Немного о фильме Курта Уиммера "Эквилибриум"

Есть такая поговорка “Где счастлив был, туда не возвращайся”. Это про то, что со временем, ты меняешься. Меняются твои вкусы, предпочтения, меняется мировосприятие. С одной стороны, ты всё ещё ты, а с другой — уже нет. Точно так же как и вещи вокруг тебя, будь то, например, книга, игра, фильм. Они остались неизменны, не поменялся сюжет, не поменялись персонажи. Их дуги характера остались такими же, какими были, но, вот, со временем, они начинают восприниматься по-другому. И случается так, что то, что раньше казалось гениальным и замечательным, блекнет и превращается в серенькую посредственность. А то, что казалось скучным и занудным, внезапно, начинает играть новыми красками, начинает открываться ранее не замеченная глубина и многомерность.

Это жизнь. Диалектика в действии: ты остаёшься собой, но ты меняешься.

Фильм “Эквилибриум” Курта Уиммера стал для меня ярчайшим примером изменившегося восприятия. И это вызывает лёгкую грусть, потому что, в такие моменты, как-то особенно ярко выглядит тот факт, что ты уже не тот, кем был раньше. Стареем... стареем...

Фильм “Эквилибриум” представляет собой смесь антиутопии и постапокалипсиса. Действие разворачивается в далёком (по сравнению с 2002 годом, когда фильм вышел в прокат) будущем. По лору фильма, в начале 21 века разразилась Третья Мировая война (актуалочка, ага) со всеми прелестями современного военного дела, с ядерными грибочками по всей планете. Выжившие люди, оправившиеся после этого тотального трындеца, поняли, что ещё одного такого перформанса они не вывезут, и решили что-то с этим делать. Корнем проблемы были назначены человеческие эмоции. Гнев, ярость, зависть —  в общем всё то, что резко повышает желание огреть ближнего своего чем-нибудь твёрдым и тяжёлым. Соответственно, чтобы люди жили в мире и согласии, нужно убрать этот корень зла —  подавить все эмоции и выстроить новое, стерильное, безупречное, основанное лишь на разуме и логике, общество. Подавление эмоций осуществлялось с помощью препарата Прозиум. Чувства же и всё то, что их порождает, было поставлено вне закона. Соблюдение этого закона обеспечивало новое полицейское подразделение — Грамматон Клерики (отсылка на военнизированные церковные подразделения, наподобие духовно-рыцарских орденов, или инквизиционных войск). Их задачей было искать и уничтожать всё то, что пробуждало эмоции и тех, кто нарушал новый закон и переставал принимать Прозиум, возвращаясь к прежней жизни.

Главный герой истории, Грамматон Клерик Джон Престон. Он настоящий профессионал своего дела. Искренне верящий в идеалы “великого общества” Либрии, бескомпромиссно сражающийся с его врагами. Он безошибочно вычисляет эмоциональных преступников и карает их безо всякой жалости. Не пощадил он и своего коллегу, другого Клерика, Эррола Партриджа, который оказался эмоциональным преступником, предателем идеалов Либрии. Партридж попался на том, что сокрыл и так и не уничтожил книгу, которую забрал с места зачистки эмоциональных преступников, на этом Престон поймал его с поличным. Но сомнения в бравом Клерике зародились, когда Партридж с едва скрываемой иронией ответил на реплику Престона:

— Каждый раз, когда мы возвращаемся из Пустоши в Город, я понимаю, зачем мы делаем то, что делаем.

— Да?

— Не понял тебя.

— Да.

Вскользь брошенная фраза, “не та интонация”, заставила Престона задуматься, начать расследование и, в итоге, привела к тому, что Престон был вынужден убить своего напарника.

— Я постараюсь, чтобы с тобой обошлись помягче.

— Мы же оба знаем, что мягче никогда не бывает.

— Тогда, мне жаль.

— Нет, не жаль. Ты даже не знаешь, что значит это слово. Разве ты сам не понимаешь?

Казнь напарника стала первой трещинкой в непоколебимой вере Престона. Трещинкой, которая привела к слому всего мировоззрения и в итоге привела к бунту против системы и восстанию. Причём, схватка эта была поставлена по-голливудски эпично и с размахом: герой выпиливает всех плохих парней и побеждает.

С эстетической точки зрения, фильм прекрасен. В нём угадывается дань фантастике 20х-30х годов прошлого века, с налётом фильмов в жанре нуар. Строгие небоскрёбы, цепеллины в воздухе, форма клериков, напоминающая плащи частных детективов и вигилантов из нуарных фильмов.

Музыка Клауса Бадельта, погружающая в холодный и монументальный мир будущего. А затем, отражающая постепенно обретающий объём и краски внутренний мир главного героя, его пробуждающуюся от долгого летаргического сна душу.

Ну и нельзя не признать силу некоторых сцен: спасение щенка, вид на город, когда Престон смотрит на него сквозь дождь, подсвеченный рассветным солнцем. И многое, многое другое. Тем более, если говорить о впечатлительных молодых людях и подростках, полных романтических мечтаний и чаяний — на них подействует безотказно. И этого у фильма не отнять. В своё время, он впечатлял, оглушал, заставлял задуматься о многом, о ценности эмоций, о ценности человеческой жизни. О том, что делает человека человеком. И можно ли заставить человека быть счастливым, если поместить его в стерильную холодную среду, где не получится даже ощутить, почувствовать это счастье?

