Пишу и плачу... опять

Продолжаем начатый Ведьмойфлэшмоб "Пишу и плачу", совместный с соавторами (Драконом и Филином Железякой и мной)) 

Для желающих присоединиться ещё раз правила:

Если   не у каждого, то у многих есть фрагменты в книге, которые прошибают на   слезу. А бывает и еще хуже: писали и сами выли в голосину.

Что делать, чтоб поучаствовать?

1. Найти отрывок, вышибающий слезу (в идеале, чтоб и автор сидел весь такой... пока писал его)
2. Запостить к себе, дать ссылку на старт флешмоба - на этот пост и на нас. Добавить тег "пишу и плачу"
3.   Явить миру кусочек душещипательной истории с указанием ссылки на книгу   (если есть, если выкладка уже начата). По желанию - рассказать, как   писался отрывок.
4. Не больше одного отрывка в посте, вот что важно!   Иначе люди не успеют отдохнуть от одних рыданий, и не осознают   трагичность другого отрывка, будьте человеками, не издевайтесь над   читателями, а то нам с Ведьмомужем уже влетело за то, что мы оч плохо   себя ведем и засталвяем читателей страдать во-первых, от того, что  взяли  перерыв, во-вторых, от того, что опять закончили книгу на самом   интересном месте.
5. Несите отрывки как из написанного и законченного, так и из того, что прям щас в процессе.

6. Ссылки на свои посты по ФМу кидайте сюда в каменты, почитаем =))

Флешмоб бессрочный, отрывков можно сколько угодно, но каждый отдельным постом. Ссылки на свои посты можно кидать сюда, ну или при желаниии под этот пост)

Сегодня у меня отрывок из книги "Оборотни Сирхаалана: Дамхан", глава 11. Уже выкладывалось как-то в другом ФМ, но это было давно и неправда))

Дамхан  -- араней = оборотень-паук, обыкновенно живёт себе в Расселине и за  мзду малую защищает близлежайшие деревни от нечисти. Найда -- к этому  отрывку его относительно новоиспечённая жена, уже обращённая, но ещё ни  разу не обратившаяся во вторую ипостась. Меньшие -- пауки поменьше, не  больше средней собаки, составляющие свиту аранея. Местный король для  своих некошерных дел выискивает по всему королевству оборотней, и к  Расселине прибывает ловчий отряд. Дамхан случайно напарывается на часть  отряда на болотах и бежит обратно к Расселине, чтобы забрать жену и  сбежать, но...

Возвращаться он решил кружным путём к  устью ущелья, чтобы не рисковать снова наткнуться на ту группу воинов  неподалёку от Топок, несомненно ждавшую возвращения мага с  сопровождающими из болота. Однако уже подбегая к расселине, он почуял  просто запредельную тревожность меньших, а несколько шагов спустя и сам  увидел на лужайке перед входом в ущелье четвёрку воинов, вероятно  посланных на разведку. Пятый как раз показался из устья расселины, таща  за собой упирающуюся Найду. Забыв об осторожности, Дамхан бросился  наперерез, походя метнул сетью в четвёрку и с размаху обрушился на того,  что держал его жену. Раздался треск костей, короткий вскрик — и мужчина  затих. Найда побежала обратно в ущелье, ей наперерез бросилась ещё  тройка непонятно откуда взявшихся воинов. Одному почти удалось её  схватить, но под ноги ему метнулся меньший и он запнулся, а в следующий  миг захрипел и осел, утыканный паучьими остьями, которыми в него метнул  араней. Двое других остановились и подняли щиты, более не решаясь  поворачиваться к нему спиной, чтобы преследовать девушку, но  перегораживая ему путь в расселину. Пригвождённая сетью четвёрка тоже  уже освободилась — не в пример охваченному похотью Смригу, воины свои  мечи держали под рукой — и тоже подходила ближе. А в следующий миг  Дамхан осознал, что воинов было не пять… и не десять… а много больше. Слишком много. Это была не разведка, а полноценная засада. На него.

