Чудовище Франкенштейна как современный отчужденный человек.

Франкенштейн – это произведение эпохи романтизма.

В XVIII в., в эпоху классицизма, эпоху Разума, европейские интеллектуалы если не отказались от Бога, то попытались заменить его Архитектором Вселенной, а традиционные религии на Деизм. 

В эпоху романтизма же мы видим попытку вернуться или отыскать некие идеалы. Отсюда тоска по детству, воспевание природы, старины, дальних стран, экзотических обществ и народов, тяга к мистике, непознанному. Нередко в романтизме скользит то ощущение богооставленности, то ощущение богоборчества.

Франкенштейн Мэри Шелли в этом плане не только произведение романтизма, но и произведение, предвосхитившее то, что из него выйдет. 

С одной стороны, мы видим Виктора Франкенштейна. Это романтик от науки, человек, искренне наслаждающийся открытием нового. Однако его дерзость приводит в ту область, исследования в которой связаны с метафизическими и этическими проблемами, которые человек зачастую решить не в состоянии. Даже сегодня, в век науки и техники, существует биоэтика, сфера науки, которая помечает флажками некоторые области человеческого знания. 

Виктор Франкенштейн однако решает преступить все барьеры, как и полагается романтического Богоборцу. Не зря роман назван Современный Прометей, ибо ученый не только создает из неживого, как древнегреческий Титан, но и кидает вызов Порядку.

Франкенштейн – это герой романтизма, переступивший черту из любопытства и гордости, а затем стремящийся исправить. А вот чудовище Франкенштейна – это современный человек. 

Переживания и рассуждения чудовища Франкенштейна – это переживания и рассуждения современного Человека, живущего после Смерти Бога. Чудовище в беседе с создателем задается экзистенциальными вопросами: “Кто я? Каково мое место?”  В его картине мира нет Бога, а на общество и его законы Чудовище смотрит со стороны, что дает ему возможность жить в соответствии с принципами экзистенциализма, то есть быть обреченным на свободу. 

В этом смысле Франкенштейн предвосхитил идеи Камю и Сартра. 

Вторая важная особенность чудовища Франкешнтейна – это сочетание интеллекта и одновременно оторванности от общества. Чудовище Франкенштейна одиноко, понимает свое одиночество и страдает от него

«Ты должен создать для меня женщину, с которой мы могли бы жить, питая друг к другу привязанность, необходимую мне как воздух. Это можешь сделать только ты. Я вправе требовать этого, и ты не можешь мне отказать».

<>

«Я хотел убедить тебя. Злобой я могу только повредить себе в твоих глазах, ибо ты не хочешь понять, что именно ты ее причина. Если бы кто-нибудь отнесся ко мне с лаской, я отплатил бы ему стократно; ради одного этого создания я помирился бы со всем человеческим родом. Но это – несбыточная мечта. А то, что я прошу у тебя, разумно и скромно. Мне нужно существо другого пола, но такое же отвратительное, как и я145. Малая радость, но это все, что я могу получить. И я удовольствуюсь этим. Правда, мы будем уродами, отрезанными от мира, но благодаря этому еще сильнее привяжемся друг к другу. Наша жизнь не будет счастливой, но она будет чиста и свободна от страданий, которые я сейчас испытываю. О мой создатель! Сделай меня счастливым; позволь почувствовать благодарность к тебе за одну-единственную милость. Позволь убедиться, что я способен хоть в ком-нибудь возбудить сочувствие; не отказывай в моей просьбе!»

Что же это напоминает?

“Очень неожиданное явление увидел по демографии США.

Поскольку:

А)Браки заключаются во всё более позднем возрасте,

Б)Браки заключаются всё больше не только из-за чувств, сексуального притяжения, а по взвешенному анализу партнёра,

В)Из браков исключаются аутсайдеры из нижних 50% - они теперь или в сожительстве без регистрации, или вообще без пары («эпидемия одиночества» пока характерна для нижней половины, у верхней половины всё хорошо),

Г)Браки стали привилегией людей с высшим образованием и хорошим доходом (выше 1,5 медианного доход):

И потому разводов в США становится всё меньше, причём с тенденцией к их дальнейшему уменьшению:

«Первые браки, заключённые в 2010-х годах, по прогнозам, будут иметь самый низкий уровень разводов в США со времени Второй мировой войны. Демографически эта страта (высшие 50% американцев в браке) будут самыми консервативными за последние 90 лет».”

 

и

“Эпидемия одиночества: Почему мы так разобщены?

Одиночество всегда было частью человеческого опыта, но сегодня оно превратилось в массовый феномен. Разбираемся в причинах и рисках - (1/2)

Причины — в ядовитом коктейле из прогресса и архаичных норм:

Соцсети заменили глубокие связи. Исследования показывают: те, кто проводит больше 2 часов в день в соцсетях, втрое чаще чувствуют себя изолированными.

Мегаполисы 

Каждые +10% плотности населения → +5% уровень одиночества (Nature Human Behaviour)

«Будь лучшей версией себя!»

64% пользователей чувствуют себя хуже после просмотра "идеальных" профилей

Крах "третьих мест": 

С 2000 года исчезло: 43% независимых кафе (США), 28% публичных библиотек (Европа), 60% местных клубов по интересам. Их заменяют торговые центры, где люди ходят с кофе, уткнувшись в экраны.

Одиночество — не просто грусть. Это хронический стресс, который разъедает организм изнутри. По данным ВОЗ, длительное одиночество сокращает жизнь сильнее, чем алкоголизм, и сопоставимо с выкуриванием 15 сигарет в день".

В современном обществе появляется все больше людей, которых называют инцелами, недобровольными девственниками. Инцелы сосредоточены вокруг проблемы отсутствия секса, но нельзя не заметить, что инцел – это человек, который не имеет друзей, знакомых, а весь его круг общения – это интернет знакомые, нейросети и родня. То есть инцел – это не только недобровольный девственник, но еще и оторванный от жизни человек.

И таких оторванных, атомизированных людей становится все больше. Чем выше уровень жизни, тем больше вероятность, что мы станем абсолютными одиночками. 

И эту пытку одиночеством роман Франкенштейн показал великолепно.