Дайджест: Фэнтези: Цепи Фатума, часть 2 — Богословие, Бладборн и Бриджертоны (и немного мартинизма)

Цепи Фатума – основная история цикла "Судьбы Мэриела". Естественное философское фэнтези в сеттинге близком к началу XVIIIв с элементами пасторального романа, поздней готики и дарка. И в настоящее время завершаю 2 том (из 3-х).

16+ 1 часть на АТ (фрагмент, периодически к различным знаменательным датам становится полной версией).

История мира обладателей начинается с Занзары, устроившей дерзкое нападение и кровавое побоище, и с ученика целителя, Ричарда, чья спокойная жизнь в одночасье перевернулась с ног на голову из-за судьбоносной встречи в ночном лесу. Ричард натыкается на израненную девушку — она — без чувств — падает в его объятия. Парень не ведает ни кто она, ни как ее зовут; а еще чужестранку явно преследовали. Ему кажется, что это не простое совпадение, а их судьбы связаны. Конечно же, он решает спасти ее! — как же иначе? Но появление незнакомки влечет целую цепь событий, приближающих Фатум — неизбежный рок. Готов ли ты бросить вызов судьбе?

Фатум — неизбежный рок, предопределенность, не зависящая ни от кого-либо или чего-либо, это просто произойдет рано или поздно (речь, безусловно, про обладание — утраченную силу моего мира). Об этом и история, все поступки героев (или даже бездействие) ведут их к одной точке. Точке невозврата. И все это связано теми самыми метафорическими цепями, с далеким прошлым (приквел "Темный Союз" — обновлен до "director's cut" в 2024), но и с ограничениями (экзистенциальными) в настоящем, поэтому отношения Ричарда и Ливии — абсолютный slowburn (пусть и предначертанный).

Это рассказ о подмастерье Ричарде и зачинщице Занзаре: две разных дороги, два выбора, разные цели, но их пути пересекутся (и вовсе не волею судьбы).

***

Роман состоит из 3-х частей, сейчас заканчиваю 2.

Настроение изменилось, 2 том сочетает признаки городского фэнтези с псевдоисторическим романом в плане политических и религиозных интриг, сюда же добавим вайбы Бладборна и Бриджертонов, тенебризм и барочность на грани.

2 том уже 18+. На АТ фрагмент.

Новое временное укрытие — контрастный город храмовников и торговцев Хорград — таит множество опасных секретов, но не лишено тайн и прошлое как союзников, так и соперников. Угасшее обладание пробуждается, а присутствие наследия Варлага ощущается все сильней.Смогут ли Ричард с Ливией и дальше бороться за любовь в мире, где такой союз невозможен, и все оборачивается против них? Многие дороги пересекутся, будут заключены новые альянсы, предыдущие — рухнут, а предстоящее столкновение неизбежно в преддверии битвы за господство над Мэриелом, как и наступление Фатума.

Для нового романа готово более 40 иллюстраций, включая портреты всех героев ( второстепенных и некоторых — 3-го плана, как и представителей различных рас; придерживаюсь позиции кинематографа или игропрома, где каждая горничная, появившаяся на минуту, имеет определенный внешний вид, образ/костюм, характерность, по заветам Достоевского описываю персонажа единожды, помимо текстовой информации и психологического портрета картой поступков, — изображения помогают и мне, и вам полнее ощутить данный мир и принять его обитателей (как они говорят, двигаются, смотрят)).

Главные герои

Доделываю последние главы, где произойдет вот такое столкновение мотивов и интересов, по канонам серой морали в Мэриеле нет злого зла и доброго добра, хотя золотой толкиеновский дуализм в некоторых случаях (и даже для Средиземья, где тьма в душе при благих помыслах остается за "кадром") прекрасно работает на историю.

Помимо основной линии про город, где правят бал фанатики, опальная знать и на удивление прекрасно чувствует себя купечество, во 2 томе есть интерлюдия Черная Весна, параллельная (но основная) сюжетная арка про события на Севере. Закончил сперва именно ее. Там совершенно иная атмосфера, снова возвращаюсь к готике (ранней): Нуд — и без того холодный и суровый край, но нынешняя весна никак не может сменить зиму, пахать и сеять нельзя, это сулит неурожай и голод, далее хвори и смерть, а все беды разом — бесконечное безумие. Кроме того, грядет война. И, кажется, ничто ее не предотвратит.

Эта сюжетная линия полностью закончена.

Наставница Ричарда (целительница Ильда) после событий 1 части оказывается именно здесь, в Нуде (столица Фъольштадт, по правилам русского языка должно ставить после твердого знака е,ё, но Всеобщий — не русский, а я люблю синтаксические, этимологические и прочие словесные игры, а в конце есть раздел со всеми лорными дополнениями, тезаурусом, значениями имен/названий и т.д.), где поступает на службу к местному монарху — возрастом не старше, чем ее ученик, но разительно отличающимся как жестоким нравом, так и одержимостью заговорами. И юный кёниг (титул северян = король, по лору) находит травнице иное применение — варить яды для его врагов.

Тут же мы знакомимся с нударом (они синекожие и беловолосые) Ормарром, молодым князем, который по заданию матери должен отвлечь (или убить) кёнига, пока она с войском не подойдет к столице, которую планирует захватить.

Ильда с Ормарром столкнутся с безумием, паранойей и смертью лицом к лицу, и так образуется новый союз.