«Беги!» — послал  он жене и в следующее мгновение раздосадованно встопорщил ворсинки.  Если бы Найда хотя бы раз обратилась, то она бы точно «услышала» его, а  так… Он должен их задержать и отвлечь! Паук вертелся туда-сюда,  оглядывая медленно сжимавших кольцо воинов — распушившись он стал  казаться больше и они не слишком торопились, для начала присматриваясь к  диковинному «зверю». Араней сделал несколько ложных выпадов, отгоняя их  подальше. Дружинники чуть попятились, но недалеко. Ближний круг  ощетинился копьями и мечами, прикрываясь щитами, а те что стояли  подальше взяли луки на изготовку и потянули стрелы из колчанов. От них  всех веяло тем же странным ощущением, что и от отряда на болотах. Вот  вроде бы он их видит и чует, но магическое чутьё утверждало, что рядом с  ним никого нет, отчего сознание путалось и в глазах будто бы двоилось.

Дамхан  лихорадочно размышлял, что же делать: дружина действовала слаженно и  чётко — даже высшие кикиморы были им не чета — не оставляя в своих рядах  достаточных зазоров, чтобы можно было прорваться. Араней вразнобой  швырнул остьями, но воины успели заслониться щитами, а туловище обожгло  болью от прилетевших в ответ стрел. Метнув остья ещё раз, Дамхан резко  бросился в сторону, надеясь пробить в рядах противника брешь, но воины  не растерялись и приняли его на сомкнутые щиты — втроём им удалось его  удержать и не дать себя подмять. Крайний левый воин рубанул его мечом, а  правый метнул копьё. Рубящий удар прошёл вскользь по жёсткому ворсу, не  нанеся вреда, а вот копьё с хрустом вошло в плоть. Араней застрекотал  от боли, внезапным выпадом откусил голову незадачливому мечнику,  оказавшемуся слишком близко к нему, и снова отскочил в центр кольца.  Паук бешено крутился на месте, стараясь держать воинов на расстоянии —  те то приближались, то снова чуть отскакивали. Сзади в туловище  вонзилось ещё одно копьё, Дамхан резко развернулся и не успевший  отпустить копьё дружинник снарядом влетел в своих товарищей с другой  стороны кольца, сбив их с ног. Араней решил — сейчас или никогда — и  прыгнул на барахтавшихся в поспешных попытках встать воинов. Один из них  в последний момент выставил меч и оборотень не успел увернуться,  обрушившись на него всем телом и раздавив, но нанизавшись при этом на  клинок. Дамхан метнулся дальше, но стоявшие за первым кольцом воины не  растерялись и приняли его на копья, а следом он почувствовал, как и с  боков посыпались колющие удары — дружинники налетели на него со всех  сторон, уже не остерегаясь — опасаясь, что иначе он сам их перебьёт.  Превозмогая боль, араней упрямо попытался прорваться дальше, к  расселине, не обращая внимания на всё новые тычки копьями и  непроизвольно разбрасываясь иглами, но каждый шаг давался ему с всё  большим трудом, он шатался и его то и дело уводило в сторону. Наконец  воевода и сам — медленно, будто издеваясь — обошёл спотыкающегося  оборотня и встал у него на пути. Араней из последних сил вскинулся на  дыбы, но ни швырнуть сеть ни броситься на воеводу не успел — тот мощным  ударом всадил в него копьё, пронзив паучье сердце. Дамхан забился в  агонии и начал оседать.

— НЕЕЕТ! — ворвался в затуманенное болью и приближающейся смертью сознание отчаянный крик жены.

Араней  дёрнулся, лишь ещё прочнее насадившись на копьё — почему она ещё здесь?  Последним отчаянным усилием он перекинулся в половинчатую ипостась,  воевода попятился от неожиданности, выдирая из него копьё — из страшной  раны в груди толчками потекла кровь. Дамхан обернулся к ущелью и,  медленно оседая на землю, захрипел Найде:

— Беги-и-и… беги-и-и же…