Буратино или Заговор масонов

Давайте снимем покровы иносказаний и метафор, господа, и признаем очевидное: Алексей Толстой в 1936 году написал не детскую сказку, а глубокий макроэкономический трактат с выраженным геополитическим подтекстом. Если внимательно вглядеться в 

главного героя, маски срываются сами собой.

Карло не просто строгал дерево, он совершил над ним базовую хирургическую операцию. Вспомните: Папа Карло укоротил полено, чтобы придать ему форму. В переводе со сказочно-бюрократического на язык древних традиций — Буратино подвергся тщательному ритуальному обрезанию.

А этот выдающийся, ни в какие рамки не влезающий нос? Нам пытаются внушить, будто он растет только от вранья. Полноте! Буратино ещё слова сказать не успел, а нос уже гордо резал пространство. Это не орган лжи, это врожденный, дарованный предками навигатор, безошибочно определяющий  ближайшее тёплое местечко.

Сюжет стартует в классических декорациях эпохи первоначального накопления капитала. У Папы Карло нет ничего, кроме нарисованного очага, типичный пример виртуального актива или первого в истории залогового пузыря.

И тут на сцену выходит Карабас-Барабас. Он   олицетворяет  старую европейскую буржуазию. Карабас владеет средствами производства  и нещадно эксплуатирует пролетариат ,  консервативен и уповает на  плётку без всяких пряников.

Но старый капитал обречен, так как слишком неповоротлив. Карабас думает, что контролирует рынок, потому что у него есть материальный актив. Он не понимает, что мир уже делят другие люди.
А кто такие Лиса Алиса и Кот Базилио? Нам их малюют как мелких жуликов с большой дороги. Но посмотрите на их методы! Это же классические агенты иезуитского ордена Ватикана, присланные сдерживать растущее влияние масонства.
 Кот Базилио — коварный клирик, а его слепота является прямой метафорой религиозного догматизма.
Лиса Алиса — воплощение изощренной дипломатии Ватикана. Она хромает на одну ногу? О нет, это тонкий намек на Папу Римского, который опирается на свою пастырскую ферулу-посох.
Их задача в Стране Дураков — не просто отобрать пять золотых. Их цель — экспроприировать начальный  капитал у молодого масонства.
Но Ватикан проиграл, время инквизиции ушло, наступила эпоха лож.
В финале мы  все  спускаемся вниз. Буратино вставляет Золотой Ключик в заветную замочную скважину, дверь открывается, и распахивается не просто сцена, а власть над миром-театром. Старый Карабас плачет в грязи, его грубый капитализм на обочине истории. Новый Мировой Порядок установлен.
Что происходит дальше? Буратино и его тайное общество занимают ложи кукловодов. Нам говорят, что теперь «куклы играют сами». Какая наивность!
Этот новый, блестящий, технологичный театр  и есть наша сегодняшняя реальность. Буратино-масон получил абсолютную власть над сценой мировой закулисы, а мы с вами, дорогие зрители и актеры, превратились в марионеток. Нам кажется, что мы поем и пляшем добровольно, но если присмотреться в темноту над сценой… там, в ложе режиссера, мерцает длинный деревянный нос, а тонкие, невидимые нити масонского контроля уходят высоко под купол. Каждое наше движение, каждый «крекс, пекс, фекс» — все это лишь сценарий, написанный обрезанным мальчиком, который перехитрил и старую буржуазию, и изворотливую  католическую церковь.

А как называется театр? «Молния»!
Случайность? Ну конечно. А теперь открываем Евангелие от Луки (глава 10, стих 18) и читаем прямым текстом: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию». Чувствуете, как повеяло серным дымком? Буратино не просто открывает театр, он воздвигает искусственный храм во славу Князя Тьмы, настоящий адский балаган с обманчивой вывеской!
Помните, чем папа Карло кормит Буратино и всю его марионеточную труппу на радостях в финале? Похлебкой из баранины.
Ирония здесь такой толщины, что её можно строгать рубанком. Баранина — это же прямая, неприкрытая карикатура на Агнца Божьего.
Надеюсь, вы всё поняли правильно.