любование мужчинами detected

Что такое грамотный маркетинг женской книги на АТ? Это чтобы уважаемый читателем автор мужского пола написал: мужики, там очень много секаса, написанного так, что не стыдно читать, ежели ты, конечно, лишен распространенного мужского комплекса на тему, что девочке можно только с одним за всю жизнь, а мальчику – так ровно наоборот.

Огненную во всех смыслах рецензию Евгения Токтаева читать здесь – еще раз спасибо, коллега, за мощную поддержку. Рецензия прекрасна и сама по себе, и как двигатель прогресса: несколько решительных мужчин пришли и купили книгу.

Жаль, что я все мои книги не могу рекламировать подобным образом, но – тссс! – в остальных моих книгах тоже есть секс в количестве от умеренно до немного. А также харизматичные ренессансные мужики, периодически валящие друг друга железом (и оно не рельсовое).

Вот по поводу мужиков хотелось бы высказаться отдельно.

Аргайлом и Босуэллом, пишет рецензент, автор уж слишком любуется. Уж слишком идеальны они везде. Да, мол, автор старается показать, как они не идеальны… и так не идеальны, и так, и вот так особенно неидеальны, но дрожит у автора слабая женская рука, слабеет, роняет перо на клавиатуру, и идеальность героя проступает толстым-толстым… слоем, допустим, шоколада, от которого у читателя-мужчины могут буквально слипнуться рецепторы.

Так вот, поясняю за идеал.

Надо сказать, что книгу «Третья леди Аргайла» я написала не в последнюю очередь в ответ на брюзжание одного моего знакомца, который ныл, что Белокурый Босуэлл – уж слишком блондин, уж слишком имба, уж слишком идеален, и вообще, чей-та ему все бабы дают? (справедливости ради – не все, кое-кому он все-таки отказывает, его идеальность не справляется с наплывом желающих, иногда ему нужно просто спать, а не с кем-то). Я, брюзжал читатель-мужчина, нипонил, там двор или загон для каплунов? Почему я не вижу ни одного мужика калибра Белокурого? Почему-почему… потому что фаллометрией с выдуманным героем занимался, а не книгу читал. Потому что Аргайл там уже присутствовал.

Так вот в «Третьей леди» имба у нас уже Аргайл. И не только потому, что ему тоже все дают, а потому что антикризисный управляющий уровня бог, сто тонн адеквата и машина для убийства, совмещенные в одном человеке. Который уже двух жен счастливым супружеством угробил, ага, и в третий раз тоже бы не женился, понимая про себя всё или почти всё, да политика заставила. В молодости отменно говно шовинистическое был, а потом тупо жен менять надоело. Можно пойти почитать, как я там им любусь. Больше того скажу, к сорока годам у меня и Босуэлл чутка поумнел и получшел, это тренд.

Но вот теперь я написала «Анабеллу», и снова читатель-мужчина меня попрекает тем, что я любуюсь уже двумя – Аргайлом и Босуэллом. А не кажется ли вам, что это уже тенденция? Вот смотрим далее.

Далее у нас там есть еще Джордж Гордон Хантли, и кто скажет, что я им не любуюсь (слегка посмеиваясь, но все же, все же… все же именно Хантли и Аргайл не сдали Беллу в финале, а могли бы, как нефиг делать, и выцепили из королевских лапок, и Джордж хорошо понимал, чем при этом рискует), тот пусть бросит в меня дизлайком, если добросит.

Ха! Есть у нас еще в тексте первый интеллигент Шотландии (это говорится с очень глумливой интонацией, да) Джеймс Гамильтон Финнарт. И есть неподражаемый Джон Хепберн, епископ Брихин (этому вообще отдельная книга любования посвящена, «Младший сын» называется, там тоже секс есть, честна-честна, но до него еще дочитать надо, а не так, как здесь, и там в основном про то, как выжить, когда тебя планомерно уничтожают папа и братья, а потом все умерли, а вокруг война, а ты – старший не по возрасту, а по уму мужик в семье). Эти двое, Финнарт и Брихин, закорешились еще в «Правах наследства», беря на меч Эдинбург в уличной схватке против Дугласов, и, да, ими тоже я любуюсь, чертями. И интеллигентностью Арранского бастарда в той сцене любуюсь особенно: там наглядно понятно за сложность подлинно ренессансной личности и за то, что Финнарт – машина для убийства еще и покруче, чем Белокурый или Аргайл. Просто это – архитектура, скульптура – вы не понимаете, это другоэ.

Это был первый план моих книг, главные герои, но есть и второй. В том же «Младшем сыне» и «Белокуром» просматривается еще некоторое количество харизматиков. Отчим Босуэлла – лорд Максвелл, та еще темная лошадка. Зять его – Джон Гамильтон Клидсдейл (кстати, братец Финнарта и Аррана, тоже бастард). А Уолтер Скотт Вне-Закона (кстати, предок того самого сэра Вальтера Скотта по кривой линии) какой офигенный сукин сын фактурный! А краш уже нескольких читательниц лорд Рональд Хаулетт Хей (по некоторым данным, человек-сова)?

В общем, я к чему. Любование – это не баг, а фича.

А уж в жизни-то как я мужчинами любуюсь! Больше скажу, если мужчина тот окажется с реконской придурью и двуручником – у него есть все шансы заработать мое восторженное обожание. Давеча вот сходила в «Гильдию вольных фехтовальщиков» помахать мечом для ознакома: уиииииии, какие там мальчики зчркнт железки! Люблю нимагу. Лонгсворд, опять же, ренессансная рапира с дагой и меч-баклер – давайте всех сюда.

Так, но есть же и иное что у автора, окромя исторички? Есть.

Кто там у нас так выпукло выпирает обаянием, поблескивая серебристыми щетинками в свете яркого солнца?

Ян Казимир Грушецкий, военкорр, журналист, писатель, элита боевой авиации альтернативного мира? О даааааа! Безусловно прекрасен.

А что Столетов и Акимов, два сибиряка-майора ВВС? Разумеется, заверните обоих (там в очереди в Иркутске еще два прекрасных чувака стоят, один из них бурят, но я про них пока не написала, там тоже разлюбуюсь, предупреждаю заранее).

И вот так вот у меня везде!

Словом, господа, любование вами в моих книгах это 1) авторский стиль; 2) особенность жанра; 3) необходимая художественная условность. В ста процентах из ста главный герой моей книги будет охрененен – по одному или нескольким параметрам, иначе зачем про него писать-то вообще? Надо же нам где-то смотреть на красивое, которое, по меткому выражению Токтаева, здесь буквами показывают.

Кароч, мужчины, все сюда. Я тут вами любуюсь. Преимущественно – в формате текста, но так оно, согласитесь, получается и честней, и для обеих сторон безопасней. 

Фото (С) Нина Архипова