Я чернильный патрон...

Я чернильный патрон на бескрайней бумажной границе.
То, что снится не мне, я вдыхаю, как в душу, в тетрадь.
Я пишу этот сон, но быстрее сгорают страницы...
Я боюсь, что сгорю... не успев до конца дописать.

Я боюсь, что сгорю... не успев дописать до начала,
Всё, что снится не мне, обладает приметой молвы.
Я боюсь, что спою, потому что судьба промолчала...
Потому что молчат, как калеки, седые волхвы.

У аптеки кордон, нам никак не дойти до лекарства.
У аптеки дурдом, доктора форматируют мир.
Чья-то смерть -- это сон, в нём сгорают короны и царства,
Полирует клыки ясноглазый вампир.

В сапогах из чернил я слоняюсь по душам героев,
Впопыхах забывая, где я, где они...
Всё, что я позабыл -- жильный ветер провоет,
Тени мёртвых придут, и негромко прилягут в тени.

Подковавшим Пегаса, учёным и важным -- не верьте,
Верьте только любви, пулемётом глядящей из книг.
И чернильная клякса, попавшая в сердце,
Тяжелей, чем свинец, и страшней, чем родник.