Доп: та самая папка со справками Леона

Один мой персонаж обладает суперспособностью: он Повелитель справок! Он может получить совершенно любые справки, даже у лиц, которые справок не дают, по образцам, которых не существует, с печатями и подписями, которые просто так никому не ставят.

И в моем романе "Яко аз на раны готов" есть эпизод, где он притаскивает начальнику целую папку справок, выписок и свидетельств, чтобы добиться разрешение на тренировки с мечом для своего сводного брата, который сидит в изоляторе в ожидании суда.

Теперь у нас есть красивая инфографика с полным списком всех этих документов:

А вот сама сцена:

Господин Элиор полагал Леона человеком разумным и хорошим профессионалом, поэтому искренне считал вопрос закрытым. За те шесть лет, что Леон работал в управлении, он успел произвести на начальство самое благоприятное впечатление, был на хорошем счету, и потому быстро сделал карьеру.

Рациональный, педантичный, бесстрастный, аккуратный — личное дело Леона было полно прекрасными характеристиками, которые постепенно складывались в описание идеального следователя.

Поэтому господину Элиору было особенно неприятно, когда на другой день Леон пришёл к нему снова — и особенно неприятным был тот факт, что папка в его руках была куда как более объёмной и содержала явно нечто большее, чем дежурное прошение от боевиков.

Конечно, чувства Леона можно было понять — Рийар был его братом, и было бы как раз весьма тревожным знаком, если бы молодой следователь проявлял бы теперь безразличие в этом вопросе. Однако Элиор полагал, что Леон и так принял в этом деле достаточно участия, и упорство с его стороны казалось ему совершенно излишним и неуместным. Поэтому, молча принимая папку из рук подчинённого, Элиор посмотрел на него весьма хмуро.

На лице Леона застыло выражение упрямства и уверенности в своей правоте.

Это показалось Элиору совсем уж дурным знаком, и с неприятным предчувствием он открыл папку.

Первым разделом там было подготовлено обоснование, которое, ссылаясь на различные кодексы, законы, положения и прецеденты, в общем виде утверждало ту мысль, что заключённые, обладающие выдающимися навыками в какой бы то ни было сфере, в качестве общественно полезных работ должны реализовать именно эти навыки.

Это было ожидаемо — если бы сам Элиор вздумал бы заступаться за Рийара, он тоже начал бы с этого шага, — но особенно в этом обосновании впечатляло количество проанализированных документов и прецедентов. Элиор бегло взглянул на Леона поверх папки, подозревая, что тот не спал этой ночью, но не нашёл в аккуратном и подтянутом внешнем виде никаких подтверждений этой мысли.

С демонстративно тяжёлым вздохом Элиор перевернул раздел, чтобы столь же ожидаемо увидеть там заключение командира Мирана, который свидетельствовал, что «бывший командир 7-го отряда боевого корпуса Следственного управления Рийар» действительно обладает выдающимися навыками клинкового и рукопашного боя, имеет многочисленные награды и звания, подтверждающие уровень его мастерства, а также вот уже четыре года выступает одним из ведущих наставников боевого искусства в корпусе. Помимо резолюции самого Мирана, документ сопровождался свидетельствами и подписями других наставников корпуса, а также выписками и справками, которые подтверждали многочисленные достижения Рийара на этом поприще.

От недовольства и досады у Элиора свело зубы. Ему было крайне неприятно, что Леон использует свой очевидный талант в умении собрать и подготовить бумаги для такого дела.

Элиор бросил на Леона взгляд совсем уж мрачный и укоряющий; но тот только сжал челюсти, демонстрируя неколебимое упрямство.

Однако главное потрясение поджидало Элиора дальше, когда он пролистнул блок с подтверждающими справками и выписками — а верный своей педантичности Леон аккуратно разделил документы по группам и снабдил разделителями.

Последний раздел папки начинался заключением, подписанным одним из наставников корпуса — тем, который обычно принимал боевой экзамен у следственного состава управления. Там совершенно казёнными и сухими фразами было обозначено, что после некоторых вскрывшихся обстоятельств (список прилагается) корпус пришёл к выводу о необходимости перепроверить боевые навыки старшего следователя Леона (список обоснований прилагается) и пришёл к выводу, что они не соответствуют стандартам, предъявляемым его должности (стандарты прилагаются, сравнительная таблица с результатами переэкзаменовки тоже).

От гнева у Элиора потемнело в глазах. Он уже предвидел, что прочтёт дальше в этом разделе — и, конечно, угадал.

Вслед за заключением шёл ряд однотипных документов, каждый из которых был подписан одним из наставников в боевых искусствах, и суть этих отписок сводилась к тому, что они никак, ну вот вообще никак не могут заниматься со старшим следователем Леоном.

