но дальше совсем печалька. На глаза вторженцам, которых принимают за аниматоров, попались мальчишки, которые покуривали у стеночки.
И прежде чем пацаны дёрнулись бы, чтобы убежать, пара «псевдоаниматоров» молниеносно подняла оружие («Дед Мороз» – посох, а «Снегурочка» – вытащенную из-под полы штуковину, похожую на автомат) и выстрелили обоим курильщикам в голову зелёными лучами. Два трупа с аккуратными дырочками во лбу и на затылке медленно сползли по стене на покрытую снегом брусчатку.
Ужас! Тебе башку прострелят, а ты не кури!
А «сказочные персонажи» прошли мимо них и направились к толпе, из которой никто не обернулся из-за выстрелов – те были почти беззвучными.
А через пару секунд из-за торгового центра начали строем выходить «деды-морозы» и «снегурочки» с футуристичного вида оружием наперевес. Перед ними было большое поле деятельности.
Да, и тут уж кури, не кури… Блин! Как говорит мой младший сын: «Мать, где ты взяла то, что ты куришь и почему со мной не делишься?!»
Далее Егорка проворный и любознательный, скинул кирпич на голову зазевавшемуся супостату, подхватил языка и поволок через три двора на пятый в свою уютную квартирку. Нет бы дать ему раза по… фужерам и затолкать в ближайшую подворотню, а там его же посохом/боевым лазером, добиться чего надыть. Не-а! Мы его потащим на закорках домой, туда, куда незадолго отправили как в убежище любимую девушку…
...А «посох» так и остался лежать на снегу под забором.
Вот ведь! Миллениалы, что с вас взять.
Её тяжёлые раздумья прервал тихий писк электронного замка, а вслед за этим – звуки открываемой двери, тяжёлых шагов и дыхания.
– Егор!.. – радостно крикнула было Марина, выбегая в коридор… и в недоумении остановилась на пороге комнаты, наблюдая за тем, как её бойфренд, не раздеваясь, тащит на себе какого-то мужика в костюме Деда Мороза по направлению к кухне. – Что ты делаешь?
– Извини, не мешай, пожалуйста, – с трудом ответил копирайтер, преодолев коридор и оказавшись в малюсенькой кухне, где у стен тесным полукругом, занимая более половины площади помещения, расположились стиральная машина, раковина, холодильник, плита (над последними тремя, находившимися у одной стены, висел буфет) и обеденный стол.
Самое время нам узнать про тесный полукруг на Егоркиной кухне!
– Что? – переспросила Марина.
Тем временем Егор продолжал вытворять что-то непонятное. Он скинул свою «ношу» на пол и постоял несколько секунд в раздумье, как дальше поступить. Затем, судя по всему, ему в голову пришла какая-то идея, и он тут же развил бурную деятельность.
Убрал стул, загромождающий проход, и передвинул «деда-мороза» в освободившееся пространство. Потом кинулся в комнату мимо растерянной Марины, залез в шкаф, достал оттуда несколько футболок и бросился назад, на кухню. Повернул «деда-мороза» так, что ноги последнего оказались частично под столом, а голова была прислонена к дверце духовки. Сел перед пленником на корточки и стал футболками привязывать его ноги к ножкам стола.
Футболками, Карл! К кухонному столу, Карл! Нет, проводов в доме копирайтера днем с огнем не сыщешь, бельевых веревок тоже. А привязать к ножкам кухонного стола я бы даже кошку не рискнула. Бегай потом от такой инсталляции по кухне, не оглядывайся. Хотите сказать, что привязанная к столу кошка не сдвинет его с места? Не знаю… Мои мне телевизор любимый уконтропупили своими прыжками. Сбили с узкой тумбочки на раз… Тяжелый телевизор, не плазму.
Марине Щербаковой было двадцать четыре года. По образованию она была бухгалтером, но, как и у Егора, в начавшемся бедламе её профессия не имела ровно никакого значения.
Точно не имела? Вот какая жалость! А девчонка училась, старалась, ночи не спала!
Потрясенная намерениями Егорки, который вот прям щас, при ней, собирается пытать деда мороза оголенным проводом от электрочайника, Марина покидает место действия. Егор пытается ее образумить? На улице же ад кромешный, вспышки боевых лазеров и горы трупов? Нет. Она, дескать совершеннолетняя и у ее своя голова на плечах. Опять обращаюсь к среднестатистическому мужику не важно уже даже какой ориентации… Слушай, парень, ты бы на месте Егора не дал леща этой дуре по ее бесталковке и не запер ее в шкафу? Нет? Не верю!!!
Следуем далее.
«Надо быстрее уходить, – пришла мысль. – Но куда?» Марина жила на Павлова, в десятых числах, по четной стороне. Это значило – в обход парка и дальше, к началу улицы, которая сейчас, похожа, кишмя кишела «дедами-морозами» и «снегурочками»: даже с такого расстояния Марина отчётливо видела зелёные всполохи лазеров; да ещё слышались вдалеке сирены то ли полиции, то ли «скорой».
Вот нам не пофиг вся это внутренняя Красноярская локация? Если же автор писал исключительно для понимающих земляков, то как бы ему не прилетело от некоторых из проживающих на Павлова в десятых числах по четной стороне?
Открыто, похоже, не пройти. А как тогда? «Дворами, через Гастелло! – подумала Марина – А потом короткая перебежка – и я дома!»
Ну, теперь понятно, дворами, через Гастелло на Павлова в десятых числах мы с вами доберемся. Нам ведь всем туда и понадобится, как только мы дочитаем «Новый год – пора вторжений». Только не забыть бы шапочки из фольги!
Решение было принято. И девушка тут же начала претворять его в жизнь.
Все! Мне пока еще туда рано! Но я запомнила маршрут. И про шапочку из фольги… Пойду кроить. Чот с головой случилось… Кирпич вроде не прилетал, посох тоже… Да, на такую голову никакой фольги не хватит…
Честно прочитала четверть по счетчику. Дальше отложу на потом. В этой книге, дорогие среднестатистические соотечественники, прекрасно все! Весь текст сплошь шедеврален. Ни одной осечки... НИ ОДНОЙ! Единство формы, содержания и сверхсмыслов. И если вы это все прочитаете до конца, вам многое простится.
Оценки – все среднестатистические, по пять баллов ровно!
Да, миллениалы, прошу простить за мои инсинуации в ваш адрес. Это не в ваш адрес, если вы из нашей вселенной, а не авторской, новогодней!
И да, вопреки википедии, я считаю миллениалами тех, кто родился в конце девяностых- начале нулевых.
И еще, спасибо автору, что разрешил копирование текста. Иначе я бы с этим отзывом не сладила и заработала улиточку от Марики.