О мире Разлома. Лор

Итак, дети мои, я, наконец, берусь за свой Opus Magnum. За ту самую книгу, в которую влезет всё, что мне довелось повидать и испытать на своём веку. А повидал я, надо сказать, немало.

Я был наёмником. Мне доводилось петь на пирах для знатных господ, а по ночам исполнять для них дела, о которых не принято говорить вслух. Мне едва не вспороли брюхо на алтаре старых мрачных богов. Меня растягивали на пыточном столе в подземельях Нанта, и лишь в самый последний миг я был спасён от костра. Я рубился вместе с донскими казаками против одержимых демонами ногайцев и бежал через степи с крымскими татарами от ярости кентавров, что не знают пощады.

Много где я был. Много куда меня заносила нелёгкая. И теперь, когда я наконец обрёл то, чего так долго искал — любящую семью и покой, — я могу с чистой совестью рассказать обо всём, что видел.

Надеюсь, дети мои, эти истории послужат вам и добрым развлечением, и полезным предостережением. А может, кто-то из вас, прочитав их, сам решит отправиться в путь. Как говорится, начинать надо, с самого начала и я, пожалуй, коротко расскажу вам о том, что такое наш мир... 

И, вправду, что же он такое?

Представьте себе варёное яйцо. Яйцо всмятку. Представили? Хорошо. А теперь представьте, что кто-то со всей дури шарахнул по нему столовой ложкой. Скорлупа треснула, пошла паутиной. А желток потёк.

Вот и наш мир — та самая треснутая скорлупа. А вытекший желток — это чистая, могучая магическая энергия, которая хлынула в реальность тысячу лет назад, в тысячный год от Рождества Христова, и с тех пор не перестаёт менять её, искажать, ломать и создавать заново.

С тех пор в мире нет ничего устойчивого. Леса дышат и перемещаются, что твои коровьи стада, руины строений и циклопических сооружений появляются и исчезают в самых неожиданных местах, а в тенях обитают создания, у которых нет имени, но есть голод. И люди, которые выжили, научились жить в этом мире. Человек перестал быть венцом творения, что признают даже церковники, и нам пришлось научиться договариваться с нашими новыми —  или древними, это как посмотреть, — соседями. Или убегать. Или сражаться. Или прятаться и принимать разные меры предосторожности, которые раньше могли показаться глупым суеверием диких язычников.

Я был во многих местах этого мира. И в каждом из них люди живут по-своему. Где-то прячутся за стенами, где-то поклоняются тому, что вышло из Разлома. А где-то — просто пытаются сохранить человеческое лицо, когда вокруг всё трещит, сходит с ума и ломается.

Но об этом — уже в следующих главах.

Иллюстрация сгенерирована в LMarena. Магическая аномалия.