Но, несмотря на это, к фильму есть вопросы.

Например, сама концепция мира этого кинопроизведения. Нам говорят, что чтобы избежать конфликтов и бедствий с ними связанных, люди решили подавлять эмоции. Но, позвольте, эмоции связаны с мотивационно-волевой сферой, и довольно тесно. То есть, если эмоций нет, если я ничего не чувствую, то мне и стремиться не к чему? Потому что, зачем? Для чего? Чтобы что? Мне и так нормально. Отсюда, вопрос: как, тогда, такое общество функционирует и развивается? Зачем и для чего мне что-то делать, когда я и так сижу в дзене, у меня нет чувств, следовательно, желаний, следовательно, стремлений и мотивации, и мне всё фиолетово. Причём, должно быть даже “болт положить” на эмоциональных преступников. Хрен с ними, пусть себе бегают, суетятся, читают Йейтса, “Сказки Матушки Гусыни”, слушают Бетховена. Я закинусь своим препаратом и буду в нирване, и до возни каких-то психов, мне будет просто до лампочки. Но, тогда, фильм бы не получился. Мы бы просто смотрели на то, как одна группа людей с флегматичным спокойствием, подперев головы, взирала бы на кипешующую другую группу, которая безуспешно бы пыталась расшевелить первую. С каким успехом? А хрен его знает! Но, скорее всего, успех вряд ли бы впечатлял.

Второй вопрос. Как-то слишком легко происходит отказ от препарата. Человек может просто перестать принимать Прозиум, и дальше, в зависимости от способностей, как-то осторожно продолжать жить в Либрии, пока не поймают, или свалить в Пустоши, или примкнуть к Подполью. Хорошо. Но, вообще, судя по всему, Прозиум — это мощный психотропный препарат, который влияет на биохимический баланс организма и на работу центральной нервной системы. Причём, неслабо так влияет, если “вырубает” огромный пласт психических функций. А в таком случае, прекращение приёма препарата может вызвать жесточайший синдром отмены с чудовищными физическими страданиями. То есть вызвать такую “ломку”, такой абстинентный синдром, что быть эмоциональным преступником было бы синонимично быть отбитым мазохистом, с весьма вероятным летальным исходом. Так что, служба Грамматон Клериков могла бы заключаться только в том, что они собирали бы по городу этих скрученных “ломкой” бедолаг и показывали бы их гражданам со словами “вот! вот, что бывает, когда лекарство бросаешь! не делайте так, если не хотите как они!”, а потом отправляли бы несчастных на интенсивную терапию под прозиумные капельницы до полного прихода в себя. И никакие репрессивные меры не понадобились бы от слова совсем. Биохимия бы делала своё дело, и сюжет, как мне кажется, получился бы сложнее и интереснее. Что заставляет людей, даже если они знают, что отказ от препарата может означать мучительную смерть от абстинентного синдрома, всё равно пытаться отказаться от него?   

Третий вопрос — появляющаяся к концу фильма сценарная броня главгероя. Он прям становится убивашкой неуязвимым. И, понятно, что он талантливый, опытный, все дела, но не настолько же. Для киносказки, это, конечно, сойдёт. Любо-дорого смотреть, как крутой герой выносит злодеев. Эпично и зрелищно. Но… в какой-то момент, ты разочарованно произносишь “Ну, блин, не верю!”

По итогу можно сказать, что, на наш взгляд, фильм смотрибельный и даже с претензией на какую-никакую мораль и смысл. Но, считаем, относиться к нему следует как к киносказке, с некоторыми трогательными и даже цепляющими моментами. Но, в целом, фильм проталкивает, причём, очень поверхностно, одну мысль: “таталитаризм — эта плоха!”. И что для того, чтобы стало хорошо, нужно просто убить всех плохих одному супер-крутому герою, и тогда всё станет сразу отлично! Только, вот, мир намного сложнее, чем подобная двухмерная система координат. Он полон противоречий, единства и борьбы противоположностей, сложных выборов, дилемм, решений, которые имеют свою цену и свои последствия. Интересно бы было посмотреть на Либрию после победы Сопротивления. Как бы они организовали власть? Как бы боролись с разгулом преступности и бандитизма, который бы расцвёл после обрушения жёсткого режима? С той, настоящей, а не просто “эмоциональной” преступностью, страшной, жестокой, кровожадной, яростной… Как бы начали обеспечивать порядок — вряд ли бы они хотели, чтобы общество скатилось в анархию? Как бы стали бороться с самосудами, которые бы, скорее всего, массово начались? Поскольку любая власть — это всегда диктатура, возможно, им пришлось бы создавать свой “Тетраграмматон”, чтобы бороться со своими оппонентами и противниками?

На эти вопросы фильм не отвечает.

На наш взгляд, сказка, метафора, может себе это позволить. А, вот, научная фантастика, даже для подростков (особенно, для подростков!), уже нет. Наше (никому не нужное)) мнение, что фантастика должна хотя бы эти вопросы обозначить, чтобы показать, что не так всё просто. Нужно ли бороться с несправедливостью? Да! Однозначно! Но при этом, важно понимать, что и как ты делаешь, какие последствия у того или иного решения? И готовы ли вы к этим последствиям?

Как-то так…