Рубрика Общепринятое: Мартин Иден. Книга, которую я не смог забыть

Есть книги, которые мы читаем.

Есть книги, которые мы любим.

А есть книги, которые однажды входят в тебя настолько глубоко, что потом уже невозможно точно сказать, где заканчивается их история и начинается твоя собственная.

Для меня такой книгой стал «Мартин Иден» Джека Лондона.

Я могу перечитать множество романов. Могу восхищаться стилем, сюжетом, героями, атмосферой. Могу спорить с автором, находить недостатки, смеяться над какими-то сценами, забывать отдельные имена.

Но с «Мартином Иденом» всё иначе.

Его невозможно просто поставить на полку.

Потому что Мартин однажды оттуда выходит.

И остаётся с тобой.

Я до сих пор думаю, что главная сила этого романа в том, что начинается он почти как история мечты.

Вот он — человек, который ещё ничего не имеет.

У него нет образования.

Нет литературного имени.

Нет денег.

Нет положения в обществе.

Нет уверенности, что его вообще когда-нибудь будут читать.

Но у него есть самое страшное и прекрасное, что может быть у человека, — вера в себя.

Не та удобная вера, о которой любят говорить в мотивационных роликах.

Не «просто поверь в себя — и всё получится».

Нет.

У Мартина вера в себя почти болезненная.

Он хочет стать писателем.

И поэтому начинает учиться.

Читать.

Работать.

Голодать.

Писать.

Получать отказы.

Снова писать.

Снова получать отказы.

И снова садиться за стол.

Вот это для меня и есть настоящий роман о писателе.

Не роман о красивой литературной жизни.

А роман о человеке, который ночью сидит над страницей и пытается доказать самому себе, что он чего-то стоит.

И, наверное, поэтому Мартин так цепляет каждого, кто хоть раз пытался создать что-то своё.

Потому что любой человек, который когда-нибудь писал книгу, музыку, картину, рассказы, стихи — вообще что угодно, что рождалось из него самого, — знает это чувство.

Ты что-то сделал.

Положил перед людьми.

И ждёшь.

А тебе говорят:

«Неинтересно».

«Не нужно».

«Не умеешь».

«Не получится».

«Кому это вообще надо?»

И ты закрываешь файл.

Откладываешь рукопись.

И какое-то время сидишь в тишине.

А потом открываешь снова.

Потому что не можешь не писать.

Вот в этом Мартин мне и близок.

Он не просто хочет славы.

Он хочет стать тем, кем чувствует себя внутри.

И это две совершенно разные вещи.

Самое удивительное — Мартин ведь не рождается писателем.

Он становится им.

Каждая страница даётся ему через боль.

Каждая новая книга — через поражение.

Каждое знание — через бессонные ночи.

Он буквально создаёт себя из ничего.

И в этом есть какая-то невероятная романтика.

Не романтика богатых кабинетов.

Не романтика красивой жизни.

А романтика человека, который ещё вчера был никем, а сегодня открывает книгу и впервые понимает:

«Я могу».

Мне кажется, именно поэтому этот роман так сильно действует на молодых людей.

Когда тебе двадцать, ты читаешь «Мартина Идена» и видишь прежде всего мечту.

Ты видишь человека, который не хочет соглашаться с тем местом, которое ему определили.

Он хочет подняться.

Хочет доказать.

Хочет добиться.

Хочет стать писателем.

И ты закрываешь книгу с каким-то внутренним огнём.

Хочется самому что-нибудь сделать.

Начать.

Попробовать.

Не сдаться.

А потом проходит время.

Ты взрослеешь.

И перечитываешь.

И вдруг понимаешь, что книга вообще была не об успехе.

Она была о цене успеха.

И вот тогда становится страшно.

Потому что Мартин получает то, чего хотел.

Он становится знаменитым.

Его начинают печатать.

Его начинают узнавать.

Люди, которые когда-то смотрели на него сверху вниз, вдруг начинают относиться к нему иначе.

И здесь Джек Лондон делает одну из самых жестоких вещей во всей книге.

