Мозги встали на место

В смысле, вспомнила почему не читаю лыры. Потому что скучно. И писать оказалось так себе. Внутренний голос ржет как не в себя при штамповках, без которых лыр не лыр.

Но кусь покажу. В конце концов, до января времени вагон. Вполне могу и дописать.

- Прочь!

Рэнна мгновенно оказалась на ногах. В глазах потемнело. Она, вероятно, упала, если бы кто-то не схватил ее за плечо, оттаскивая в сторону. Комендант. Старый воин Вендиргерской крепости, помнивший еще отца. Его присутствие словно отрезвило. Рэнна выхватила кинжал: последний подарок отца. В неверном свете огня лезвие засветилось синим – верный признак присутствия поблизости охотливой до крови нечисти.

Гонец катался по земле, пряча лицо в ладонях, и выл. Россыпь угольев, запущенная прямо в лицо, наверняка, покалечила бы человека. Однако тварь лишь испытала боль. Наверняка невыносимую. Только не им судить о возможностях хищника. Рэнна хотела ткнуть его кинжалом, но комендант не пустил. Вместо этого он подтолкнул ее к лошадям:

- Поспеши! У тебя еще есть время и шанс!

Рэнна не успела возразить: гонец поднялся, и с первого же взгляда стало ясно, что он такое.

Лицо теперь мало имело общего с человеческим. Слишком далеко вперед выдавалась нижняя челюсть, оснащенная иголками зубов. Нос сплюснулся. Глаза налились красным и горели ведьмиными огнями непроходимых болот низин Морнии. На щеках запеклась сажа, в нескольких местах кожу выжгло до кости, но чудище не обращало на это внимания. Оно подняло скрученную руку в их направлении.

- Беги! – выкрикнул комендант, отшвыривая от себя Рэнну.

Она пробежала несколько шагов, прежде чем сумела оглянуться и увидеть застывшего в неестественной позе коменданта – последствия «зова» кровопийцы. Зрелище настолько поразило, что Рэнна даже не пыталась вернуться и помочь. Ее захлестнул холодный, безрассудный страх. Развернувшись на каблуках, она помчалась к рвущимся с привязи лошадям.

Дерзкий все время порывался встать на дыбы, дрожал и ронял клочья пены. Не могло быть и речи оседлать его. Рэнна вскочила на каурую лошадку коменданта и, вцепившись ей в гриву одной рукой, полоснула кинжалом по натянувшемуся поводу – медлить и отвязывать его казалось смерти подобно.

Лошадь завизжала и прыгнула в бок, понеслась меж стволов, каким-то чудом не врезаясь в деревья. Рэнна и не пыталась править. Ее единственной задачей было не сверзиться на землю – в этом случае ее настигла бы неминуемая гибель.

Ветви хлестали по плечам и спине. Рэнна жмурилась и пригибалась к лошадиной шее, чтобы не лишиться глаз, щеки и так были исцарапаны. Она не видела, куда неслась кобыла, потому очень удивилась, когда лес внезапно закончился. Теперь она скакала по полю. Низкие облака нависали над головой бесплотными белесыми тенями, а из прорехи меж ними смотрела полная луна – светило предателей, влюбленных и ночных тварей.

Рэнна позволила себе обернуться, и лучше бы не делала этого. Существо неслось за ней широкими прыжками. У него вытянулись руки и теперь заменяли передние конечности. Глаза горели алым огнем, и, похоже, бывший шердинский гонец увеличился в размерах.

- Пошла! – вскрикнула Рэнна. Она чувствовала, как тяжело дышит лошадь, понимала, что все кончено, но не собиралась сдаваться. Она все еще сжимала отцовский кинжал и рассчитывала, если не спастись, то хотя бы покончить с существом перед смертью.

Когда аллюр стал нестройным, а вздохи твари более слышимыми, Рэнна развернула лошадь. Та даже не попыталась воспротивиться – застыла на подгибающихся ногах. Чудище издало победный рев и прыгнуло. Рэнна резко вытянула руку.

Кинжал по рукоять погрузился в грудь бывшего гонца и наверняка пробил сердце. Рэнна даже успела порадоваться победе, но тотчас ощутила острую боль. Тварь как-то извернулась и вцепилась ей в запястье. Рэнна закричала и выпустила оружие, не удержалась в седле и кубарем покатилась по траве, чудом ничего себе не сломав. На мгновение над ней нависла черная туша. Зубы лязгнули у самого горла и пропали.

Прошло не менее минуты, пока Рэнна сумела сесть. Удивительно, но руки она не лишилась. На запястье остался отпечаток зубов, однако кровь уже не текла и боль как будто приутихла. Рана на глазах затягивалась, и это было хорошо, хотя и пугало изрядно.

Вдалеке, почти у границы леса дрожала несчастная кобыла. Шагах в десяти истекало черной кровью существо. Его словно отбросило от Рэнны, но почему, что это могло быть или кто обладал столь чудовищной силищей, она боялась предполагать. Быть может, хищник еще худший?

- Вам помочь подняться? – произнес красивый глубокий голос с чуть слышной хрипотцой, и Рэнна едва не упала обратно. Обернувшись, она увидела мужчину. По виду молодого и если не высокородного, то несомненно богатого: одежда говорила сама за себя, крестьяне в такой не ходят. А вот оружие незнакомца она заметила не сразу.

«Неужели случайный путник пришел мне на выручку? – подумала Рэнна и тотчас одернула себя. – Ни одному человеку не под силу было бы справиться с дорвавшимся до добычи кровопийцей… упырем, оборотнем или как еще обозвать эту тварь?..»

К тому же, Рэнна с ужасом поняла, что именно показалось ей странным. Незнакомец выглядел безупречно. Так, словно шагнул на поляну из гостиной собственного дома или перенесся с королевского приема. Высокие кавалерийские сапоги были начищены до блеска, ни одна травинка к ним не прилипла, пыль или грязь не запятнала. То же касалось и элегантного камзола, скроенного из самого дорогого черного сукна и расшитого серебряной нитью... Серебряной!

Ночной спаситель не боялся серебра! И это откровение наполнило сердце Рэнны леденящим ужасом. Она была уверена в том, что любые твари не терпят атрибутов веры, даже если то иноземная ересь, древних отваживающих знаков, воды, настоянной на серебре, и самого серебра.

- Мне повторить вопрос или подойти ближе? – незнакомец усмехнулся и чуть приподнял левую бровь. Жест получился удивленным, высокомерным и полным неприкрытого сарказма одновременно.

- Не стоит! – нервно выкрикнула Рэнна, прикусила губу и ответила спокойнее: – Не стоит беспокоиться обо мне.

- Определенно, уже нет.

(с)