Метро

До интерната, а потом института и работы мне приходилось добираться на метро, иногда с несколькими пересадками. Там же происходили случайные встречи с бывшими одноклассниками, коллегами и даже людьми, с которыми я работал в Сирии.

Однажды наш поезд неожиданно затормозил, не доехав до конца станции. Все вышли из вагонов, и через какое-то время мимо пронесли двое носилок — с мужчиной, грудь которого была обнажена, и охающей и плачущей женщиной; оба были укрыты белыми простынями. На них, слава богу, не было пятен крови. Судя по всему, они не так сильно пострадали, а скорее очень испугались происшедшего. Кто-то сказал, что эту парочку видели целующимися на краю платформы. Наверное, они чересчур увлеклись и, потеряв равновесие, упали на рельсы.

Ещё одну историю рассказал наш сосед сверху. Как-то на работе они отмечали день рождения, и он, будучи выпившим, не понял, как, приехав на нашу станцию, оказался вдруг на рельсах. Интервал между поездами метро составлял всего две минуты, но за такое короткое время откуда-то появившийся незнакомый молодой человек спрыгнул вниз, выложил на платформу портфель соседа и подсадил его самого. Затем он выбрался наверх и куда-то исчез. Кто это был и почему так моментально и уверенно действовал, сосед не понял, посчитав своё спасение настоящим чудом.

В другой раз мы ехали стоя в полупустом вагоне метро с моим приятелем-подполковником, с которым вместе работали в Управлении и даже одновременно оказались в загранкомандировке в Дамаске (к сожалению, через несколько месяцев после увольнения из армии его не стало). Вдруг он сказал мне:

— Смотри, смотри, дерутся!

Я обернулся и увидел двух подвыпивших мужиков, которые что-то не поделили и теперь выясняли отношения. Один из них, весьма плотный, но ловкий, как обезьяна (наподобие Саммо Хуна, снимавшегося ещё с Брюсом Ли), ухватился обеими руками за металлический поручень и, повиснув в воздухе, начал наносить спутнику, не такому мощному и умелому, точные удары ногами. Разбив ему в кровь нос, он на следующей остановке сгрёб его в охапку и повёл из вагона по платформе. Теперь они уже не дрались и вели себя как приятели, преодолевшие свои разногласия.

Шли годы, внутренняя отделка вагонов метро менялась, они становились всё более удобными и просторными. В них уже не было так жарко, как раньше, и стало даже прохладно. Вместе с ними менялись и мы, москвичи.