Засахаренные фиалки и два удара кочергой

Автор: Максим Авдеев

Я обещал викторианские убийства хорошего тона.
Новое убийство доставлено.

В сборнике появился рассказ
«Сажа и засахаренные фиалки».

Лондон. Небольшой кинематограф возле Лестер-сквер. Красный бархат, золочёные балконы, немое кино под живого пианиста и публика, которая пришла посмотреть, успеет ли герой спасти красавицу с железнодорожных путей.

Валентайн Эштон пришёл туда вообще по другому делу.

Рядом с ним устраивается Мейбл Хьюз — светлые кудри, персиковая шляпка, засахаренные фиалки в сумочке и талант за несколько минут узнать о посторонних людях больше, чем полиция за хороший допрос.

Она знает, что киномеханик ходит с чёрными от сажи руками.
Что наверху прячут какие-то коробки.
Что вечером там с кем-то ругались.
И что мужчина в сером пальто ей откуда-то знаком.

Потом Мейбл говорит:

— Я в уборную. Только пусть никто не занимает моё место.

Валентайн обещает защищать его ценой жизни.

Через несколько минут гаснет свет.

В коридоре слышат шаги.

Первый удар.

Второй.

Когда зажигают газовые рожки, на полу лежит персиковая шляпка.

Чуть дальше — Мейбл.

В её светлых волосах кровь и сажа.
Возле руки — раздавленная засахаренная фиалка.

А кочерга из комнаты персонала куда-то исчезла.

Киномеханик весь в саже.
Мужчина в сером пальто пропал.
Наверху обнаруживаются вещи, которых там вообще быть не должно.
Бернард опять знает подозрительно много людей из подозрительно плохих мест.
Инспектор Фосс, увидев Эштона возле очередного трупа, реагирует уже почти философски.

А Валентайна тревожит одна мелочь:

слишком удобный убийца обычно означает, что кто-то очень хочет, чтобы ты перестал думать.

Так что у нас сегодня:

ранний кинематограф;
🪻 засахаренные фиалки;
сажа и пропавшая кочерга;
викторианские люди, которые врут исключительно прилично;
️ живой покойник, нелегальные плёнки и несколько совершенно прекрасных причин подозревать не того человека;
Бернард;
и Валентайн Эштон, который опять собирался просто провести вечер.