Он показывает нам, что Мартин победил.

А потом спрашивает:

«И что теперь?»

Вот этот вопрос страшнее любого финала.

Потому что мы привыкли к другой литературе.

Герой борется.

Герой преодолевает препятствия.

Герой достигает цели.

Музыка.

Занавес.

Счастливый конец.

Но «Мартин Иден» не даёт нам такого утешения.

Он словно говорит:

«Хорошо. Ты получил всё, чего хотел.

А теперь скажи — зачем?»

И Мартин оказывается в страшном положении.

Он уже не голодный молодой человек, который верит в литературу.

Он уже известный писатель.

У него есть деньги.

У него есть признание.

У него есть возможность жить так, как раньше он даже не мог мечтать.

Но самого главного больше нет.

Ожидания.

Нет этой дороги.

Нет этой мечты впереди.

Нет той высоты, на которую нужно подняться.

Он дошёл.

И обнаружил, что вершина оказалась пустой.

И вот здесь для меня «Мартин Иден» перестаёт быть просто романом о писателе.

Он становится романом о человеке.

О каждом из нас.

Потому что ведь мы постоянно куда-то идём.

Получить образование.

Найти работу.

Заработать денег.

Купить квартиру.

Создать семью.

Написать книгу.

Получить признание.

Стать лучше.

Стать сильнее.

Доказать.

И всё время кажется:

«Вот когда я этого добьюсь — тогда начнётся настоящая жизнь».

А потом наступает этот день.

Ты получил то, чего хотел.

Смотришь вокруг.

И вдруг понимаешь:

А дальше?

Что теперь?

Мартин Иден страшен именно этим.

Он заставляет задуматься не о том, как добиться мечты, а о том, что будет с тобой, если ты всю жизнь существовал только ради неё.

Но есть ещё одна вещь, из-за которой я люблю этот роман.

Это любовь.

Рут.

Для кого-то она будет главным персонажем истории.

Для кого-то — человеком, который не понял Мартина.

Для кого-то — символом общества, которое принимает человека только после того, как он становится удобным и успешным.

Но мне кажется, что всё сложнее.

Потому что Мартин любит не только Рут.

Он любит тот мир, который она для него представляет.

Мир книг.

Образования.

Красивой речи.

Культуры.

Другой жизни.

Когда он впервые оказывается рядом с ней, перед ним словно открывается дверь.

И он видит за ней человека, которым хотел бы стать.

Поэтому его любовь к ней с самого начала связана с его стремлением к самому себе.

Он хочет стать достойным её.

И одновременно — достойным того человека, каким он мечтает быть.

Это очень человеческое чувство.

Когда мы любим кого-то, мы иногда начинаем хотеть стать лучше.

Не потому что нас заставляют.

А потому что рядом с этим человеком нам вдруг становится мало самих себя.

И это прекрасно.

Но в этом же может скрываться трагедия.

Потому что однажды можно обнаружить, что ты слишком долго строил себя для кого-то другого.

А ещё в «Мартине Идене» есть то, что я особенно люблю, — голод.

Не только физический.

Хотя физический голод там настоящий.

Мартин знает, что такое бедность.

Знает, что такое отсутствие денег.

Знает, что такое тяжёлый труд.

Но гораздо сильнее в нём другой голод.

Голод по знаниям.

По книгам.

По жизни.

По возможности стать больше самого себя.

И именно этот голод делает его великим.

Но одновременно он же его и уничтожает.

Пожалуй, в этом одна из самых страшных мыслей романа:

то, что делает человека сильным, иногда может стать тем, что его погубит.

Мартин не умеет хотеть наполовину.

Если читать — то до ночи.

Если писать — то до изнеможения.

Если любить — то всем существом.

Если становиться писателем — то любой ценой.

Он человек крайностей.

А такие люди редко умеют жить спокойно.

И вот поэтому финал.

Господи, этот финал.

Я не знаю, как его можно читать совершенно спокойно.

Да, мы знаем, к чему всё идёт.

Да, роман постепенно подводит к этой точке.