Причины у каждого нашлись свои, но совершенно нелепые, и, чем больше фраз выхватывал взглядом господин Элиор из этих писулек, — тем ярче разгорался его гнев.

«В связи с достижением мной почтенного возраста, — писал старший из наставников, — моя память существенно меня подводит, и я не могу обеспечить должный уровень обучения для ученика, который постоянно требует уточнения конкретных цифр, дат, параметров и прочих технических моментов, которые, к сожалению, я давно и прочно позабыл».

Больше всего возмутило в этой отписке Элиора то, что она базировалась на правде: Леон действительно имел склонность уточнять различные теоретические вопросы, начиная от «под углом во сколько градусов лучше всего держать меч для нанесения этого удара» до «какова максимально допустимая длина шага для этого выпада». Получив конкретные цифры, он гораздо эффективнее продолжал работу, а вот без цифр мог долго и упорно делать многочисленные ошибки, пока путём эксперимента не находил эти цифры сам.

«Как, безусловно, отмечено в моём личном деле, — писал другой наставник, — я отличаюсь большой раздражительностью. К сожалению, это качество препятствует тому, чтобы эффективно обучать ученика, который слабо себе представляет, чем меч отличается от книги».

У господина Элиора зашумело в ушах.

Прочие отписки он пролистнул, почти не глядя, опасаясь, что взорвётся на месте от степени их абсурдности. К сожалению, за самую последнюю взгляд его всё же зацепился, и он чуть не подскочил на стуле от возмущения, прочитав, что командир Эйни никак не может заниматься с Леоном «по причине многолетней безответной влюблённости» с коей она точно будет не в силах справиться, если будет вынуждена так часто и тесно контактировать с объектом своих страстных воздыханий.

Добивающим ударом оказался последний документ, подготовленный, но не подписанный, который представлял собой приказ заместителя начальницы Следственного управления господина Элиора в связи с исключительными обстоятельствами, в которых оказался боевой корпус управления, обязать подследственного Рийара заняться общественно полезными работами в форме применения его навыков наставника боевых искусств для обучения им старшего следователя Леона до уровня, необходимого для успешной сдачи экзамена на соответствие высоким стандартам управления.

От гнева у Элиора потемнело в глазах, и некоторое время он просто пялился в документ, размеренно дыша и пытаясь овладеть собой.

Запредельная наглость Леона превосходила всякие границы разумного.

Сочувствие к брату, забота о брате — это Элиор мог понять.

Но эта… он ещё раз перебрал бумаги пальцами… отвратительная клоунада… даже слов приличных не находится!

Он обратил тяжёлый взгляд на подчинённого.

Тот смотрел всё так же упрямо и явно готов был продолжать бороться.

Некоторое время Элиор молчал, пытаясь взять себя в руки. Терять лицо перед дерзким мальчишкой, попутавшим всякие берега, ему совершенно не хотелось.

— Работа проделана впечатляющая, — наконец, нейтральным голосом сказал он, и с удовольствием отметил, как Леон напрягся, ожидая подвоха. — Однако к заключению вы пришли неверному, господин старший следователь, — постучал он пальцем по последнему приказу, который был принесён ему на подпись.

Он бросил на Леона быстрый острый взгляд и убедился, что подчинённый потерял неколебимую уверенность в себе и начал нервничать. Что ж, славно! Неужто ты думал, мальчик, что сможешь побить опытного бюрократа на его поле?

— Из собранных вами фактов, — Элиор демонстративно пролистнул третий раздел папки, — однозначно следует, что некий старший следователь Леон не только не соответствует стандартам той должности, которую занимает, но ещё и отличается крайней степенью некоммуникабельности и необучаемости, ведь от него отказались буквально все наставники, — с большим удовольствием Элиор процитировал одну из отписок: — «Несмотря на многочисленные попытки, так и не смог добиться контакта и понимания». — Торжествующе взглянув на побледневшего Леона, Элиор выдержал нервирующую паузу и закончил: — Так что последним документом у вас должен быть приказ о понижении в звании, если не об увольнении.

Выпустив эту последнюю стрелу, Элиор с удовлетворением отметил, что попал в цель.

Леон замер, вцепившись пальцами в спинку стоявшего перед ним стула для посетителей так, что побелели костяшки. Из него словно разом выбило весь воздух. Лицо его сделалось растерянным. О таких последствиях своей выходки он явно не подумал — что, на взгляд Элиора, говорило о том, что под властью эмоций он отчасти потерял свои блестящий способности к продумыванию последствий.

— Вы садитесь, господин старший следователь, садитесь, — кивнул Элиор на стул, весьма язвительно и насмешливо выделив голосом обращение. — А то создаётся впечатление, — постучал он ногтями по папке, — что и ногами своими вы владеете в недостаточной степени и можете упасть.

Прочитать роман можно здесь, он законченный и бесплатный!