Различные фрагменты из данной арки (без спойлеров):

Прибытие в столицу:

Конница Берхарда преодолела оставшиеся ллигады тракта в преддверии шторма. Ветер уже гнал гигантские клокочущие тучи к берегу, обещая, судя по всему, и ледяной поток, и град. Но пока что над Фъольштадтом лениво клубился тяжелый сизый туман, пахнущий не только мокрым камнем и водорослями, но и смоляной гарью факелов, торфяным дымом из каминных труб, жаренной рыбой и крабами, однако вскоре буря не оставит ни одного из этих испарений, заменив их пронизывающей до нутра мокрядью. Ильда с трудом бы выбрала наименьшее зло Нуда, — весенняя метель или дождь. Ненастье на побережье так и так сулило печальные осложнения, а если в городе слишком сыро, холодно и голодно — то и болезни не заставляли долго ждать.

“Я не могу на это повлиять!” — возмущался Берхард, когда нескончаемые беды обрушивались на его королевство после малейших заморозков или дождей, а советники и мастера не знали, за решение какой проблемы хвататься наперво. Ильда, само собой, предельно четко осознавала, чем и кем ей заняться — хворью и хворыми. Женщина глянула на так и шедшего поперед всей свиты юношу, затем перевела взор на море: Иссмар волновался не на шутку: волны вздыбились, заострились и стали хаотично биться друг с другом. Брызжа пеной, они достигали каменных отметок куда более удаленных от береговой линии и рыбацких поселений — тех, что стояли почти у подножия гор Альвинн. Берхард оказался прав, что беспрестанно поторапливал, необходимо очутиться за стенами крепости (и в особенности под крышей) до того, как стихия обрушится на мыс. К скалам, пронзенным под стать им серыми шпилями с позеленевшими крышами, тянулся как простой люд, так и отряды вояк. Рыбаки и селяне спешили укрыться в Фъольштадте, покуда грядущая буря окончательно не сковала побережье ледяной коркой, а войска созвал кёниг, чтобы столица могла дать отпор.

Лазарет Ильды:

Одни ворота, вторые, окованная дверь с решетчатым окном, винтовая лестница, пустующий клуатр с обледеневшим фонтаном и деревцами, с которых содрали всю кору, длинная закрытая от ветра и посторонних глаз галерея с десятком узких дверей, одиноким портретом давно покойной мачехи Берхарда между ними, видавшим виды чучелом косули и проржавевшими и окислившимися до дыр доспехами на стойке, еще одни двустворчатые двери — и вот они на месте!В лазарете царил привычный запах сушеных трав, уксуса и чистых холстов, но нынешняя тишина из-за новостей об осаде казалась зловещей, а корзинка с весноцветами на письменном столе не добавляла торжественности возвращению хозяйки, усаживающей Эрика на самый удобный стул из всех возможных в ее распоряжении.

— Ну, Виланд, теперь тебе пора! — Ильда попыталась затворить двери, но тот втиснулся квадратными плечами меж полотен.

— Оставаться подле везде и всегда велено, госпожа, — пробасил фъолец, — как и проверить готовность варева.

— Тогда стоило записаться в мои ученики, — осадила она. — А попробовать варево-то не велено? А то я тебе налью чашечку.

— Никак нет, госпожа! Пробовать Виланду никакие варева не велено!

— Ты лучше выясни, что там с осадой и приедут ли наши гости, чай, и не надо варить то, что велено, если они утонули в море или струсили. А может, есть дела какие более насущные? Давай, побыстрее, одна нога тут, другая там. Топай-топай!

— Есть смысл в словах госпожи.

— Ну еще бы! — Ильда прикрыла двери, прижалась к ним спиной и крикнула в полумрак лечебницы: — Есть кто живой и здоровый? А то уж слишком тихо, как в покойницкой!

Комната юной дронинг (королевы):

Заточение в опочивальне покойной дронинг превратилось в изнурительную пытку. Целительница вышла на балкон, только вид оттуда открывался на мертвые поля и черные копья леса, скрывающие гавани и цитадель. Смотреть тут оказалось не на что. Да и не слыхать ничего, рев бури поглотил все прочие звуки. Продрогнув до костей, она вернулась в покои. Женщина не находила себе места, шагами меряя комнату и глядя на призрак хозяйки — побитое молью платье на манекене в углу. Тени и блики от пламени ложились на деревянное лицо, делая чурбан пугающе живым. И Ильда даже вздрогнула, заметив, что по щекам течет влага. Стужа пробралась в заброшенные комнаты, сковав всю обстановку льдом, который начал таять от тепла очага. 

“Всего-то замерзший конденсат… Тебе уже мерещится всякое, — пробормотала про себя Ильда и отвернулась от образа дронинг. Бедняжка в юных летах перешла на Ту Сторону в этих самых покоях, когда отец Берхарда запретил лечить девушку от воспаления легких, чтобы его королева показала всем врагам насколько она сильна. Вскоре и кёнига не стало. — Окажись я тут ранее, могла бы помочь и тебе, и ему…” — обратилась она в пустоту, стараясь не думать, что ее присутствие причиняет больше зла, чем добра. Но в глубине души тлела одна робкая, спасительная радость — Берхард так и не прислал нудара для опытов, как собирался. Возможно, его гнев сменился благоразумием или попросту не нашлось такого пленника. Или же на испытания уже не хватало времени…

Вот такой получился Север, а закончу работу даже в этом... веке году.