Но когда она наступает, внутри всё равно остаётся какая-то пустота.

Потому что ты ведь столько времени шёл вместе с ним.

Ты видел его голодным.

Видел его униженным.

Видел его смеющимся.

Видел его работающим.

Видел, как он учился.

Видел, как он получал отказ за отказом.

Ты видел, как человек, которому никто не верил, наконец стал тем, кем хотел быть.

И поэтому особенно больно понимать:

он уже не может этим наслаждаться.

Он добился мира.

А мир оказался ему больше не нужен.

Это очень жестокая насмешка судьбы.

Мартин всю жизнь стучался в дверь литературного мира.

Когда дверь наконец открылась, он уже не хотел входить.

И, наверное, поэтому смерть Мартина воспринимается не просто как смерть героя.

Это смерть мечты.

Той самой мечты, которая когда-то держала его на ногах.

Но вот здесь я хочу сказать одну вещь.

Мне кажется, было бы слишком просто назвать «Мартина Идена» книгой о том, что стремление к успеху бессмысленно.

Нет.

Для меня это совершенно не так.

Потому что если бы Мартин вообще не попытался, он бы никогда не стал собой.

Он обязан был пройти этот путь.

Обязан был читать.

Обязан был писать.

Обязан был терпеть отказы.

Обязан был становиться тем человеком, которым мог стать.

В этом и есть трагедия.

Не в том, что он мечтал.

А в том, что однажды мечта стала единственным смыслом его существования.

И когда мечта исполнилась, оказалось, что за ней ничего нет.

Вот почему роман я воспринимаю не как призыв отказаться от мечты.

А как напоминание:

не забывайте жить, пока идёте к ней.

И, наверное, именно поэтому я так люблю Джека Лондона.

Потому что он не боится дать своему герою победить.

И не боится показать, что победа тоже может оказаться трагедией.

Это очень взрослая литература.

В молодости ты читаешь:

«Вот каким человеком надо быть! Не сдаваться! Работать! Учиться! Добиваться!»

А спустя годы начинаешь читать совсем другое:

«А ради чего?»

И обе эти мысли правильные.

В этом и величие романа.

Он меняется вместе с тобой.

Ты читаешь его в двадцать — и это одна книга.

В тридцать — другая.

В сорок — возможно, третья.

Потому что меняешься ты.

А Мартин остаётся тем же.

Просто каждый раз ты видишь в нём другую часть себя.

Есть в этой книге и особенная романтика.

Та самая, которую сейчас очень трудно объяснить человеку, который никогда не сидел ночью с книгой.

Представьте.

Маленькая комната.

Стол.

Бумага.

Чернила.

Мир за окном спит.

А человек сидит и пишет.

Он ещё никто.

Его имя никому не известно.

Никто не ждёт от него следующего романа.

Никто не ставит ему лайки.

Никто не пишет:

«Ждём продолжения».

Никто не говорит:

«Вы талантливый автор».

Он просто пишет.

Потому что внутри него есть история, которая не даёт ему уснуть.

И вот это для меня — одна из самых красивых вещей в литературе.

Писатель до того, как он стал писателем.

Человек до того, как его признали.

Мечта до того, как она стала профессией.

Именно здесь «Мартин Иден» становится почти священной книгой для любого человека, который когда-нибудь пытался писать.

Потому что он напоминает:

вначале ты пишешь не ради денег.

Не ради рейтинга.

Не ради отзывов.

Не ради славы.

Ты пишешь, потому что иначе не можешь.

И, возможно, именно поэтому мне всегда хотелось защитить Мартина.

Сказать ему:

«Брат, остановись.

Не спеши.

Ты уже победил.

Просто посмотри вокруг».

Посмотри на море.

Посмотри на солнце.

Открой книгу не для того, чтобы чему-то научиться.

Прочитай её просто так.

Поговори с человеком не потому, что он может быть тебе полезен.

Полюби женщину не потому, что она должна стать наградой за твоё величие.

Напиши рассказ, который никто никогда не напечатает.

Сделай что-нибудь бесполезное.

