Кастинг «Ловеласа», часть вторая: женский состав.

Первая часть зашла, и в комментариях сразу потребовали заек. Требование законное — без них журнала бы не было, а был бы ещё один унылый ежемесячник про рыбалку.

Правило прежнее: не типаж, а второе дно. У заек оно есть у каждой, и это не то дно, о котором вы подумали. Это бухгалтерия.

Шерил и Сьюзен — Сэди Синк. Обе.

Рыжие близняшки, зелёные глаза, одно лицо и два прямо противоположных человека внутри. Сьюзен — тихоня, которая краснеет от собственной тени и ведёт всю отчётность четвёртого этажа. Шерил — та, которая в лифте при всех спросила, когда я расскажу жене про наш роман.

Синк играет обеих. Бюджет воображаемый, значит, платим ей два оклада, и она их честно отработает.

Кристи — Эль Фаннинг.

Крашеная платина, локоны, залитые лаком до состояния шлема, взгляд «а ты вообще кто». Из всех заек Кристи единственная с прицелом дальше следующей вечеринки — и прицел этот в итоге упирается в Говарда Хьюза.

Фаннинг уже играла девочку, которая приехала милой провинциалкой и через сезон забрала у мужа империю. После Российской империи авиазавод в Калвер-Сити — это, прямо скажем, понижение сложности.

Рейчел — Мэделин Клайн.

Блондинка, чирлидерша, крутит сальто с верхушки пирамиды. Выглядит как открытка «Калифорния, тысяча девятьсот пятьдесят второй». А внутри — девочка из рабочей семьи, которая точно знает, сколько стоит лестница наверх и на какую ступеньку она сейчас встала.

Клайн всю дорогу играет именно это: солнечную девушку, которая ни на секунду не забывает, с какой стороны острова живёт. Рейчел без этого второго слоя превращается в мебель. С ним — в самую опасную зайку из всех, потому что остальные хотя бы честно хотят замуж.

Камилла — Ана де Армас.

Кубинка играет кубинку — впервые за карьеру ей не надо изображать блондинку из Лос-Анджелеса, достаточно быть собой и включить бёдра. Камилла в книге — единственная, кто танцует твист не потому, что я показал, а потому, что у неё это в крови с рождения. Такое не ставится хореографом.

Долли — Эмма Стоун.

Художница фирменного кролика, бывшая работница вегасского гостеприимства, ныне секретарь на телефоне и, если честно, лучший сотрудник во всём здании.

Стоун уже сыграла женщину, которая прошла через публичный дом и вышла оттуда с профессией и мировоззрением. Осталось выдать карандаш и попросить нарисовать ушастого. Отдельно жду сцену, где она объясняет владельцу типографии тарифы — Стоун умеет произносить чудовищные вещи с лицом человека, обсуждающего погоду.

Вера Мыскина — Алисия Викандер.

Переводчица, застёгнута под горло, волосы в пучке, улыбка — раз в неделю по разнарядке. Работа у неё простая: быть милой и всё запоминать.

Викандер уже играла существо, которое вежливо смотрит на тебя, аккуратно всё фиксирует и делает выводы, о которых ты узнаёшь последним и с большим опозданием. Там это был искусственный интеллект. Здесь — сотрудница органов. Разница меньше, чем хотелось бы.

Итого пять актрис на шесть ролей, и это, между прочим, честная экономия. 

А зайки, скажу вам как работодатель, — самые дисциплинированные сотрудники, что у меня были. Пять раз в неделю зарядка в половине восьмого, взвешивание по пятницам, штрафы за склоки. Половина редакции так не пашет.