Глупое.

Смешное.

Живое.

Просто поживи.

Мне хочется сказать ему это даже спустя столько лет.

Хотя понимаю, что он бы, наверное, не послушал.

Потому что Мартин — это Мартин.

Он не умеет жить вполсилы.

А теперь самое странное.

Я люблю эту книгу не несмотря на её финал.

Я люблю её в том числе благодаря ему.

Потому что счастливый финал сделал бы роман приятным.

А трагический сделал его бессмертным.

Мартин не получил классического литературного вознаграждения.

Но получил другое.

Он остался.

Остался в памяти читателей.

Остался в разговорах людей, которые спустя сто с лишним лет всё ещё спорят о нём.

Остался в сердце каждого человека, который когда-нибудь чувствовал себя никем, но мечтал стать кем-то.

И вот это уже странная победа.

Мартин хотел, чтобы его читали.

Его читают.

Он хотел стать писателем.

Он стал писателем.

Он хотел оставить после себя что-то настоящее.

Оставил.

Просто не там, где ожидал.

И вот ещё одна мысль, которая каждый раз приходит мне в голову.

Может быть, Мартин проиграл не потому, что добился успеха.

Может быть, он проиграл потому, что слишком долго думал, будто успех и есть жизнь.

И это очень современная мысль, хотя роману уже больше века.

Мы ведь тоже постоянно откладываем жизнь.

«Вот заработаю».

«Вот закончу».

«Вот куплю».

«Вот стану».

«Вот докажу».

«Вот тогда…»

А жизнь тем временем идёт.

И однажды можно обнаружить, что ты дошёл до места назначения, а путешествия уже нет.

Поэтому для меня «Мартин Иден» — не книга о том, что мечтать опасно.

Это книга о том, что мечта должна быть частью жизни, а не заменой жизни.

Иногда я думаю о Джеке Лондоне.

О человеке, который сам знал, что такое тяжёлый труд.

Который видел бедность.

Море.

Работу.

Странствия.

Литературу.

Признание.

И потому «Мартин Иден» невозможно воспринимать как холодную фантазию человека, который просто придумал красивую историю.

В этом романе слишком много настоящей боли.

Слишком много настоящего голода.

Слишком много настоящего желания выбраться наверх.

И, наверное, именно поэтому он так долго живёт.

Потому что хорошие книги рассказывают истории.

А великие книги узнаются по другому признаку:

они начинают рассказывать тебя.

Есть момент, который я особенно люблю в чтении «Мартина Идена».

Когда ты понимаешь, что уже не следишь за сюжетом.

Ты просто идёшь рядом.

Ты уже знаешь, что он будет делать.

Ты узнаёшь его мысли.

Ты начинаешь сердиться вместе с ним.

Радоваться вместе с ним.

Нервничать.

Ждать.

Надеяться.

И в какой-то момент герой перестаёт быть литературным персонажем.

Он становится знакомым.

Почти другом.

И когда с ним происходит самое страшное, ты закрываешь книгу и сидишь молча.

Вот это, наверное, и есть настоящее чтение.

Когда книга закончилась.

А ты ещё не закончил с ней.

Мне нравится думать, что где-то существует тот самый молодой Мартин.

Не знаменитый.

Не богатый.

Не признанный.

А тот, который впервые открыл книгу и понял, что хочет знать больше.

Тот, который сидит за столом.

Тот, который пишет.

Тот, которому отказали.

Тот, который снова пишет.

Вот его я люблю больше всего.

Потому что именно он напоминает мне, зачем люди вообще становятся писателями.

Не ради обложки.

Не ради фотографии.

Не ради денег.

Не ради чужого восхищения.

А ради того мгновения, когда внутри тебя появляется что-то, чего раньше не существовало, и ты вдруг понимаешь:

«Я должен это записать».

И если хотя бы один человек когда-нибудь прочитает — значит, ты не зря сидел ночью.

Поэтому для меня «Мартин Иден» — культовый роман.

Не потому, что он идеален.

Не потому, что его обязательно должен любить каждый.

И даже не потому, что это Джек Лондон.

А потому, что в нём есть то, что невозможно подделать.

Живой человек.

С его гордостью.

С его глупостью.

С его любовью.

С его одиночеством.

С его голодом.

С его надеждой.

С его страхом.

С его мечтой.

И с его ужасным вопросом:

«А что будет, когда я наконец получу всё, чего хотел?»

Наверное, поэтому я каждый раз немного грущу, когда вспоминаю эту книгу.

Но это не та грусть, от которой хочется отвернуться.

Это хорошая грусть.

Та самая, после которой хочется позвонить человеку, которого давно не слышал.

Обнять того, кто рядом.

Открыть старую книгу.

Посмотреть в окно.

Выйти на улицу.

И вдруг почувствовать, что жизнь — всё-таки здесь.

Прямо сейчас.

Не потом.

Не после успеха.

Не после очередной победы.

Не после того, как мы кому-то что-то докажем.

А сейчас.

Пока мы ещё можем любить.

Пока можем писать.

Пока можем читать.

Пока можем смеяться.

Пока можем кому-то сказать:

«Я тебя люблю».

Наверное, в этом и заключается мой главный поклон «Мартину Идену».

Я люблю его не только за историю человека, который стал писателем.

Я люблю его за то, что спустя столько лет он всё ещё умеет остановить меня.

Заставить забыть о телефоне.

Отложить всё.

И подумать.

О мечтах.

О времени.

О людях.

О том, как легко всю жизнь бежать к чему-то и не заметить саму дорогу.

И о том, как важно иногда просто остановиться.

Потому что, может быть, самое ценное находится не на вершине.

Может быть, оно было всё это время рядом.

В комнате.

В голосе любимого человека.

В запахе старой книги.

В утреннем свете.

В случайном разговоре.

В чашке кофе.

В возможности снова открыть чистую страницу.

И написать ещё одну строчку.

Не потому, что тебя будут читать.

А потому что тебе есть что сказать.

Мартин Иден хотел стать писателем.

И стал.

Он хотел, чтобы его признали.

И его признали.

Он хотел добиться того мира, который когда-то казался ему недостижимым.

И он его получил.

Но жизнь оказалась сложнее мечты.

И, наверное, именно поэтому я не могу воспринимать его финал просто как конец.

Для меня это скорее вопрос, который Джек Лондон оставил каждому читателю.

Не:

«Сможешь ли ты добиться успеха?»

А:

«Когда добьёшься — останешься ли ты собой?»

И ещё один.

Пожалуй, самый важный:

«Не забудешь ли ты жить, пока пытаешься стать тем, кем мечтал быть?»

Вот за эти вопросы я и люблю «Мартина Идена».

За них я возвращаюсь к нему.

За них иногда хочется перечитать последние страницы, хотя знаешь, чем всё закончится.

И, наверное, за них же я никогда не смогу поставить эту книгу обратно на полку совершенно спокойно.

Потому что некоторые книги заканчиваются последней страницей.

А некоторые продолжаются в человеке.

«Мартин Иден» — для меня именно такая книга.

Книга о мечте.

О любви.

О литературе.

Об одиночестве.

О цене признания.

О человеке, который хотел стать кем-то большим.

И о том, что иногда самое большое достижение человека — не то, что увидел весь мир.

А то, что однажды он сел перед чистым листом и честно написал:

«Вот моя жизнь. Вот моя боль. Вот моя мечта. Вот я».

А потом кто-то, спустя много лет, открыл эту книгу.

И узнал в ней себя.

Наверное, именно поэтому Мартин Иден до сих пор жив.

Потому что каждый раз, когда кто-то открывает его историю и начинает читать, он снова садится за свой стол.

Снова берёт в руки перо.

Снова пытается стать писателем.

Снова верит.

Снова надеется.

Снова идёт вперёд.

И на несколько сотен страниц снова становится тем молодым человеком, которому весь мир говорит:

«У тебя ничего не получится».

А он отвечает единственным способом, который действительно имеет значение:

«Посмотрим».